Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Видел он во взгляде и доверие. Спокойствие. Видел, что сейчас, в этот момент, она вся его без остатка. А еще он видел желание. Сильное, жгучее, даже немного первобытное.
— Но мои мечты — они не так пусты, как может показаться…
Желание чувствовалось не только во взгляде. Но и в дыхании, движениях. Нина вся напряглась, всем телом прильнула к нему, судорожно и жадно втягивала носом воздух, глаза будто заволокло пеленой. Он ощущал жар у нее между ног, и она уже терлась о вставший член. И это была не просто похоть, Нина хотела именно его. Лишь его. У Тома не было сомнений в этом. От всех этих мыслей голова закружилась и руки отчего-то затряслись. Это был момент невероятной близости. Души их сейчас были близки также, как и тела. Впрочем, тела можно было сделать еще ближе.
— Томми… — с какой-то вопросительно-умоляющей интонацией прошептала Нина и впилась губами в его губы.
— Найди… — прокомментировал с улицы Фред Дерст, после чего в песне зазвучал будоражащий проигрыш.
Том, отбросив все мысли и следуя лишь наитию, быстро просунул одну руку между собой и Ниной, стянул вниз резинку своих боксеров и отодвинул в сторону ее кружевные трусы. Не успел он направить член, как Нина сама в нетерпении насадилась на него. Она оторвалась от его губ и протяжно выдохнула, обвив еще сильнее руками за шею. Сержант положил ладони ей на спину и сквозь ткань футболки нащупал выступающие лопатки. Нина стала быстро двигать бедрами вперед-назад. Иногда приподнималась, но не позволяла члену покинуть ее, затем вновь опускалась и начинала двигаться еще быстрее. Ее губы метались по его шее, и горячее дыхание обжигало.
Нина уже постанывала и шептала что-то невнятное на ухо Тому. Впивалась ногтями в плечи и прикусывала кожу. Харди сходил с ума от всех ее движений: то быстрых и резких, то осторожных; то плавных и скользящих, то каких-то дерганых и ломаных. Он держал ее в своих руках, такую тоненькую и нежную, такую хрупкую, такую горячую. Боялся сделать больно, но прижимал изо всей силы еще крепче. Любовался ею. Сейчас она казалась такой беззащитной, такой открытой, естественной, самой настоящей. Нахмурила брови и закусила губу, запрокинула голову, демонстрируя тонкую шею. Харди положил одну руку ей на горло, проведя от подбородка к ключицам. Затем чуть сдавил пальцы, заставив ее хрипло застонать.
— Никто не знает, каково это — быть плохим человеком, быть печальным человеком, за голубыми глазами, — подытожил Фред.
— Томми… — выдохнула Нина. — Бля-я-я-я… — судорожно застонала, устремив невидящий взгляд вверх.
Том одной рукой прижал ее за бедра, не давая возможности двигаться, второй взял за шею сзади, притянул и поцеловал в губы. Она мычала не в силах ответить на поцелуй, а внутри у нее все стало сжиматься. Затем попыталась уже отстраниться. Но Том не отпускал, прижимая сильнее, и сам стал двигаться под ней. Нина, не в силах больше сдерживаться, оторвалась от его губ и громко застонала. Все тело будто сжалось от напряжения. Харди вновь почувствовал как член стало сдавливать. На этот раз судорожно и намного сильнее. Нина закрыла глаза ладонью, а губы растянулись в искривленной улыбке. О, Клубничная Эми! Так ярко ты еще не кончала. Дважды за раз!
Она провела ладонью вниз по лицу и опьяненным взглядом посмотрела Тому в глаза. Нина пальцами проскользила по своим губам, высунула язык и круговым движениям облизала указательный. Потом засунула в рот и стала посасывать. Том ослабил хватку, и она вновь медленно задвигала бедрами. Он сунул руку ей под футболку, провел ладонью вверх по животу к груди, которая часто и быстро вздымалась. Никак не могла отдышаться. Нащупал сосок и сжал пальцами. Потом стянул с нее футболку и отбросил в комнату. Нина слегка откинулась назад, опершись одной рукой на его бедро. Затем она подняла колени, прижав их к его груди по бокам, а стопами уперлась в подоконник. Теперь Том видел, как его хуй входил в ее пизду, выходил обратно и снова входил. Нина теперь задвигала бедрами и по кругу, извиваясь на нем и насаживаясь до упора. Он облизал большой палец и стал ласкать клитор.
 
