Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Папа, Мелисса, познакомьтесь, это — Мила, — отступив на шаг в сторону, впустил он внутрь одноклассницу.
— Доброго вечера! — улыбнулась девочка, помахав рукой. — С наступающим Рождеством…
Кристофер, увидев Кунис, от шока потерял дар речи, а вместе с ним и свою шляпу. Ведь он так сильно открыл рот, запрокинув голову, что головной убор слетел с его макушки и укатился, то ли под стол, то ли под елку, то ли под упавшего у двери дворецкого, то ли и вовсе незнамо куда.
— Томас! Ну надо же! — поднялся со стула мистер Уокен. — Ты привел на ужин в честь Сочельника девочку! Матерь Божья! Да это Рождество может стать для меня самым лучшим за последние годы! — потрепал он одной рукой сына по голове, а вторую протянул Миле, которая уже подошла к столу.
— Пап, хватит… Я просто привел друга, что тут такого? — процедил сквозь маску Том.
— Томас, ты бы лучше не болтал, а проявил хорошие манеры, — осуждающе помотал головой Кристофер и отодвинул стул, предлагая Миле присоединиться к ужину.
Девочка села за стол и, не стесняясь, принялась накладывать себе угощения в тарелку.
— Ох, все такое аппетитное… — улыбнулась она, наколов на вилку кусок индейки. — У нас в Украине совсем не так празднуют Рождество. У нас больше в почете Новый Год…
— А вы из Украины? — заинтересовано спросил Кристофер, наливая девочке тыквенный сок.
— Да, мы с семьей жили в Киеве… — начала беззаботно рассказывать Мила.
Мелисса пихнула Тома под столом ногой и, когда мальчик поднял на нее взгляд, подмигнула.
 
— Ох, какой же славный вечерок сегодня, — откинулся на спинку стула мистер Уокен, спустя час чревоугодия, сопровождающегося непринужденной беседой.
В основном разговаривала Мила, рассказывая всякие байки о своей родине, семье и друзьях, которые остались в Киеве. Кристофер кивал и задавал всякие дурацкие вопросы. Мелисса поддерживала болтовню и своими историями. Том же молчал, как дурак, и уже пожалел, что вообще затеял пригласить Кунис на ужин, ведь и сам не знал, чего хотел этим добиться.
— Думаю, стоит немного растрястись, — встал из-за стола мистер Уокен и пошел к граммофону, на котором, к слову, и нашел свою утерянную шляпу. Он взял ее и ловко подбросил в воздухе так, что она приземлилась ему прямо на макушку. — Музыка будет, как нельзя кстати… — обернулся Кристофер к столу и поставил пластинку.
Из граммофона по столовой разнеслись мелодичные аккорды, которые Том сразу же узнал. Это был вальс!
— О, нет! Только не это! — взвыл он, закрыв лицо руками.
— Томас, ну же! Время танцев! — подошел к нему отец, похлопав по плечу и как бы на что-то намекая.
— Как-то не очень хочется… — промямлил мальчик и стал набивать рот тортом.
— Томас, отговорки не принимаются, — строго сказал Кристофер и убрал тарелку подальше от сына.
— Крис, вальс — не самая лучшая идея, — поспешила прийти на помощь Тому Мелисса, поняв по его виду, что он готов сквозь землю провалиться. — Давайте лучше что-нибудь более энергичное. Вальс уже давно устарел, не думаю, что это то, что интересно молодежи.
— Вальс не может устареть! Он вне времени! — не унимался мистер Уокен, капризно топая ботинками по паркету.
— Не обращай внимания на него… — зашептал Том Миле, слегка наклонившись вперед. — Он у меня немного того… — покрутил он пальцем у виска, а Кристофер прибавил громкости на граммофоне.
— Да забей, Том, — махнула рукой Кунис и с ухмылкой уставилась на мистера Уокена.
— Ох, Томас, Томас, — осуждающе постучал пальцем по столу Кристофер. — Ничего-то ты не понимаешь… Тебе еще учиться и учиться! Разрешите вас пригласить, мисс… — протянул он руку Миле, согнувшись в поклоне.
— С удовольствием, сэр! — хрипло воскликнула девочка и положила ладонь в морщинистую руку Уокена.
Том и вовсе ошалел от такой картины. Ему стало неимоверно стыдно за отца, но при этом он удивился реакции Милы, которая не отказала старику-укурышу в танце. А может все же стоило самому ее пригласить, пацан? Батя-то говна не посоветует!
Кристофер и Мила закружились в танце, вальсируя вокруг стола. Лицо Тома пылало, и он мечтал, чтобы этот глупый Сочельник уже скорее закончился. Наконец, вдоволь натанцевавшись, мистер Уокен усадил девочку обратно за стол и сам плюхнулся на стул, тяжело дыша.
 
