Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Прошло пару минут, но никто так и не решался проронить ни слова.
— Кхм, — наконец кашлянул Том. — Ну так и что, сука-бля? Это значит… Все? Типа… Конец? — меланхолично спросил он, продолжая пялиться перед собой.
— Ну, не я же послала тебя на хуй, — пожала плечами Нина, также не посмотрев на него. — Это у тебя надо спрашивать. Тебе решать, — печально затянулась она.
— Но все же ты не ответила, — стоял на своем Том, поджав пухлые губы. — Все? Конец? — пересилил он себя и посмотрел на нее таким обреченным взглядом, что впору заплакать от такого! И хоть он и был в чем-то озлоблен на Нину и нехило запутался в ее бреду, все равно не хотел ее терять. Не хотел, чтобы все, что было и пока еще есть между ними, заканчивалось. В сердце теплилась безумная надежда, что все еще можно исправить, а главное, что несмотря на все сказанные друг друга с утра ебаные слова — он был нужен ей. О, Клубничная Эми, только не отвергай его!
Нина медленно повернула голову и печально-растерянно заглянула в его глаза.
— Я бы не хотела, чтобы все это заканчивалось… — прошептала она, покачав головой. — А ты?
— Нет, не хотел бы, — не раздумывая ответил он.
С минуту они смотрели друг другу в глаза, каждый надеясь, что все еще можно как-то исправить.
— Иди сюда, — наконец прервал визуальный контакт Харди, обнял девушку за плечо и притянул к себе, уткнувшись носом в ее макушку и тяжелым взглядом уставившись в сторону.
Нина не сопротивлялась, прижалась щекой к его груди и осторожно положила ладонь на его торс.
— Том, — тихо обратилась она к нему.
— Мм?
— Ты торчишь мне вальс…
— Мхм, — промычал он, поцеловав ее в макушку.
— Том…
— Ммм?
— Я хочу принимать твою любовь, — промямлила Нина, сильнее прижимаясь к нему.
— Что ж ты со мной делаешь, бандитка… — прошептал в ее макушку Харди, подставив пальцы к переносице. Он был до того тронут ее словами, что в горле непроизвольно появился комок, а к глазам подступили слезы. Но все же плакать при ней будет лишним. Не покажет же он себя размазней! Тут одних ее слез вполне достаточно, его еще не хватало!
— Просто ты для меня особенный, милый мой Том, и я все равно верю, что только ты один сможешь меня понять, — продолжила говорить Нина слишком сентиментальные вещи.
— Тогда ты должна мне все рассказать, — затянул старую шарманку Харди. — Давай еще раз попробуем поговорить, и ты мне все объяснишь.
Нина судорожно выбралась из его объятий и обреченно посмотрела в глаза Тома, состроив нервно-возмущенное лицо, как бы показывая, что говорить обо всей этой хуйне она больше не хочет!
— Я… — только хотел было что-то сказать Том, как в паре метрах от них раздался громкий зевок. Ребята повернули головы и увидели, как из-за угла, потягивая уголками, вылетел плащ Батлера. Он-то и зевал.
— Все, пошли, а то все сейчас без нас уедут, — торопливо спрыгнула с ящика Нина. — А то Лизи еще проснется, искать меня начнет, заволнуется… — протараторила она и поспешила за угол.
— Сука-бля, — плюнул в сторону Том, вновь перейдя в напряженное состояние. Хуев плащ! Зачем ж ты влез и помешал им поговорить? Что, Томас, думаешь, она стала бы это делать? Кажется, уж чего-чего, а вот этих мозгоебных разговоров она хочет от тебя меньше всего. Отстань от нее с этим и попробуй просто отвлечь, заполни пустоту внутри нее. Просто наберись терпения и смиренно подожди. А там, глядишь, Нина станет вести себя как и прежде. Что значит, что ты не успокоишься, пока не выяснишь что происходит?! Настырный ублюдок! Опять он никого не слушает!
 
Ближе к вечеру компания добралась до Портленда, и Джилленхол шустро снял шикарный дом, дабы все там и остановились до поры до времени.
— Какой дивный антерьер, — давался диву Батлер, осматривая холл.
— Чем-то на наш особняк в ЭлЭе похож, — прошла внутрь и Нина.
— Послушай, давай отойдем и поговорим, — схватил ее за запястье Том и развернул к себе.
— Ээээм… — замялась Нина, скривив губы.
