Восхитительные мошенники (СИ)

-Это не «грубо», это больше похоже на драку. Ты всегда такой? – Стас проходит в спальню и включает свет. Он скидывает пиджак и аккуратно вешает его на спинку стула. Максим следует за ним на взводе.
-Ты сам говорил, что тебе нравятся такие, - хмуро напоминает он.
-Вообще не тот смысл, - бросает Стас, проходит по комнате и зашторивает окно. Кажется, он не спешит.
-Ты чего такой подорванный, сладкий? – блондин возвращается к Максу и нежно гладит его по шее, наклоняясь за поцелуем. Но видимо, Максиму не очень нравится слово «сладкий», потому что его взгляд темнеет, он снова сжимает пальцы на светлой шее блондина и кидает его на кровать. Стас охает, а Максим оказывается сверху. Чернецкий, конечно, супер сексуальный. Такой резкий и безпринципный. Но что-то в нем не то. Сейчас в нем явно играет не сексуальная энергия.
Стас напрягается под Максимом, но позволяет его ладоням пройтись по бокам, погладить ширинку, снова сжать шею.
-Никаких «сладкий», - зло шепчет он. – Заклею рот.
Если бы кого-то завело такое обещание, то точно не Стаса. Ему кажется, что Максим просто срывает на нем какую-то злость.
Он вздыхает и упирается Максу в грудь.
-Ладно, встань.
-Не капризничай, - Максим перехватывает запястья и пытается прижать их к кровати.
-Максим, - холодно повторяет Стас, дёргает руками и одним резким движением меняет их местами. Оказавшись под Стасом, в глазах Максима мелькает паника. И блондин это замечает. Но она сразу сменяется ледяной сталью черных глаз.
-Что с тобой такое? – серьёзно спрашивает журналист.
-Ты хочешь трахнуться или нет? – отвечает вопросом на вопрос Макс. По его лицу видно, что нет не сильно его расстроит.
-Хочу, но не так, - спокойно отвечает блондин, перестает фиксировать Максима и встает с него. – Это больше похоже на изнасилование.
-Никто пока не жаловался.
-Так ты гей все-таки?
-Нет, - зло выдыхает Макс.
-Ты так ведешь себя с девушками? – морщится Стас и поправляет костюм. Настроение трахаться медленно тает. Что-то с эти парнем явно не так, и проницательный Стас это чувствует. – Они заявление потом пишут?
Чернецкий не оценивает подкол, встает с кровати и подходит к двери. Его брюки все еще натянуты твердым членом, и это цепляет взгляд Стаса, заставляя жгучее возбуждение вновь разлиться внизу живота.
-Заставлять не буду, - коротко говорит он, намекая, что если Стас не собирается ложится под него и трепеть полуизнасилование, то скатертью дорожка.
Тот факт, что Макс отрицает свою ориентацию (хотя может он и би), паника на его лице под Стасом на кровати, агрессия и желания абсолютного доминирования, рождают в голове Стаса определенный образ.
-Хорошо, - спокойно отвечает блондин, приглаживает волосы, поправляет очки и подходит к двери. Он рассматривает напряженное, красивое лицо юноши. Стасу 26, он повидал много гомосексуальных пацанов, пацанов-экспериментаторов, отчаянных натуралов. Этот экземпляр вызывает у него интерес и какое-то тепло. – А тебе самому нравится вот так? Как животное?
-Да, - чеканит Макс и засовывает руки в карманы с вызовом смотря на журналиста.
-У тебя был парень когда-то?
Макс ничего не отвечает, но кладет руку на ручку двери. Стас ее останавливает.
-Можно поцеловать тебя по-человечески? – серьёзно спрашивает он. Максим поднимает глаза. Стас высокий, худой, но не тощий, он уже молодой мужчина, а не юноша. У него спокойные голубые глаза, которые, видимо, видели много дерьма на своем веку. Он держит себя расслаблено и уверенно, и его ровная осанка из-за высокого роста добавляет ему властности. Словно не ожидая отказа, Стас снимает очки, аккуратно складывает и кладет в карман.
Максим ничего не отвечает. Но блондину хватает его короткого взгляда на губы.
-Только не кусай, - просит он, наклоняется и мягко целует красивые губы Максима. Тот почти не отвечает, но поддатливо позволяет забраться языком себе в рот. Стас кладет руки на его крепкие бедра и прижимается к нему животом. Парень начинает отвечать на поцелуй, шумно выпуская воздух. Блондин обнимает лицо Чернецкого ладонями, делая поцелуй глубже, быстрей, страстнее. Макс заводится опять. Но не позволяет себе дотронуться до тела Стаса, только сводит брови и дышит.