— Ох, спасибо за славный вечер, но мне пора, — сказала Мила, когда осушила бокал тыквенного сока до дна. — Меня ждут родители.
— Хочешь провожу тебя? — с надеждой в голосе спросил Том, ведь мечтал лишь об одном — побыстрее съебаться с этой блядской батиной вечеринки.
— Ну, разве що до выхода. До дома я доберусь сама — отец должен за мной приехать, — закинула себе в рот вишенку с торта Кунис и пошла к дверям столовой. — Было очень приятно познакомиться. Мелисса, мистер Уокен… — поочередно кивнула она головой в знак прощания и вышла в холл.
Том последовал за ней.
— Прости еще раз за отца, — затараторил мальчик. — Он у меня с причудами. Могла бы и отказаться танцевать с ним этот дурацкий вальс, он бы не обиделся.
— А мне понравилось. Мог бы и сам меня пригласить — я бы не отказала и тебе, — подмигнула Мила, наматывая на шею шарф. — А папка твой — классный мужик! — похлопала она друга по плечу, натянула на голову синюю шапку с помпоном и выскочила из дома.
— Счастливого Рождества! — промямлил Том ей в след, забившись в агонии неожиданной порции флирта.
 
Через пару минут мальчик вернулся в столовую с намерением пожелать отцу и Мелиссе «спокойной ночи», но от увиденного там охуел хлеще прежнего. У дальней стены стояла учебная доска, на которой были прикреплены какие-то плакаты.
— Томас, — жестом пригласил сына сесть вновь за стол Кристофер. — Семейный совет…
— Какой еще совет, пап? — подкатил глаза Том, но за стол сел. — Это все к чему? — обвел он рукой плакаты, где были нарисованы мальчик и девочка в разрезе.
— Я пыталась его отговорить, — извинительно улыбнулась Мелисса.
— Итак, сын мой, настала пора поговорить о взаимоотношения полов, — начал свою лекцию мистер Уокен, достав из-под подола пальто указку.
— Чего? — охуел хлеще некуда Том, приподняв шрамированную бровь по самый «небалуй».
— Сейчас мы поговорим с тобой о… Сексе, — выпалил Кристофер, расплывшись в интригующей улыбки.
— Пааап… — обреченно протянул мальчик, покраснев до состояния жухлого томата и не желая говорить с отцом на подобные темы. — Не надо… У нас был подобный урок в школе… Я и так представляю…
— Ничего-то ты не представляешь, дорогой мой сын, — перебил его Кристофер. — В школе, я уверен, вам просто констатировали сухие факты. Но! Я, как твой отец, расскажу тебе все! Итак, слушай… — развернулся к плакатам мистер Уокен.
Целых десять минут он очень красочно рассказывал о половых органах мужчин и женщин с точки зрения анатомии, не забывая подкреплять свои байки демонстрацией рисунков с плакатов. Эти минуты длились для Тома вечностью! Мальчик готов был провалиться под землю, дабы не видеть и не слышать всего этого, но обижать отца тоже не хотелось, поэтому он молча сидел и слушал, то и дело вздыхая и подкатывая глаза.
— А теперь перейдем к главному, — хлопнул в ладоши Кристофер и перевернул плакат, на котором были изображены сношающиеся мужчина и женщина. — Что же такое половой акт? А это, Томас, физическая близость между мужчиной и женщиной, во время которой пенис проникает во влагалище, совершая поступательные движения. Это похоже на движения поршня внутри шприца, — достал он из-за полей шляпы одноразовый шприц и задвигал им туда-сюда. — Так наглядно? Понимаешь? — устало уставился он на сына, тот коротко кивнул в ответ, громко цокнув. — Ну, а в эпическом финале полового акта происходит что? Правильно — семяизвержение, — подошел он к столу и набрал в шприц немного сливочного соуса. — Это когда из члена вылетает сперма, — нажал он на поршень и выпустил соус в сторону сына.
— Эй! — возмутился Том, вытирая с маски противную сливочную жижу.