Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Том снял футболку, скамы и берцы, надел клетчатые пижамные штаны и уселся напротив Нины на кровать.
— Повезло тебе с другом, — сказала девушка и взяла из коробки два куска пиццы: один для Тома, второй для себя. — А у меня вот и нету друзей, считай. Как-то всю жизнь мы с Лизи вдвоем, и вроде никто нам больше и не нужен был. Это в последнее время появились Джимми, Квент, ну и шаровой, конечно…
— Ну тоже, сука-бля, неплохо, — откусил пиццу Том.
— Ну они, конечно, так… Чисто потусоваться, повеселиться… Естественно, ничего такого личного я им и не рассказываю, — пожала плечами Нина. — А у тебя много друзей?
— Прямо, сука-бля, друзей — двое. Батлер да мой мозгоправ. У тебя тут кусочек сыра, — протянул Харди руку и провел пальцем по уголку губ Нины. — Ну и так, пара корешей, — пизданул он, навскидку припомнив Кента, Киану да лучащегося добром Брэда Питта. — Ну и брат, конечно. А то про жиденка-то я забыл. Ах да, сука-бля, еще моя нянька из Англии!
— Мм, неплохо, — закивала Нина. — Ну вот а у меня только Лизи, считай, и есть. Но как-то даже с ней я порой не всем могу поделиться. Она всегда такая мудрая и рассудительная, и иногда кажется, что она не поймет моих бредней. Я же того — чокнутая типа, — покрутила она ладонью у виска.
— Да-да, биполярка, я помню, — шутливо похлопал ее Том по голове.
— Ну да… — высунула язык Нина и скосила глаза, изображая сумасшедшую. — Так вот, по правде, я так рада теперь, ведь мне кажется, что ты, как никто, сможешь понять меня. Выслушаешь мои бредни, и тебе они покажутся не такими уж и бредовыми.
— Твои бредни совсем, сука-бля, и не бредовые, — погладил ее по коленке сержант.
— А порой, возможно, сможешь меня понять и без слов, — с некой грустью в голосе сказала Нина, посмотрев Тому в глаза. — Знаешь ведь, что иногда так сложно бывает что-то сказать. Особенно, когда в голове творится невообразимая хуйня… — нахмурилась она, а в глазах блеснули слезы.
— Ну ты чего… Иди сюда, — отложил сержант корку от пиццы и притянул Нину к себе в объятия. — Конечно, я тебя, сука-бля, пойму!
— Правда? — подняла она взгляд полный надежды.
— Конечно, правда, бандитка, — погладил Том ее по волосам и поцеловал в макушку. — Веришь?
— Да, — кивнула Нина и обняла его крепче.
Повисла уютная доверительная пауза.
— Посмотрим какой-нибудь фильм? — нарушила молчание Нина.
— Бейба? — накинул вариант Харди.
— Тоже шаровой рассказал? — усмехнулась Нина.
Сержант состроил фирменный еблет, выставив, указательные пальцы, встал с кровати и пошел к телевизору, на тумбочке возле которого нарочито лежал диск с кинофильмом «Бейб», подкинутый сюда явно каким-то безумцем.
Нина и Том приуютились на кровати, подложив под спины подушки, и приступили к просмотру, поглощая пиццу с колой и по классике обмениваясь комментариями о фильме и актерах исполняющих роли. К середине фильма, когда все было съедено и выпито, и оба почувствовали, что за последние дни устали настолько, что сил не хватает уже даже сидеть, они улеглись и продолжили смотреть лежа. Нина легла боком, и Том обнял ее сзади.
На моменте, где Сэт Роган в роли порося был деморализован и отказывался есть, а Джейсон Стэтхем в рот фермера Хоггета дал ему выпить из бутылочки, спел песню «If I Had Words» и станцевал для хрюшки джигу, тем самым восстановив веру Бэйба в привязанность своего хозяина и заставив снова начать есть, Том почувствовал, что глаза его уже закрываются. До невозможности уже хотелось спать, но засыпать не потрахавшись — ну такое… Потому сержант прижал Нину к себе покрепче, поцеловал в шею сзади, а его рука скользнула ей под футболку.
Нина протяжно выдохнула и повернула голову к Тому. Она взяла его руку, ласкающую грудь, и сама переместила себе в шорты. Харди повиновался, просунул пальцы ей между ног и нащупал клитор. Вторая же рука, которая была у нее под шеей, вновь метнулась к груди. Ладонь Нины тоже пробралась в клетчатые пижамные штаны и принялась дрочить. Через пару минут сержант приспустил ее шорты, перехватил из ее руки член и уже приставил, дабы войти, как девушка его останвила.