 
-Какой ты красивый, - шепчет Стас, отодвигаясь. Макс приоткрывает глаза. – Я хочу зацеловать и облизать тебя всего.
Максим дергается, отводит взгляд и немного мрачнеет.
-Я только сверху, - зачем-то говорит он.
-Ты никогда не был снизу? – от факта, что Максима еще никто не трахал, сводит живот. Стас знает, насколько он хорош и способен сделать чей-то первый раз незабываемым.
-И не собираюсь, - холодно отрезает он.
-Хорошо, - так же спокойно кивает Стас. Сейчас, когда Макс успокоился, не пытается повалить его на пол, зажать рот и выебать, целовать и трогать его – одно удовольствие. – Сколько тебе лет?
-21
Стас кивает, наклоняется и снова целует Макса. Теперь Макс разрешает себе положить руки на торс блондина и отвечать на поцелуй. Целуется он отлично, как замечает Стас, даже со вкусом травы и виски. Губы Максима мягкие и горячие, его дыхание часто сбивается, а сердцо бьётся быстро. Вот сейчас он по-настоящему заведен, а не так, как на кровати, когда он хватал Стаса от какой-то непонятной злости.
Журналист скользит руками по бедрам парня, чувствует в кармане что-то шуршащее и улыбается: Макс носит с собой презерватив? Он залезает в этот карман и достает маленький пакетик с тремя таблеточками. Поцелуи сразу же прекращаются. Макс открывает глаза, смотрит на серьёзное лицо Стаса, а потом вниз – на его руку с пакетиком. Молча, он вырывает его из рук блондина и кладет обратно в карман. Их глаза встречаются. Взгляд Макса – напряженный и настороженный, у Стаса скорее серьезный и изучающий. Не отрывая глаз от лица Максима, блондин снова лезет к нему карман, достает таблетки и кладет в карман к себе.
-Ты не знаешь, что это и как… – начинает Макс, но Стас его перебивает:
-Я не собираюсь это принимать.
Максим не выдерживает его взгляда и отводит глаза. Возбуждение в который раз спадает. Стас неспеша заходит в комнату, берёт свой пиджак и надевает его.
-Завтра показы в рамках Фешн Вик в Грей Палаце. У меня аккредитация. Что-то мне подсказывает, что ты там будешь?
Макс кивает, не сводя настороженных глаз со Стаса. У него все еще стоит, а губы и щеки – красные.
-Тогда я тебя найду, - Стас достает из кармана очки, смотрит на стекла, надевает их. Максим хмурится и хочет что-то сказать, но его перебивает поцелуй. Сначала в губы, потом в шею. – Выспись хорошо, - он гладит парня по волосам и выходит из номера. Вот так, он не осуждает его за то, что нашел у него в кармане. Не читает ему лекций. Не пытается перевоспитать и не ведёт себя как его родитель. Он просто забирает у него это дерьмо, целует в губы, гладит по голове и прощается до завтра. Он не отстраняется, не испытывает отвращения и страха. Он гораздо выше и сильнее этого. Ему не нужно объяснять ничего. Оправдываться. Бороться и говорить, что это не его дело.
Макс растеряно смотрит на приоткрытую дверь номера, матерится, поправляет каменный член в трусах и плетётся в ванную. Показ завтра в 5 вечера, слава богу.
Бекстейдж моднейшего бренда белья – это толпа раздетых девушек или парней, которых гриммируют несколько мейкаперов. Выглядит, как изощренная оргия. Максим стоит у зеркала в белых трусах от Кальвина Кляйна и, впрочем, это всё. Грим уже на нем – блестки на плечах, взлохмаченные волосы и немного тоналки. Ему пришлось побриться для показа, как этого потребовало агенство, и он, как любой мужчина, без волос в подмышках и в паху чувствует себя голым. Хотя для него это далеко не впервой.
Долговязого журналиста он замечает издали: теперь в темно-синем, менее строгом костюме, тех же очках и с той же аккуратной волной волос, которую Макс вчера собственноручно растрепал. Стас подходит к другим парням, что-то говорит им с улыбкой, без стеснения разглядывает «одежду» на них, как будто его нереально интересует новая коллекция. Но никого не трогает, не флиртует и, кажется, не берёт ничей телефон. Он здесь как будто в своей тарелке.