Вскоре оба почувствовали, что из окна повеяло утренней прохладой.
— Мм? — махнул Том головой в номер, как бы предлагая переместиться.
— Мхм, — согласно кивнул Нина, остановившись.
Она поцеловала его и слезла, сначала с члена, а потом и с подоконника. Харди спрыгнул за ней, но вдруг стало так впадлу идти до кровати, чтоб вновь оказаться внутри нее, что он схватил ее за руку, одернул, развернул лицом к окну и нагнул к все тому же пресловутому подоконнику. Опустив кружевные трусики, шлепнул Нину по заднице и вновь резко вошел. Она застонала и прогнулась. Том наклонился и стал целовать ее спину, скользя губами и языком по коже. Обе руки положил на грудь, сжимая и покручивая соски. Так и стал ебать. То размеренно и нежно, то быстро и агрессивно, рыча в унисон ее стонам.
Минут через десять они все же перебрались на кровать, где и ебались во всех возможных позах еще часа два кряду — не меньше! Порой Том и Нина устраивали короткие перекуры у окна, во время которых, впрочем, не прекращали сношаться, нарушая утреннюю тишину то томными стонами, то страстными криками, а то и вовсе смехом, ведь не забывали и перекинуться парой словечек да шутками во время ебли.
Когда солнце взошло над горизонтом, они перебрались в душ. Там, включив горячую воду, Харди и продолжил ебать Нину, стимулируя ее не только хуем, пальцами, но и струями воды. Когда она затрепыхалась в очередном оргазме, Том тоже, наконец, кончил. И конечно же опять в нее! Ну а что? Какая уже разница? Да и жид говорил, что она на таблетках. И вообще, не для того же он ебал ее несколько часов подряд, чтоб потом спустить незнамо куда! Нужно было больше близости! И больше кайфа!
— Ну что, покурим и ляжем немного поспать? — промурлыкала утомленно Нина, привалившись боком на кровать.
— Да, сука-бля, надо бы, а то скоро выезжать, — состроил фирменный еблет Том и присел рядом, шаря в поисках сигарет.
— По-моему, мы докурили последнюю забычкованную перед душом, — припомнила Нина.
— Сука-бля… — цокнул Харди, ведь после столь продолжительной ебли уж очень сильно хотелось насолить старой бляди. — Ну я пойду, сука-бля, куплю. Ты ложись, я быстро.
— Нет, я хочу с тобой, — поднялась Нина и стала взглядом искать свою одежду по номеру.
 
========== Глава 127: Косы ==========
 
Через несколько минут, охуевающие от бессонной пьяной ночи, они вышли на улицу, где уже вовсю припекало солнце. Судя по всему, было уже около девяти утра. Том и Нина взялись за руки и двинулись к круглосуточному маркету.
— Томми, подожди, — вдруг остановилась Нина, отпустив руку. — Только не пойми меня неправильно, но хотела кое о чем тебя попросить…
— Мм? — уставился он на нее взглядом не только пьяным, но и не на шутку ослепленным любовью!
Том погладил ее по щеке тыльной стороной ладони и глупо улыбнулся. Какая же все-таки красивая. И теперь все это принадлежит ему? Да не просто принадлежит, она и сама считает его «своим особенным»! Мэрил бы, наверное, самовоспламенилась, узнай о том, что в ее обдроченного сына влюбилась девушка! Да не просто девушка, а такая милашка! Хм… А точно она влюбилась? Ну, конечно же, да, Томас! Все то, что произошло между вами этой ночью абсолютно точно не назовешь интрижкой и пьяной еблей!
— …эй, Том, ты меня слышишь? — пощелкала перед его еблетом Нина, вырвав из витаний в облаках.
— Мм? — продолжал хуевничать Харди, любуясь девушкой.
— Я спрашиваю, хорошо? Договорились? — нахмуренно посмотрела она.
— О чем, сука-бля? — ебланил сержант, пригладив несколько растрепанных светлых волос и поцеловав ее в макушку.
— Я говорю, мы можем пока не афишировать при остальных то, что сейчас происходит между нами? — виновато прикусила губу Нина. — Пойми, мне правда неудобно об этом тебя просить, но расстраивать Лизи мне не хочется. Ты сам знаешь, в каком она положении, как ведет себя шаровой… Не хочу, чтобы она решила, что мне на нее плевать и я на фоне ее страданий строю свое счастье…