— Блин, что-то я как-то себя нехорошо чувствую, устала с дороги и жрать охота, — потерла лицо ладонью Лизи и пошла в сторону кухни.
 
Джилленхол нахмурено уставился на жену и проводил ее настороженным взглядом. Что это с ней такое? Чай опять намедни напиздилась, как всегда при этом выкурив пачку сигарет. Вот и находится опять в предынсультном состоянии. Хотя с кем бы ей было бухать, если Нины рядом не было? Хммм… Нужно проследить за ней и все разузнать. Вдруг без Джейка девушка начала чахнуть и забухала одна? Что-что, а вот такие жертвы Джилленхолу были не нужны! Но как все успеть?! Проследить за Лизи, помочь брату помириться с Ниной, следить, чтоб сама Нина ничего эдакого не выкинула… А еще этот Батлер! Наверняка, за ним тоже требуется глаз да глаз! Еще влезет, куда его не просят! Ох, сколько же дел?! И как Цезарю из шара все успеть?! Джейк психовано фыркнул и побежал в туалет поссать.
— Ну же, пошли поговорим, и ты все же попробуешь рассказать, что случилось, — продолжал настаивать Харди, не выпуская руку Нины.
— Может, в другой раз? Кажется, Лизи сейчас нехорошо, я должна побыть с ней, — неуверенно мялась та, выкручивая руку из хватки Тома.
— Она просто устала с дороги, сейчас пожрет и все будет нормально, — уже начал раздражаться сержант, заподозрив, что Нина нарочито пытается избежать важного разговора.
— А хочешь пирогов напеку? — громогласно заверещал Леонид, последовав за Лизи.
— О, отличная идея! Леонид, не поставишь чайку? — наигранно громко вскрикнула Нина, наконец, вырвав руку из рук сержанта. — Пойдем, посидим всеми вместе, чаю попьем, пожрем, — обратилась она к Тому, попятившись в сторону кухни. — Ты же идешь? Мм?
— Мхм, — раздраженно прорычал он, но за девушкой пошел. Сука! Почему она избегает его?! Может, боится тебя из-за того, что ты грубо выебал ее утром? Да, все же, стоило извиниться сразу, как подошел к ней на заправке… Но, волнует ли ее вообще это? Кажется, не особо… Зачем бы тогда она наговорила все эти сентиментальности и обняла тебя? Сука! Опять ничего не понятно! О, Клубничная Эми, серьезно, прекращай!
Все уселись за кухонный стол, и Батлер на скорую руку принялся печь свои каменные пироги. Но, конечно же, никто их не ел. Лизи нарулила бутербродов и навела чаю, Нина не отходила от нее ни на шаг, всячески помогая и избегая Тома. Сам Харди достал из холодильника упаковку пива и раздраженно начал поглощать «пенное», наблюдая за Ниной и не понимая, что нужно шкуре. Джейк же вышел из туалета и устроился вместе со всеми на кухне, решив приступить к своему главному делу — слежке. Он взял в руки газету и с дельным видом погрузился в нее. На первый взгляд казалось, что ему безразлично происходящее и он просто увлеченно читает. Но даже особо не приглядываясь, можно было заметить большую дыру, проделанную им в газете для наблюдения. Сама газета была и вовсе перевернута вверх ногами.
Леонид принялся рассказывать какие-то истории из своего детства — веселые и неоднозначные. Нина постоянно перебивала его, хохотала и задавала наводящие вопросы. Несколько раз Том предпринимал попытки уединиться с ней и поговорить о важном, но девушка подкатывала глаза, сетуя на то, что хочет посидеть и поболтать со всеми, всем своим видом показывая, что однотипные разговоры с сержантом ей нахуй не нужны! Все это выглядело до того наигранно, что Тома бесило вдвойне. Лизи, под стать сестре, тоже делала вид, что ей весело. Она наигранно и невпопад смеялась, выдавая бестолковые комментарии на истории Леонида. Джилленхол не на шутку бесился от ее глупых фраз. Почему это Лиса так отупела? Может и впрямь киряет одна, вот и пошел процесс деградации?
— Пожалуйста, сука-бля, давай отойдем, — в который раз дернул Нину за руку Том, наклонившись к ее уху. — Мы обязательно вернемся обратно, и ты еще посидишь и послушаешь эти неграмотные бредни. Но нам правда нужно с тобой очень серьезно поговорить и все прояснить…
— Том, пожалуйста, прекращай, — прошипела Нина. — Давай просто посидим тут…