Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

В тот же день Харди отправился в убойный отдел города Сиэтл и подал документы на трудоустройство. Глупые местные полисмены, даже и не стали проверять парня ни по каким базам, и сразу же выдали ему новехонькую форму, значок, да оружие. И вот, Том уже не просто ебанат-иммигрант из Англии, а самый настоящий полноправный гражданин Америки, да еще и полицейский в должности патрульного! А это вам не абы что!
Выйдя из здания департамента полиции Сиэтла, первым делом Том позвонил отцу и сообщил, что передумал становиться дизайнером, а пошел в мусора. Кристофер был так рад и горд за сына, что сразу же после разговора с ним, обхуярился марихуаной до неузнаваемости и станцевал с ней же вальс бостон.
К слову, Харди не остался в долгу перед Киану и, по воле случая, сумел достать из-за решетки Олега Табакова, который получил нихуйственный такой гастрит, пропитавшись столь длительное на зоне время одной лишь баландой.
С того самого дня, как Тому удалось стать мусором, дела в «Батлер и друг» пошли в гору, ведь каким-то чудным образом, обычному патрульному Харди удавалось не только крышевать собственный бизнес, но и делать наводки на наркоторговцев-конкурентов, которых незамедлительно хлопали его коллеги чином повыше и отправляли пожизненно топтать зону. Тут-то Том и начал ощущать чувство власти и дозволенности, свалившееся на его восемнадцатилетние плечи. Из-за того, что диллеров с каждым днем становилось все меньше и меньше, наркоманы Сиэтла вспоминали про некое кафе, под прилавком которого приторговывали любым запрещенным веществом — на любой вкус и цвет.
Оставалась нерешенной лишь одна проблема — из-за своей низкой должности, Харди не имел доступа к обширным мусорским базам с адресами и прописками граждан Америки. Отсюда следует вывод, что и на Мэрил Том никак не мог выйти! Как не смог выйти на нее и хакер Киану! Даже несмотря на угрозы Тома о том, что тот не собирается доставать из-за решетки гниющего свекра Ривза, который, к слову, каким-то странным образом дважды за неделю умудрился попасть туда с увесистым пакетом кокаина.
 
========== Глава 52: Патрульные ==========
 
Ноябрь 2001 года.
Том присел на пожарный гидрант, задрав одну ногу на него, и курил, пока его напарник подсовывал под «дворник» неправильно припаркованной машины штраф. Чарли Хэннэму было двадцать один, и он вот уже несколько месяцев служил в убойном отделе департамента полиции Сиэтла. Он был высок, светловолос и вполне себе симпатичен, даже слегка смазлив. С виду его можно было принять за ответственного серьезного парня, самоотверженно и доблестно служащего закону и порядку. На деле же это было не так, а даже с точностью до наоборот. Чарли был ленив и похуистичен настолько, что ему скорее стоило пойти работать в видеопрокат или еще на какую распиздяйскую работенку вроде того, но никак не в полицию. Однако, волею судеб, Хэннэма занесло в убойный отдел. Не сказать, что служба приходилась ему по душе, но что-то менять было настолько в падлу, что он решил остаться. Так и работал — вечно цокая и недовольно подкатывая глаза. В участке к нему прицепилось прозвище Кент. Все уже забыли почему, а самому Чарли было не просто лень вспоминать, но и, собственно говоря, похуй.
— Ну что, погнали дальше? — спросил Хэннэм, подойдя к Харди и жестом попросив у него сигарету.
— Заебал стрелять, — подкатил глаза Том, но пачку протянул.
Кент оперся на фонарный столб и глубоко затянулся.
— Ох, сука, когда же этот рабочий день закончится, — протянул он, выдыхая дым через нос.
— Да только час как наша смена началась, сука-бля, — приподнял шрамированную бровь Харди.
— И что? Я уже уебался, как мразь, — пожал плечами Чарли, крутя в руках тлеющую сигарету. — Неблагодарная работа. Хули кто-то сидит в участке спокойно, жрет пончики и попивает кофе, пока мы тут катаемся на этих блядских драндулетах… — пнул он ногой колесо скутера, припаркованного у тротуара. Рядом стоял второй такой же.
— Тут ты прав… — задумчиво почесал лоб Том, подняв защитное стекло мотоциклетного ментовского шлема вверх. — Ну, а хули поделать, мы работаем всего-ничего. Надо как-то двигаться, проявлять себя, сука-бля, глядишь Хэнкс даст нам повышение, — развел руками он, хотя и сам нехило мечтал получить уже звание детектива, ведь узнал, что, начиная именно с этого чина, сотрудники полиции имеют доступ к кое-каким мусорским базам.
 
