Мото (ЛП)

Риз бьет кулаком по матрасу. Знаю, для него губительно слышать такое. С тех пор, как я себя помню, гонки – это вся его жизнь. Он будто дышит ими, и в этом году Риз снова был бесспорным кандидатом на призовое место. Чтобы защитить свой титул Гран-При. Победа – вот что движет им.
– Поправишься и в следующем году вернешься с новыми силами, – утешительно кладу руку ему на плечо.
Риз источает гнев каждой клеточкой своего тела. Будь он в состоянии встать, то он бы мне вмазал. И я бы ему это позволил.
– Хочу послушать мнение другого врача. Что, мать твою, ты вообще знаешь? Ты кардиолог, – набрасывается он, размахивая рукой.
– Забыл, что моей первой специализацией была спортивная медицина? Я уже видел такие травмы. И знаю, сколько времени занимает процесс выздоровления, – раздраженно отвечаю я.
Риз негодует, борясь с бурей эмоций.
– Я устрою тебя в отдельной палате. Немного тишины, покоя и отдыха пойдут тебе на пользу.
– Не хочу тишины и покоя. Я охренеть как хочу побыстрее отсюда выбраться, – Риз рвет на себе волосы обеими руками.
– Понимаю. Но сейчас не вариант, – сочувственно вздыхаю я.
Риз издает звук, словно недовольный кот. Это его просто убивает.
– Хочешь, побуду здесь немного? Составлю тебе компанию?
– Нет, я в порядке, – Риз раздраженно отворачивается.
Для всемирно известного мотогонщика, лидера сообщества Гран-При, он иногда ведет себя как надутый ребенок. На этот раз я оставлю все как есть. Ведь его победа в сезоне растаяла, как дым.
* * *
– Почему ты никогда не говорил, что у тебя есть брат? Брат-близнец, – нападает Кайла, едва я выхожу из палаты. Девушка стоит, прислонившись к стене, очевидно, ожидая меня.
– Эта тема никогда не поднималась, – пожимаю я плечами.
– Чушь собачья. Ты в курсе, что у меня нет братьев и сестер. Знаешь, что моя тетя детектив, а родители в разводе.
Она меня подловила.
– Понятия не имею, почему никогда об этом не рассказывал.
– Разве вы не близки? – продолжает она свои расспросы.
– Близки. Просто... мы разные.
– Я заметила, – Кайла отталкивается от стены. Она очаровательна в своих ярко-розовых «найках» и с растрепанным пучком на голове.
– Почему ты все еще здесь? – любопытствую я в ответ. – Ждешь меня?
– Жду, когда меня подвезут, – честно отвечает она. – Мне пришлось бросить джип на обочине, чтобы спасти задницу твоего брата.
– Могу подвезти, если нужно, – я подхожу к ней ближе. – Может, помогу тебе привести себя в порядок. Сниму с тебя эту грязную одежду, – и дергаю за подол ее униформы.
Кайла кокетливо качает головой.
– Скоро приедет моя тетя. Она обязательно услышит о том, что случилось. Я предупредила, что завтра сюда приедут из участка, взять показания у твоего брата. А сама тетя допросит меня.
– Уверена? – настаиваю я.
– Уверена, – Кайла неуклонно смотрит мне прямо в глаза.
Когда-нибудь я пробью эту броню, но сегодня оставлю ее в покое.
Вдруг кто-то откашливается у меня за спиной. Я оглядываюсь и вижу важную Сэм, суровую тетю Кайлы. Она постаревшая версия Кайлы – темно-каштановые волосы собраны в тугой пучок, а в больших карих глазах сверкают золотые крапинки. Тот факт, что у нее есть ствол, делает ее в десять раз аппетитнее.
– Если вы не прекратите, доктор Дэйн, буду вынуждена надеть на вас наручники.
Улыбаюсь. Я говорил, что у нее плохое чувство юмора?
– Мои извинения, детектив Кинкейд. Знаю, как вы защищаете свою племянницу, я просто присматривал за ней.
Кайла и Сэм оживленно смеются. Они не покупаются на подобное дерьмо, и это лишь заставляет меня уважать их еще больше. Женщины рода Кинкейд схожи в одном: они красивые, без всякой лажи.
– Ценю это, Дэв, но, думаю, Кайла может сама о себе позаботиться.
– Не сомневаюсь, – неохотно отступаю от Кайлы.
Та стреляет в меня миленькой улыбкой и уходит.
– Увидимся, доктор Дэйн.
– Увидимся, сестра Кинкейд, – бормочу себе под нос, глядя, как ее горячая задница виляет по коридору.
Когда-нибудь, так или иначе, я заставлю ее не просто произносить мое имя. А стонать, кричать, мечтать о нем. И жить ради него.
 
