Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Сука-бля, подожди… Не надо, — захуевничал Том, раскусив ее намерения и одновременно с этим следя за дорогой. Ведь он считал, что все это не совсем правильно! Минет — это очень и очень личное! Если она сейчас отсосет, то обратной дороги не будет точно! Ведь Харди всегда считал, что минет разрешит сделать лишь человеку, которому доверится на все сто, к которому притрется и захочет провести с ним остаток дней. А что, разве все это уже не случилось? Так в чем проблема? Хай отсосет! Все же, Нина доверила тебе свою жизнь, усадив за руль, так и ты доверь ей свой член. Но смотри, веди аккуратнее, а то прикусит еще… Черт, главное, чтоб не укусила, а то знамо, какая шкура кусучая!
Харди пробурчал еще что-то невнятное, в то время, как его член вновь вышел из-под контроля, не на шутку встал и так и кричал о том, чтобы его скорее засадили в клубничный рот по самые гланды!
— Следи лучше за дорогой, — томно рявкнула Нина, высунула язык и провела им от основания до головки, после чего, обхватила саму головку губами, поводила по ней языком по кругу и всосала в себя хуй на треть.
— Бля-я-я-я, — прохрипел сержант, вед такого он точно еще не ощущал никогда в своей жизни! Сука, как охуенно! Как мягонько и мокро! Мышца, приподнимающая уголок рта, непроизвольно задергалась в приступе нервного тика, глаза также задергались и подкатились, а ладонь сержанта инстинктивно легла на макушку Нины.
Девушка же с ходу набрала темп не только ртом, но и рукой. С хлопком извлекла изо рта член и, не прекращая надрачивать, принялась облизывать его, время от времени громко всасывая и щекоча головку языком. Пару раз похлопала хуем по языку и вновь заглотила, на сей раз уже наполовину.
— Сука-бля… Шкура… Нина… Сука-бля… — бредил Том, забив хуй на дорогу и чуть не черканув боком Доджа мимо ехавшую машину, благо, водитель там вовремя среагировал, вывернул руль и выехал на «встречку», врезавшись в другой автомобиль. Впрочем, похуй! Главное, с Доджем все в порядке.
Нина уменьшила глубину и уперла член во внутреннею сторону щеки. Вновь вытащила, опять засосала головку, а потом резко заглотила в себя член полностью — по самый «небалуй»! О, Клубничная Эми, какая же глубокая у тебя глотка! Сержант Харди крепче уперся ладонью в ее затылок и задвигал ее головой, задавая темп. Хватило всего-то пары секунд, дабы эйфория накрыла его с головой. Да, это даже не три минуты, Томас… Впрочем, поебать! Все же это был первый минет в твоей жизни, так что — простительно!
— Ммм, — простонал он, напряг бедра и на автомате сделал еще пару толчков, загоняя член в рот. Затем издал и вовсе какой-то непонятный то ли рык, то ли хрип, то ли стон, а удовольствие с такой силой стало растекаться по венам, что даже заплакать от счастья захотелось! Ну нет, только не надо этого!
Нина же не спешила вынимать изо рта хуй, вбирая сперму в себя — все до последний капельки! Не это ли настоящее уважение, мм?
Бьясь в агонии нехуйственного экстаза, Харди даже и не заметил, как бросил к хуям руль. Додж же занесло, ибо развал-схождение по-нормальному так и не был отрегулирован Батлером. И вот красный автомобиль врезался в мимо проезжавшую Феррари, отскочил, потом ударился о другую машину, затем боком — в третью, передом — в четвертую и так по цепочке.
Возмущенные водители стали останавливаться, выбегать из своих машин, дабы разобраться с хуеплетом из красного Доджа. Но тут уже очухался Харди, вновь взялся за руль и, совершенно не обращая внимания на происходящее за окном, поехал дальше, уставившись на Нину. Та, кажется, также совсем не заметила, что они сейчас сотворили на трассе грандиозное ДТП.
— Послушай, Нина, — смущенно сказал он. — Это было, сука-бля… Пиздец как охуенно… По правде сказать, еще ни одна девушка не делала для меня подобного, — признался он. — Это пиздос, как мило…
— Никогда-никогда? — улыбнулась девушка, вытирая тыльной стороной ладони уголки губ.
— Никогда-никогда, — повторил он и чмокнул ее в лоб. Может признаешься про поцелуй? Вот где будет настоящая сентиментальность, вот где! — Ну что, сука-бля, на танцы? — нежно накинул он вопрос.