— Да уж конечно, блять! — подкатил глаза хлеще некуда Кент и отбросил бычок в сторону. — Этот хуеплет не даст повышение так скоро, у него там правила какие-то ебаные, мол, отработайте сто семьдесят три года, выпишите тысячу двести сорок пять штрафов, станцуйте, блять, пасадобль на крыше Спейс-Нидл и передерните моему сыну, и тогда, может быть, я дам вам повышение. Но это, сука, нихуя не точно. Так что можешь забыть про звание детектива еще надолго. А сейчас поехали пожрем где-нибудь и продолжим выписывать ебучие штрафы… — недовольно бубнил Кент, кривя лицом и уже усаживаясь на скутер.
— Да ну нахуй! — вдруг взорвался Том, пнув мусорским ботинком гидрант. — Со мной такая ебала не прокатит! Ебал я в рот его правила, сука-бля! Мы сейчас же едем к капитану и требуем повышения. Нахуй мне не надо — заниматься вот этой шляпой, — вытащил он из-под «дворника» только что выписанный его напарником штраф, скомкал бумажку и отбросил через плечо.
— Тебе делать нехуй? — скрестил руки на груди Чарли и недовольно цокнул.
— Нехуй! — рявкнул Харди и оседлал свой скутер. — Ты со мной? Или дальше будешь патрулировать? — обернулся он на Хэннэма, заводя своего «железного пони».
— Ладно, поехали уже, — подкатил глаза Кент.
 
Через 20 минут в участке.
— Здарово, капитан! — бесцеремонно вошел в кабинет своего начальника Том.
— Так, что за субординация, Харди? — возмутился Том Хэнкс, отложив в сторону альбом с какими-то каляками-маляками. — И ты, Хэннэм, тут? Чего хотели, парни?
— Мы, собственно говоря, по делу, — начал Том, усевшись напротив капитана.
— Пап, мне надоело играть с дядей лейтенантом, можно я порисую здесь? — вошел в кабинет мужчина лет эдак тридцати с виду.
— Колин, видишь я занят, пойди поиграй еще немножко, — слегка раздраженно улыбнулся капитан Том, указав сыну на дверь.
— Ну пааа, ну я тихонечко вот здесь сяду… Я не буду мешать, честно-честно! — клянчил Хэнкс-младший, присаживаясь на диванчик у входа.
— Ладно, — процедил капитан и протянул Тому Харди альбом с рисунками и краски, чтобы тот передал все это барахло Колину.
Том осуждающе помотал головой, но набор художника взял и через плечо протянул его Чарли, который, в свою очередь, подкатив глаза, передал все это мальчишке в возрасте. Колин радостно принял дары отца, плюхнулся на диван животом и, высунув кончик языка, принялся усердно рисовать облака.
— На чем мы остановились? — сложил руки замком Том Хэнкс и уставился на патрульных.
— На нашем повышении, сука-бля, — состроил свой фирменный еблет Харди. — Мы тут с Кентом покумекали и решили, что нам пора бы уже в детективы, капитан. Так ведь, Чарли? — обернулся он к напарнику, который присел на подлокотник дивана, где Колин Хэнкс старательно вырисовывал корявую бабочку в своем альбоме.
— А? Что? Ты мне? — непонимающе поднял взгляд Хэннэм, ссыпая со спинки дивана в ладонь скорлупу от фисташек, которыми решил перекусить. — А, да, повышения мы хотим… Типа того, угу, — безразлично закивал он головой.
— Так-с, что-то я не понял, — вздохнул капитан, поджав губы. — С какой это вдруг стати? Ты, Хэннэм, работаешь всего несколько месяцев, ты, Харди, — и того меньше. За какие такие заслуги вас повышать? У меня вон сколько ребят уже по несколько лет в патрульных сидят, — указал он рукой на большое стекло, отделяющее кабинет от остального участка. — С чего вдруг мне переводить в детективы вас, а не их?
— Пффф… — ухмыльнулся Том, откинувшись на спинку стула. — А эти твои парни, — ткнул он рукой в сторону все того же окна. — Они много тебе наводок на всяких барыг дали? А, капитан?