Когда-нибудь.
Так, бля*ь, или иначе.
Глава 3
Кайла
Буквально таю на переднем сиденье машины Сэм. Усталость наваливается на меня внезапно.
– Скотти отогнал твой джип в участок. Можем забрать его сегодня вечером или утром, если ты устала, – предлагает Сэм, выезжая с парковки. Прямо сейчас мне не помешала бы кровать.
– Ничего, если ты заедешь за мной утром?
– Без проблем, – смотрит она на меня и улыбается.
– Больше всего на свете хотела бы сейчас оказаться в кровати, – делаю я свой выбор.
– Я так и думала, – хихикает Сэм. – Бурный выдался денек.
– Один из самых сумасшедших. Не могу поверить, что у Дэва есть брат-близнец! – вытягиваю ноги. – Я и понятия не имела! Чуть не упала, когда сняла с Риза шлем.
– Выглядит как суперзвезда?
В моей голове всплывают короткие моменты наших с ним встреч на светофорах.
– Он раздражающе дерзкий хвастун и у него нулевой уровень харизмы. А еще ему не помешает урок хороших манер.
– Вот это оценка!
– Такое уж он производит впечатление, признаю, – гримасничаю я.
– Такой же как брат? – подстрекает тетя.
– Сэм, – прерываю ее я. Боже, я случайно упомянула, что встретила горячего доктора на работе, и она теперь цепляется, как питбуль смертельной хваткой. – Жалею, что когда-то рассказала тебе о Дэве, и еще больше жалею, что познакомила тебя с ним. Мы просто друзья.
– Как скажешь, Кайла, – успокаивает она меня.
– Я серьезно. Ты же знаешь мое отношение к байкерам.
Сэм хмурится, подъезжая к моему дому.
– Ты говорила, да, но в коридоре было не похоже, что вы просто друзья, – она смотрит на меня. – И, вообще-то, он врач, а не...
– Сэм, хватит.
Я люблю свою тетю. Она мой лучший друг и чертовски хороший полицейский. Моя мама решила последовать за козлом номер пять во Флориду, когда мне исполнилось тринадцать. Сэм же вырастила меня. О моем отце даже говорить не будем. Он был козлом номер один.
Ни за что на свете я бы не уехала с матерью и мужиком, который ласково называл ее шлюхой и пил больше рыбы. Уж лучше жить на улице, и Сэм это понимала.
Как бы я не была благодарна ей сейчас, но я определенно не облегчила Сэм жизнь. В детстве я была достаточно взбалмошной. Однако тетя позаботилась о том, чтобы подростковый период я пережила целой и невредимой. Было время, когда мы обе волновались, что этого не получится.
– Прости меня. Просто хочу, чтобы ты была счастлива, и кто-то о тебе позаботился.
– Позаботился? Что это за слово такое? Из 1960-х? – в ужасе спрашиваю я.
– Я не это имела в виду. В смысле позаботились в эмоциональном плане. Женщине в любом возрасте необходима подобная забота.
– И ты думаешь, ее проявит татуированный доктор-плейбой?
– Считаю, он вполне мог бы. И я вижу, как он смотрит на тебя, – пожимает она плечами.
– Да, и я заметила. Словно я – очередная миля, которую ему надо проехать.
– Иногда одна миля может превратиться в тысячу.
– Мы ведь все еще говорим о мотоциклах? – скривилась я.
Сэм смеется. Ее смех похож на мой, только слегка грубый и хриплый.
– Да.
– Хорошо. Потому что сексуальные намеки моей тети – это странно или что-то в этом роде.
– Нет, – она отцепляет со своего брелока запасной ключ от моей квартиры. Мой рюкзак со всеми личными вещами, включая ключи, до сих пор в джипе. – Позвонить тебе перед тем, как заехать? – спрашивает Сэм, когда я открываю пассажирскую дверь.
 
– Да, пожалуйста, – я быстро чмокаю ее в щеку прежде, чем выскользнуть из патрульной машины без опознавательных знаков. – Увидимся утром.
Мой матрас на кровати практически зовет меня по имени, когда я тащу себя прямиком в ванную. Как бы мне ни хотелось поспать, сначала нужно принять душ. Я все еще испачкана кровью Риза. Снимаю униформу, изо всех сил стараясь не думать о Дэве или его брате-близнеце.