 
— Подожди-ка… — хрипло пробормотала она, привстала и потянулась к своему рюкзаку. — Вот… — извлекла она через несколько секунд какой-то тюбик и вручила его Тому.
— Это, сука-бля, что? — в непонимании посмотрел Харди, пытаясь в свете телевизора разобрать, что написано на тюбике.
— Смазка… — ответила Нина и легла обратно, спустив шорты ниже.
— Не понял… — нахмурился Том, но тюбик открыл и понюхал. — Клубника, сука-бля? — забился в ароматной агонии он. — Что за смазка? Нахуя?
— Ну лубрикант, — цокнула Нина. — Что значит нахуя? Не знаешь, зачем нужны лубриканты?
— Знаю, — ответил сержант, так ничего и не понимая.
— Ну… — поторопила его Нина, прижимаясь задницей к члену.
Том пожал плечами и не придумал ничего лучше, чем выдавить клубничкой смазки себе в ладонь, да обильно обмазать ею хуй. Когда дело было сделано, Харди уже было вновь приставил клубничный член к не менее клубничной пизде, как Нина вновь остановила его, взяв за запястье.
— Ну ты чего… — прошептала она и направила член чуть выше.
— Аа? — непонятливо приподнял бровь сержант. — Ааа… — охуел он хлеще некуда, но завелся при этом еще хлеще, чем охуел, и медленно и осторожно вошел туда, куда направила его Нина. О, Клубничная Эми, да ты любишь в жопу!
Пожалуй, стоит оставить их наедине сейчас, неизвестно, сколько времени им еще осталось провести вместе.
 
Том сидит на полу, опершись спиной на стену и прячась за раритетной ширмой. Он не сразу узнает место, но, осмотревшись, понимает, что это гостиная дома его соседа Стивена Джеррарда.
— Что за… — Том хмурится и выглядывает из-за ширмы.
Посреди гостиной установлен шест, вокруг которого извивается Нина — абсолютно голая и с прической из кудрей и замысловатых кос. Он не может оторвать от нее взгляда, ловит каждое изящное движение, и на лице появляется улыбка.
— Что за развратная бюрократка? — отвлекает его от созерцания до боли знакомый ученый голос.
Сержант поворачивает голову и видит рядом с собой Мэрил Стрип.
— Я спрашиваю тебя, Джерри, что это за бюрократка? — повторяет вопрос старая блядь.
— Это моя девушка… — растеряно отвечает Том, отстраняясь.
— Хах! Девушка! Какая пошлость! — фыркает Мэрил, смерив Нину взглядом полным жалости. — А ты фантазер, британский выродок! Это что это ты себе напридумывал? Разве это возможно, чтобы у тебя была девушка? Разве мамочка тебе не говорила, что этому не бывать вовек? Глупый, глупый ублюдок Джерри!
— То, что ты говорила — бред! — вскрикивает Том. — Это неправда! Ты меня обманывала!
— Ну что за вздор, глупец? Разве мать может обманывать? — ухмыляется мисс Стрип, снимает со спины рюкзак из гиперпрочного полиэтилена и что-то ищет в нем. — Если кто и обманывает тебя, так это ты сам!
Том гневно раздувает ноздрями, но не находит слов для ответа. Мэрил же достает из рюкзака маску, тянется к его лицу и пытается надеть.
— Хватит! Это все бред! Я больше не верю тебе! — вскакивает сержант, отбрасывая маску в сторону. — Ты говорила, что я никому никогда не буду нужен! Но это ложь! Я нужен ей, а она — мне!
— Пффф… Нужен ей? Непохоже, — указывает Мэрил взглядом на Нину, извивающуюся вокруг шеста. — Уверена, найдется для нее кто-то получше тебя, никчемного жалкого бюрократа и пидераста!
Том, не в силах более не только слушать ее слова, но и слышать голос, срывается с места и бежит в центр комнаты.
— Давай уйдем отсюда! — хватает он Нину за запястье, останавливая танец. — Только ты и я!
— С чего бы мне уходить с тобой? — усмехается она, выдергивая руку из хватки.
— Потому что… Потому что мы с тобой вместе? — мямлит Том.
— Почему же ты не забрал меня раньше? Посмотри, к чему это привело? — обводит Нина рукой гостиную, и только теперь он замечает, что по периметру сидят безликие мужчины, глазеющие на танец стриптизерши.