Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Действительно, что за хуйня? Как? Почему? Зачем? Нина опять спуталась с Декстером? А это вообще по правилам? У нее же вроде как уже есть парень по имени Том! То бишь, выходит, таким вот образом она слила его?! И все это было не что иное как обычная интрижка?! Да ну на хуй! Что-то здесь не так! Зачем еще несколько часов назад она плела ему про вальс, про то, что хочет принять его любовь… Зачем вообще говорила все те сентиментальные вещи, что были сказаны в мотелях? Хм. Что-то тут нечисто. Нина была честна с Томом, доверилась и раскрылась ему, приняла все его заебы — искренне и ни разу не осудив. Он был влюблен в нее, а она — в него. Между ними образовалась настолько сильная связь, что, казалось, никто был не в силах разорвать ее. Но в один вечер все резко изменилось. Из-за чего? Том представления не имел. Но после этого Нина начала вести себя пиздец как странно! Девушку швыряло на эмоциональных качелях из стороны в стороны, и дело было уже не в биполярном расстройстве личности. Тогда в чем? А теперь прошел лишь час! Короткий час, за который, кажется, все рухнуло окончательно. Где она вообще нашла в Портленде хуева Дектера?! Как это возможно, если тот должен лечиться от амнезии в каком-то обдроченном санатории? Но зачем все это делает Нина? Она ведь сама говорила, что Декстер для нее ничего не значит, и она не хочет находиться с этим абьюзером! О, Боже, как же все это запутанно и непонятно!
Мозги Тома уже начали вскипать от всех этих размышлений, и он не придумал ничего лучше, как дождаться Нину и на сей раз поговорить с ней по серьезному, расставив все точки над «i». Так и просидел на диванчике в ожидании незнамо чего.
Время уже перевалило за полночь, когда входная дверь раскрылась и внутрь зашла сначала Нина, а за ней… Декстер?! Неужели, ему хватило наглости заявиться сюда?! Увидев парня-веролома, Харди моментально впал в состояние агрессии. Ну все, сейчас он точно набьет ему ебало! Ведь Нина рассказывала, как ненавидит этого человека и не хочет с ним больше связываться. Так что нехуй! Том непременно должен быть мужиком и отбить ее обратно!
Но тут произошло то, чего Том и ожидать не мог. Морган резким движением руки схватил Нину, прижал к себе и поцеловал. Девушка не оттолкнула его, но в то же время и не сопротивлялась, безвольно опустив руки по швам. По ее щеке скользнула слеза, но этого никто не увидел, так как свет на первом этаже был выключен. Данная картина не то что выбила Тома из колеи — растоптала! Сердце отчаянно затрепыхалось в груди и разбилось на миллион осколков, а все его глупые надежды окончательно разрушились, словно песчаный замок. Декстер оторвался от ее губ, взял за руку и потащил наверх, словно глупый жирный паук — глупую беззащитную бабочку. Как только парочка скрылась на втором этаже, сержант Харди, словно глупый мотылек, с психом улегся на диван, поднял ногу вверх и принялся зашнуровывать берц. Дощнуровав второй, он подорвался с места и пулей выскочил из дома, яростно хлопнув дверью, не желая слушать, как хуев Декстер будет жарить Нину.
 
========== Глава 131: Останься ==========
 
Том шел по ночному Портленду, сам не зная куда. В голове и сердце бушевал ураган эмоций: отчаяние, подавленность, боль предательства, злость.
«Послушай, Том… Послушай… Как все это больно… Это просто страшный сон какой-то. Это бред! Это нереально! Как все могло до этого дойти? Сука-бля, а чего ты ожидал?! Нахуя вообще во все это ввязался?! Знал же, что нихуя хорошего не выйдет! Так что теперь — получай! Сукааа… Нихуя от этого не легче…» — скакали в его больной голове мысли, он остановился посреди улицы и закурил.
— Куда, сука-бля, теперь? Что дальше? — обреченно прошептал он, уставившись растерянным взглядом в ночное небо.
Вдруг боковым зрением он заметил до боли знакомое здание и повернулся к нему. Справа от Харди находился шикарный особняк, выделяющийся на фоне соседних среднестатистических американских домов. В столь поздний час его окна были погружены во мрак. Лишь одно горело ярким светом. То самое, находящаяся на втором этаже, где в своем кабинете, за резным столом из цельного куска дуба, сидел мужчина средних лет довольно приятной наружности.
 
