Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)
— Что есть, то есть, — усмехнулся и Батлер, а плащ смахнул с его глаза слезу.
— А теперь его нет… В один миг просто не стало и все, сука-бля! — развел ладони в стороны Том, состроив преисполненный тоски и боли фирменный еблет. — Но есть, сука-бля, я. И я должен сделать нечто важное. А именно — спасти тех, кого любил Джейки. Вместо него я должен защитить его жену и их еще не родившегося ребенка. И я вытащу Лизи из тюрячки и обеспечу ей и их с Джейки малышу будущее. Я сделаю так, чтобы они ни в чем не нуждались! Сука-бля, Джейки был бы рад, узнай, что я помогу тем, кого он так безмерно любил…
— А Нина? Ее ты разве не собираисси спасать? — охуевше нахмурился Батлер.
— Конечно, сука-бля, собираюсь. Вообще, давно уже должен был ее спасти, да все ебал сам себе мозги, — скривился Том. — Как же я ее не спасу, Леонид, если, сука-бля, люблю ее? Мм?
— ??? — удивился бородач, ошарашенный прямотой друга.
— Ой, сука-бля, угомонись ты, — пихнул его в плечо сержант. — А что еще мне нужно было сказать? Опять брехать, что все это не так и строить из себя дурака? Смысл в этом, Леонид? Жизнь слишком, сука-бля, коротка, дабы тратить ее на всякую хуйню… — задумчиво сказал он, приставив ладонь к подбородку. Он залип в одну точку и о чем-то задумался.
Леонид лишь молча кивнул в ответ и решил не приставать к другу, а дать ему побыть наедине со своими мыслями.
К обеду следующего дня они приземлились в Сиэтле. Леонид прямо из аэропорта поехал в ремонтную мастерскую, дабы отремонтировать айфон сержанта. Сам же Харди отправился в еврочетырешку, где сразу же уселся за ноутбук и с головой погрузился в свои обдроченные базы. Но в какую бы базу не заходил Том, сестер Блэкберри нигде не было! А некоторые базы и вовсе были заблокированы, хотя раньше сержант Харди имел к ним доступ. От непонимания, что за шляпа творится с базами, Том решил перезапустить компьютер и взять паузу.
Пока ноутбук перезагружался, Том навел себе бодрящего чая, закурил и вновь уселся за компьютер. Пока ждал, решил включить телевизор, дабы хоть как-то заглушить давящую на него тишину, стоявшую в квартире.
Вдруг послышался звон ключей, входная дверь раскрылась и в еврочетырешку эффектно зашел Леонид.
— Томми! Починили! — затряс он айфоном сержанта над головой. — Оказываитси, он просто намок, и кой где поржавел. В местерской протерли контакты и все — работает, как новехонький!
— Отлично, дай его сюда скорее! Нужно набрать кому-то из наших, — ладонью поторопил его Харди, подзывая к себе. — Какая-то ебала с базами творится. Не могу нихуя посмотреть…
— А ты все успеешь? Можеть надо как-то тебе еще в чем-то подсобить? — передал телефон другу Батлер.
— Все, сука-бля, успею, — кивнул Том, включая айфон. — Их приговорили вчера. Значит, у нас в запасе как минимум есть месяц, я же постараюсь управиться и достать их за неделю. Да за это время даже дату казни не успеют назначить, — положил он телефон рядом с собой, ожидая, пока тот загрузится после длительного пребывания в небытие.
Но тут его отвлекла резкая музыка, раздавшаяся из динамиков телевизора. Том машинально повернул голову, и увидел, как в эфир воровался срочный выпуск новостей.
— Сегодня. Пятого. Сентября. Две тысячи тринадцатого года. Ровно в двенадцать часов дня. По местному времени, — будто бездушный робот, заговорил ведущий теленовостей. — В Лос-Анджелесе. Штате Калифорния. Состоялась казнь тех, кто пару лет держал страну в страхе. Тех, кто не давал спокойно жить и развиваться вам и вашим детям. Тех, кто, по сути, ничего такого и не сделал. Но теперь — все в порядке. Приговор — исполнен. Казнь — состоялась. Элизабет Блэкберри — мертва. Нина Блэкберри — мертва. То бишь, сестры Блэкберри — мертвы. Казнены. Повешены. Сожжены. А их прах развеян по ветру.
От услышанного глаза Тома округлились словно блюдца, а брови, шрамированная и нет, поднялись к потолку. Леонид хлопал ртом и не знал, что принято говорить в подобных ситуациях, да и стоит ли вообще говорить. Но тут телефон Харди пиликнул, оповещая о входящим СМС-сообщении. Сержант машинально заглянул в загоревшийся дисплей и обомлел.
— Нина?.. — нахмурился он, прочитав имя абонента.
========== Эпилог ==========
«Здравствуй, дорогой дневник!
Эта ситуация с любовным треугольником, в который я попал, честно, порядком меня утомила. Никогда не мог даже подумать, что вляпаюсь в подобную историю. Нет, конечно, в любовном треугольнике я уже оказывался, но тогда все было иначе. Тогда я лишь надеялся, что выберут меня, а теперь я сам должен сделать выбор.
И теперь я решил, что настало время этот выбор уже наконец-то сделать. Ух, как же это сложно! Но обратного пути нет. Я уже все придумал. Организовал, так сказать, суперсвидание. Надеюсь, все выйдет, как я и планирую, и тогда смогу написать тебе, дорогой дневник, как все прошло. Дело осталось за малым. Выбрать, кого из них позвать. Секретаршу или проститутку? Проститутку или секретаршу? Черт! Это очень сложно! Знать бы еще, как выглядит хоть одна из них, может было бы и проще определиться. Ладно, тут ничего не поделать, буду просто надеяться, что они хорошенькие. Ну, по крайней мере, фигуры у обеих очень даже… Фигуру секретарши я видел, ну а проститутку не то что видел — трахал! Зато с секретаршей я довольно много общаюсь, и, должен сказать, мне это нравится.
Так что, как ты понимаешь, дорогой мой дневник, выбор и впрямь не прост. К одной меня тянет телом, ко второй — душой. Конечно, таких чувств, что я испытывал до этого… Да и продолжаю испытывать по сей день… Тех чувств у меня сейчас нет, но с обеими мне хорошо и приятно проводить время, а это уже что-то. И это что-то помогает мне заглушить всю ту боль, что не утихает до сих пор. Может, это и станет для меня спасением?
Ладно, мне уже пора собираться, Крисы наверняка уже все подготовили. Но для начала надо позвонить уже, наконец, одной из них и пригласить на свидание. Фууух… Это так сложно! Ладно, все! Звоню! Выбор сделан!
14 февраля 2016 года».