Астральный гамбит (СИ)
— Ну да, понятно, дозор… — пробормотал я, силясь собраться с мыслями. Получалось так себе: все их напрочь вытеснял образ сгорающего в магическом пламени уродливого чудовища, которым обернулась девочка на лестнице. Девочка. Лестница. Провал… Воронцова и Ясухару!
Я метнулся к дыре в полу, но прежде, чем успел туда заглянуть, из зияющего проема высунулась голова Миланы.
— Чухонец, ты тут как? — спокойно осведомилась девушка.
Я облегченно выдохнул.
— Терпимо…
Моя левая рука висела плетью, пальцы правой пожирал огонь — но ими хотя бы получалось худо-бедно шевелить. Однако все это и впрямь можно было счесть приемлемым в сравнении с тем, что случилось бы, долети до меня тот плевок мимикра.
Честно говоря, я понятия не имел, что конкретно при таком раскладе произошло бы, но нутром чувствовал: нечто запредельно кошмарное.
— Я тоже в норме, — сообщила между тем Воронцова. — Спасибо, что поинтересовался, — добавила она тут же ехидно. И, не дав мне вставить хоть слово, продолжила: — А вот самураю нашему ногу по колено оторвало!.. К счастью, не магией, так что через пять минут будет как новенький, — заверила Милана прежде, чем я успел толком ужаснуться за товарища. — Им уже занимаются — здесь у нас, внизу, полно жандармов… Кстати, добрый вечер, господин штабс-ротмистр! — то ли лишь теперь заметила девушка Петрова-Боширова, то ли среди ее приоритетов до офицера наконец дошла очередь.
— Рад вас приветствовать, молодая графиня, — более чем доброжелательным тоном отозвался тот.
— Ладно, раз ты цел, Ясухару ждать не будем! — заявила между тем мне Воронцова. — Спускайся, погнали!
— Куда погнали? — не понял я.
— Как это куда?! Заканчивать гонку!
— А, ну да, гонка… А смысл теперь-то спешить?
— Что значит «смысл спешить»?! — искренне не приняла такой постановки вопроса Милана. — Может, хоть последнего места сумеем избежать! А то уж совсем позорно получится!
— Кхм… Позволите пару замечаний, молодая графиня? — вмешался в наш разговор Петров-Боширов. И, не дожидаясь испрошенного разрешения, продолжил: — Первое: молодому князю совершенно необходимо показаться лекарю — иначе до финиша он у вас может просто не доехать. Сие ненадолго: вам как раз хватит времени, чтобы расчистить завал на дороге. И второе: на кону у вас отнюдь не предпоследнее место. Ваше дополнительное правило утверждено, и на данный момент вы лидеры гонки!
— Что? — опешила Милана. — Какое еще дополнительное правило?
— Это я предложил, — сообразил я. — Минус тридцать минут за каждое уничтоженное чудовище.
— Согласовали десять минут, — поправил меня жандарм.
— А вы откуда знаете? — обернулся я к нему.
— Служба такая, — с лукавой улыбкой проговорил штабс-ротмистр. Ну и… — не досказав, он поднял левую руку: там, на мизинце, сидел хорошо нам теперь знакомый серебристый перстенек с печаткой.
— Вы член комитета! — догадалась Воронцова.
— Какого комитета? — состроил непонимающее лицо Петров-Боширов.
— Ясно… — пробормотала девушка, торопливо соображая. — Так, сэнсэюшка, — зыркнула она на меня. — Я — на улицу, разгребать завал. А ты — живо к лекарю! И через две минуты чтобы были с Ясухару в коляске! Скажешь самураю, пусть хоть под мышкой свою ногу приносит, потом приладим!
С этими словами ее голова исчезла в дыре. Я непроизвольно наклонился следом.
— Сударь! — окликнул меня жандарм. — Если вы на первый этаж — то в доме есть лестница!
* * *Внизу царил сущий разгром. Единственным не пострадавшим в ходе пробоя помещением оказался примыкавший со двора к зданию гараж — именно там и расположился жандармский лекарь. Кстати, тот самый, что летом врачевал Надю в доме Огинского — ну, еще подарил ей потом свою епанчу. Удивительно: вот уж кого, я думал, из III Отделения наверняка поперли — ведь это же именно он тогда подтвердил мнимую смерть князя Сергея! Но, оказывается, доктор на своем месте как-то удержался. И, по ходу, даже в звании подрос — теперь он носил эполеты поручика, а был, вроде бы, корнетом…
С Ясухару к моему появлению лекарь уже закончил: японец встретил меня, уверенно стоя на обеих ногах. Правда, без штанов — их он как раз сосредоточенно починял, прилаживая оторванную брючину.