— Лео… — с надеждой в голосе прошептал Том и ринулся к входной двери со стукалкой-львом. Отчего-то именно сейчас, после всего случившегося, ему очень захотелось поговорить с кем-то близким. А кто может быть лучше старика Лео? Он и выслушает, и ситуацию проанализирует, непредвзято оценив ее, а может быть даже даст совет, как теперь сержанту жить дальше.
Дверь оказалась не заперта, поэтому Харди беспрепятственно проник внутрь и сразу же ринулся на второй этаж.
— Лео, сука-бля! — запыханно вломился он в кабинет ДиКаприо.
— Томми, Томми, Том, — нараспев протянул Леонардо, покручиваясь в кожаном кресле. — Давненько не виделись с тобой. Почему не предупредил, что зайдешь? Я бы подготовился как-то… — смерил он сержанта дружелюбным взглядом, приподняв котелок. Невооруженным взглядом было видно — мозгоправ усажен вусмерть. Впрочем, Тому было поебать на сей факт. В любом состоянии ДиКаприо его выслушает, как никто другой.
— Лео, я влюбился и мне пизда! — перебил Харди, плюхнувшись на диванчик напротив стола.
Леонардо расплылся в безумной улыбке, подняв брови домиком выше некуда, и достал из-под стола бутылку шампанского.
— Знаю, сука-бля, должен был рассказать тебе об этом раньше, ведь мы друзья… Я хотел, но как-то не получилось, — бредил сержант, пока его друг разливал «игристое» по бокалам.
— И как же ее зовут? — протянул сержанту шампанское ДиКаприо, классически прищурившись.
— Нина Эми Блэкберри, — бездумно пизданул Харди, уставившись на пузырящуюся гладь в бокале.
— Ёбаный рот, — еще хлеще заострил брови старик Лео.
— Но какая разница, если я уже сказал, что там пизда! Все очень хуево, Лео! Это, сука-бля, пиздос какой-то! — зажестикулировал Том. — Ничего хорошего из этого не вышло… Пиздец как больно, — автоматически положил он ладонь на правостороннее сердце.
— Том, давай начнем по порядку, — широким взмахом ладони предложил ДиКаприо. — Расскажи мне все с самого начала…
Том тяжело выдохнул и начал рассказ. Он рассказывал долго, во всех подробностях и не опуская ни одну деталь. Начал он с того момента, как обдолбанная Нина пришла к нему год назад в Сиэтле, как они мило пообщались и она даже пригласила его на вальс. Он отказал, а затем отрубил. Наутро она сбежала, укусив Тома за руку, а к вечеру вернулась вновь, еле живая с разодранным боком. Харди подлатал ее, накормил, напоил, дал переодеться, но она вновь ушла. Том признался, что и сам не заметил в какой момент он без шуток и уловок увлекся ею, но уверил, что именно в те два дня. Затем он долго не решался связаться с ней, пытался скрыть не только от окружающих, но и от самого себя, что она ему нравится. Затем она второй раз выскочила замуж, и он заблокировал в себе все эмоции, связанные с ней. Но в один прекрасный день, когда прошел уже почти год с их встречи, она позвонила ему. Больше не было смысла скрывать ни от кого, что она ему нравится, и он поехал в Сан-Франциско, где, собственно, и влюбился в нее. Да так, что уже прямо там готов был поцеловаться с ней. Там же выяснились будоражащие душу подробности! Оказывается, Нина и Клубничная Эми, с которой у Тома произошел первый раз, были одним и тем же человеком. Эта деталь привязала его к ней еще больше. Затем последовали путешествия по мотелям, где все закрутилось до такой степени, что сержант Том почувствовал себя самым счастливым человеком во вселенной. Между ними произошло все и даже больше. За столь короткий промежуток времени Харди настолько привязался к Нине, что не мог и представить, как теперь жить без нее. Он верил в ее искренность, верил, что он дорог ей и небезразличен. Видел в ее глазах отражение себя. Чувствовал, что она доверяет ему, как никому другому. Доверился и он, рассказав о себе все, что можно было и нельзя. Казалось бы, вот оно — счастье. Просто держи крепче и не отпускай. Но падение их отношений было таким стремительным, что Том и глазом моргнуть не успел, как все закончилось. Да, он тоже поступил с ней плохо, унизив ее и выебав, как безвольную куклу. Но ведь он не знал! Не обратил на ее поведение внимания, думал в тот момент, что это нормально! Он уверил, что если бы она сопротивлялась, или попросила прекратить — он бы прекратил. Он бы не хотел причинить ей боль… Но сейчас было больно самому Тому… Лучше бы она унизительно выебала его чем то, что сделала. Она обесценила все. Все, что произошло между ними! А добила тем, что вновь спуталась со своим бывшим. И не просто спуталась, привела его в дом, где знала, что находится Том! Там она поцеловалась с этим уродом Декстером и повела его наверх, чтобы он выебал ее. Разве заслужил Том такого конца их отношений? Разве был он с ней груб, или обидел чем-то, не беря в расчет ту унизительную выходку с камшотом на лицо?