Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)
Том зажмурился и до боли закусил губу, пытаясь прогнать образ матери из головы. Но у него ничего не получалось! Мэрил никак не пропадала! Парень, будто под влиянием какой-то неведомой силы, спрыгнул с подоконника и помчался прочь из комнаты. Он миновал лестницу и оказался в холле.
— Блять! — заорал Том, на секунду остановившись на выходе из поместья и схватившись обеими руками в косяки дверного проема, будто сопротивляясь кому-то, кто подталкивал его в спину.
Он выскочил на улицу и бросился к воротам. В лицо ему хлестал проливной майский дождь. За несколько секунд Том промок до нитки, но, несмотря на это, его было не остановить, и вскоре он подлетел к огромному баку, подтянулся руками за его край и перекувыркнулся внутрь, упав лицом в кучу мусора. Но это его, кажется, нисколько не смутило, и в тот же миг он вынырнул из этой помойной кучи и стал шарить руками вокруг. Вскоре он нашел, что искал.
Кристофер вернулся домой только утром следующего дня. Хоть всю ночь и шел охуевший ливень, заставивший Темзу выйти из берегов, сегодня погода была невероятно солнечной и чудесной. Мистер Уокен со скрипом отворил кованые ворота и в припрыжку зашел на участок фамильного поместья семьи Харди. Настроение у мужчины, который, к слову, был обкурен в хуй, было великолепным. Он разулся, снял с себя носки и завальсировал по промокшему газону. Он так закрутился, так завертелся в танце, что и сам для себя не заметил, как громко запел. В миг вокруг Кристофера закружились пташки, подпевая укурышу веселой трелью. Там и тут, из-под подкопов под забором, на участок стали забегать милые пушисты кролики. Они окружили мистера Уокена и начали водить хоровод. Находясь в эпицентре событий, Кристофер, скинул с себя шляпу, которую поймали маленькими клювами несколько птиц, и затянул пронзительное соло.
— Закрой рот, уёбок! Время семь утра! — трижды заголосил со стороны недовольный голос кого-то из соседей.
— Упс, — прикрыл морщинистой ладонью рот Кристофер, подмигнув одному из кроликов и прикоснувшись подушечкой пальца к его шершавому носику.
Мужчина распрямился и молча пошел в сторону входной двери. Когда он поднимался по ступенькам, птички накинули на его бестолковую голову шляпу, а один из кроликов преподнес мужчине крафтовый пакет с булочками, который тот успел проебать во время танца.
— Благодарствую, — поправил он головной убор и прошел в поместье.
Душа мужчины продолжала петь. Ему казалось, что ничто не сможет омрачить столь прекрасное утро. Кристофер был намерен полностью уделить сегодняшний день Тому. Он даже уже все распланировал: сначала они с сыном плотно позавтракают любимыми булочками Тома, потом немного порезвиться на заднем дворе, сыграв партию-другую в большие каменные шахматы, затем пикник в лесу, а вечером Кристофер разведет камин, и они с сыном устроят лит-вечер за сборником рассказов Толстого да бутылочкой «красного».
— Том, ну где же ты?! — звал мистер Уокен, обойдя весь первый этаж, но нигде не обнаружив сына.
Превозмогая боль в коленях, мужчина поднялся по лестнице. Ебать ты нахуй, Крис! Как выплясывать на улице — это он может! Где же там была твоя боль? Ммм? Мистер Уокен заглянул в комнату Тома, но того не было и там. Да куда же он подевался?! Не на шутку устав от поисков, Кристофер решил зайти в свой кабинет, немного перекурить, отдохнуть, а затем уж и продолжить искать сына.
Посвистывая под нос «Полет Шмеля», мужчина открыл тяжелую дубовую дверь в кабинет и встал на пороге как вкопанный. Все его планы на сегодняшний день в один момент полетели не то что в трубу — в пизду! Если сказать, что он удивился — это не сказать ничего! Кристофер был в ахуе! За письменным столом сидел Том Харди VIII, собственной персоной. Он печально подпирал рукой голову, облокотившись о столешницу, и отречено-раздраженным взглядом смотрел в потолок. На лице же его красовалась…
— Маска?! — охуевше изумился Кристофер, выронив из рук пакет с булочками. — Какого черта, Том?! Ну как же так?! — безысходно простонал он.
— Блять, папа я не могу, — заныл Том, бросив на отца не на шутку печальный взгляд.