 
— Какие танцы, Томми?! — всплеснула руками Нина, достав из пачки две сигареты. Подкурила одну, вставила в пухлый рот сержанта, а затем и себе. Хоть Леонид и не разрешал курить в Додже больше, чем одному человеку за раз, кажется, его крикливые неграмотные правила сейчас не ебали никого!
— Почему нет, сука-бля? — нахмурился Харди, уверенно направляя Додж прямо.
— Может в другой раз? А то как же я, мм? — игриво подергала она бровью, призывая не то что трахнуть ее — выебать!
— Я понял, понял! — кивнул Том, резко вывернул руль, пересек две сплошные и помчал обратно в мотель, возомнив себя глупым Домиником Торетто.
 
Остановившись на парковке перед мотелем, Том заглушил мотор и хотел было вылезти, как Нина одернула его за запястье. Сержант внепонятках обернулся, но, не успев сказать и слова, был оседлан сверху.
— Может, сука-бля, в мотель… — пробормотал он и в ту же секунду его бестолковый пухлый рот был заткнут поцелуем.
Том еще что-то невнятно промычал, затем пожал плечами, да и забил на все и вся. Ведь Нине было явно невтерпеж, так к чему обламывать даму. Да и поебаться в Додже тоже показалось вполне себе неплохой идеей. Ну и похуй, что Батлер запрещал и это! Откуда он узнает? Ох, как же Харди заводили все эти нарушения правил! И Нина, которая вынуждала его их нарушать! И Том совершенно не собирался отказывать в этих удовольствиях ни себе, ни ей! Посему целую ночь кряду он и так, и сяк ебал ее в Додже, во всевозможных позах, которые только позволяло внутреннее пространство машины.
Ближе часам к трем они устроили перерыв, оделись и добрались до пресловутого маркета, который, как оказался, находился недалеко от мотеля. Там и купили пива. После этого вернулись к Доджу, устроились на заднем сидении, опустошили по бутылке и продолжили влюбленные автомобильные совокупления.
Порой Том и Нина делали передышки, курили прямо в машине, не забывая и выпивать, да и разговаривали в это время о том, о сем. А после продолжали безумно и пьяно трахаться, позабыв обо всем на свете и не заметив, как утро вступило в свои полномочия.
Наконец, ближе к восьми утра, они заебавшиеся и наебавшиеся, оделись и вышли из Доджа. Обоих уже не на шутку штормило от очередной бессонной ночи, количества выпитого и многочасовой ебли.
— Ох, Лизи наверно меня потеряла… — пробуробила Нина, приставила ладонь к бровям, щуря глаза от солнца, и посмотрела на окна второго этажа.
— А, похуй… Покурим и спать? — еле ворочая языком, отмахнулся сержант.
— Угу, — промычала Нина и присела на капот Доджа, а точнее на вмятину на нем, которую ни один из двоих не желал замечать.
Том встал напротив и достал пачку сигарет. Так и закурили, смотря друг на друга ебливыми взглядами.
— Такая ты все-таки… Сука-бля… Просто охуенная… — влюбленно и томно бредил Харди, шагнув вперед и нависнув над Ниной.
Та бестолково хмыкнула и улыбнулась уголком рта.
— Сладкая пиздос… — взял он ее одной рукой за подбородок и дерзко облизал щеку снизу-вверх до самого виска. — Моя.
Нина тихо застонала, запрокинув голову.
— Чаво это за херабора? — заорал позади них еще заспанный, но не на шутку разгневанный голос.
— Сука, Батлер, — подкатил глаза Том, но на сей раз даже и не думал шарахаться от друга. Вместо этого он намотал одну из разлохмаченных кос Нины на руку, оттянул ее голову чуть назад и принялся целовать шею, да так, что создавалось ощущение, что он готов еще разок выебать суку прямо здесь, на капоте.
— Я спрашиваю, что это за говнище, Томми? — вновь эффектно завопил Леонид, подойдя к парочке и уперев плащ в бока.
— Чего тебе, сука-бля? — нехотя повернул на него голову сержант, не выпуская из похотливых объятий девку.
Та прыснула от смеха и завалилась спиной на капот, увлекая за собой и бухого Тома.
— Ай, блять! — захохотал и Харди, ебано упав сверху и уткнувшись лицом ей в сиськи.