Мой же случай на поверку оказался не так прост.
— Коготь ковидлы? — не столько спросил, сколько констатировал доктор, глянув на мое пострадавшее в схватке с летучей мышью плечо. — Мерзкая тварь — и не менее мерзкая рана… А тут у нас что? — перевел он взгляд на мою правую кисть. — Никак, сударь, мимикра сподобились против шерстки погладить?
— В тот момент у него еще не было шерстки, — буркнул я.
— Боль сниму, яд вычищу, — не особо меня и слушая, заявил лекарь. — К утру паралич отступит, и рука восстановится. Но придется потом месяцок-другой походить на закрепляющие процедуры. Покажетесь в корпусе целителю — он назначит, — это все касалось моей левой. — А вот как здесь сложится — один Ключ ведает! — снова переключил доктор внимание на вторую мою руку. — Может, без следа пройдет, а может, вылезет со временем какая-нибудь гадость…
— Какая гадость? — спросил я, хмурясь.
— Гадкая, — буркнул поручик. — Непременно гадкая. Но, даст Ключ, и обойдется еще… Раздевайтесь до пояса, молодой князь — приступим!
Прогнозы доктора как-то не вселили в меня оптимизма (гадкой гадости мне только не хватало для полного счастья!), и, чтобы отвлечься от мрачных мыслей, я принялся обшаривать взглядом помещение. Как уже отмечал, это был гараж. Ошибиться бы не вышло: здесь стояла самобеглая коляска. Какая-то, правда, необычная… Некоторое время я никак не мог понять, что именно смущает меня в облике экипажа, а потом таки сообразил: руль! Он тут имелся! Больше, правда, похожий на самолетный штурвал — и тем не менее!
— Тоже обратил внимание на диковину, сэнсэй? — перехватил мой взгляд Тоётоми. Брюки свои японец уже починил и надел. — Сие называется электромобиль! Повозка для черни! Ездит без расхода маны. У нас в Японии таких нет.
— Сие же квартал черни, — пояснил лекарь, не отрываясь от манипуляций с моим плечом. — Дом занимает семья зажиточная, но происхождения подлого. Занимала…
— Хозяева погибли? — понял я.
— Во время пробоя чернь особо уязвима, — вздохнул поручик.
— А… Среди погибших был ребенок? — зачем-то спросил я.
— Да, — подтвердил жандарм. — Девочка шести лет от роду. Кстати, одаренная, могла бы выбиться в мастеровые… А почему вы спросили, сударь?
— Да так… — я хотел было сказать, что мы видели малышку с улицы — а может, уже не малышку, а чудовище, принявшее ее облик — но задуманные слова комом встали в горле, и вопрос доктора остался без ответа. Поручик, впрочем, нисколько этим не огорчился.
К моменту, когда лекарь управился с моим левым плечом и переключился на правую кисть, к нам в гараж заглянул Петров-Боширов. В дверях он как раз разминулся с Тоётоми — японец ушел помогать Милане с завалом.
— Ну, как наши дела? — поинтересовался штабс-ротмистр у доктора.
— Заканчиваю, — бросил тот.
— Отлично, — кивнул шеф московских жандармов. — Молодая графиня на улице уже тоже почти управилась, — сообщил он мне. — А что до вас, сударь… — сунув руку в карман, офицер достал оттуда серый картонный прямоугольничек размером с визитку и, повертев в пальцах, протянул мне. — Возьмите мою карточку, молодой князь, — визиткой тот и оказался.
— Зачем? — удивился я.
— Ну, никому еще не мешала в кармане карточка исполняющего обязанности начальника губернской экспедиции III Отделения, — с простодушным видом пожал плечами жандарм. — А если однажды вам потребуется моя помощь — просто порвите ее, и я получу сигнал.
— А с чего бы это вдруг мне могла понадобиться помощь III Отделения? — не спешил я, однако, принять из его рук картонку — что-то меня во всем этом смущало, но что именно, пока я не понимал.
— Сегодня же пригодилась, — резонно заметил Петров-Боширов. — Времена нынче не простые — мало ли…