— Сынок, быть того не может! — обреченно хлопнул себя по галифе мистер Уокен. — Я же выкинул их вчера!
— Я их достал… Обе… — механично бурчал Харди-младший.
— Тооом… — изумленно прорычал мужчина. — Давай, снимай ее немедленно! Избавимся с тобой от них вместе раз и навсегда. Хочешь разведем костер прямо на участке и сожжем их? На нем же, после, и пожарим зефир! Ммм? Как идейка? — попытался перевести он ситуацию в шутливое русло.
— Они нужны мне. В них мне комфортнее, — продолжил настырно мямлить парень. — Это тяжело — вот так вот бросить то, с чем прожил всю жизнь.
— Любимый мой сын, давай я расскажу тебе историю о двух… — уселся в кресло Кристофер, доставая из-за пазухи портсигар.
— Я тысячу раз слышал эту историю, — меланхолично перебил отца Том.
— Ну, и в чем тогда проблема?! Ты же и есть та самая мышка, которая взбила масло и спаслась!
— Нет, я та мышка, которая потонула в молоке! — обреченно протянул Том, навернув на глаза слезы.
— Ох, дорогой мой, только не плачь, я тебя прошу… — поднял брови домиком Кристофер и поднялся с места. — Иди сюда, — расставил он руки в стороны.
Том, будучи ранимой размазней, отчего-то очень захотел немного обнимашек. Он подскочил со стула и кинулся к отцу. Парень с силой вцепился в его пальто, уткнулся головой в грудь и тихо заплакал.
— Ну… Тише… Тише… — нежно погладил его по голове мистер Уокен. — Ничего страшного… Так всегда бывает, когда от чего-то отказываешься резко… Такое бывает, к примеру, у алкоголиков или наркоманов… Давай избавляться от маски постепенно, если резко тебе тяжело… Поноси еще, если это тебе так нужно, если тебе в ней уютно… Но только давай не постоянно, договорились?
— Угу, — промямлил Том, сильнее зарывшись маской в пальто отца.
Вот так вот, благодаря старой бляде — мисс Стрип, Том Харди вновь надел на себя маску из биометалла.
Следующие несколько недель Том ходил будто сам не свой. Парень закрылся в себе и практически ни с кем не контактировал. Каждый божий день Кристофер или Мелисса пытались хоть как-то растормошить парня и вывести его на разговор. Но в итоге получалось все не то! Это был не диалог никакой, а лишь монолог со стороны взрослых, ведь сам Том только и делал, что невнятно мямлил да меланхолично бурчал.
В голове же у Тома творился полный кавардак. Парень постоянно прокручивал разные негативные события, которые когда-либо происходили с ним в жизни. Все они настолько переплелись и запутались между собой, что, порой, Том и сам не понимал — зачем он все это вспоминает и что вообще будет с ним дальше. Но больше всего Тому не давал покоя один момент — письмо Мэрил. Нет, не весь его текст. А именно та часть, в которой женщина написала о запрете посещения второго этажа. Но ведь мистер Уокен говорил, что Том все это просто выдумал! Что нет никакого мальчика, проживающего в шаре на втором этаже! Зачем же тогда Мэрил опять про это уточняет? Кажется, Кристофер говорил сыну про то, что мать не разрешала Тому заходить в ее комнату… Но зачем бы ей уточнять об этом в письме? Может, все же, что-то есть там такое? Непонятно…
========== Глава 34: Дневник ==========
— Так, поднимайся, мы едем за покупками! — как-то раз заглянула в комнату Тома толстая голова Маккарти.
— Я не хочу, — буркнул парень, отложив в сторону книжку и с головой засунувшись под плед.
— Все! Мне это надоело! Нормально поговорить ты ни с кем не хочешь! Выходить на улицу — тоже! — взорвалась толстуха, подойдя к кровати и сорвав с Тома плед. — Да и вообще, ты такой расклеенный, что меня это уже не на шутку бесит! Взбодрись, Том! Посмотри на кого стал похож! — обвела она ладонью его лицо. — Вот эти вот усики под носом… Какой-то стремный пушок! А на голове что?! Ты давно стригся? — дернула она его за маленький пучок, собранный на затылке.
— Хорошо, Мел… Я постараюсь… Взбодриться… — промямлил Харди, отстраненно посмотрев на няньку.