Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Так и провели пару дней, пока в светлую голову Джейка Джилленхола не пришла, наконец-то, идея.
— Пацаны, ну надоело уже без толку бухать да нюхать, — заявил он, когда день был на исходе и на Сан-Франциско опустились сумерки. — Давайте хоть как-то развлечемся. Поиграем может во что-то…
— Ну можно… Давай… А во что… — без особого желания послышалось там и тут.
— Предлагаю, сука-бля, в покер, — накинул вариант сержант и полез в карман за фишками. — Или на бабки?
— Рот закрой! Не лезь, куда не просят, — прошипел парень из шара, пихнув брата локтем под ребро. — Ну так что, нет ни у кого вариантов?
— Может в твистер? — предложила Нина, пожав плечами.
Том уже было заерзал на месте, предвкушая, как в игре ему удастся невзначай потрогать заветные ключицы. На большее он готов пока не был — мало ли, вдруг эта клубничная сука сделала аборт. Тогда он совсем не уверен, что хочет чего-то еще от нее. Но прикоснуться к ключицам он бы при любом раскладе не отказался.
— Нет. Тирион подвернул ногу и не сможет играть в твистер. А мы все же одна компания, как-то негоже выйдет, если мы будем веселиться, а он — нет, — лаял незнамо что Джилленхол. — Так ведь, Тирион?
Карлик что-то невнятно простонал, свернувшись клубком на диване. Ведь сегодня на обед он отведал рыбную кулебяку Батлера, и теперь у него до невозможности скрутило крохотный желудок.
— Ну вот! Видите — негоже, — артистично опустил уголки губ парень из шара. — Ну что ж, если вариантов больше ни у кого не имеется, то дядя Джейк предложит свой. Сыграем в «Я никогда не…» Ну а что? Игра на выпивание, что может быть веселее? Так ведь, Лиса? — бросил он гневный взгляд на жену, которая опрокинула в рот клубнику из только что опустошенного ею бокала шампанского.
— Валяй, Волчонок, я не против! — лайкнула Лизи, пережевывая хмельную ягоду.
— Ну раз ты не против, Лиса, то конечно давай играть, — саркастически улыбнулся Джилленхол. — Нина и Томми тоже не против? Не против! Значит, я начну. Все же знают правила? Один говорит, что он никогда в жизни не делал, и если кто это делал — тот пьет.
Все согласно закивали и обновили бокалы, подготовившись к первому раунду.
— Ну, давайте для примера начнем с легонького, — поднял безбожно красивые синие глаза к потолку Джейк, как бы придумывая, что сказать. — Я никогда не занимался сексом с мужчиной.
Выпили сестры и…
— Леонид? — хором охуели братья, когда Батлер сделал глоток мартини.
— Ой! Чегось? — замешкался бородач, попехнувшись. — Батюшки свят! А мы уже начали? Я и не понЯл! Просто в горле что-то пересохло… Жарко тут, да?
— Леонид, давай повнимательнее, — осуждающе помотал ушами Джейк. — Так, ну и давайте договоримся — отвечаем честно. Как бы стыдно не было, как бы не хотелось что-то скрыть. Здесь все свои, и никто никого не осудит. Так ведь, Томми?
— Так, сука-бля, — поводил глазами из стороны в сторону Харди, который, кажется, понял истинную цель жидовской игры.
— Вот и славно. Тогда продолжаем, — хлопнул в ладоши Джейк.
— Давайте я! — подняла руку Нина. — Я никогда не…
— Нина! Подожди, давай я все же начну. То ведь был разминочный раунд, Леонид вон, например, даже и не понял… Так что моя очередь опять, — перебил Джилленхол. — Я никогда не… Хм… Что бы, что бы… О! Я никогда не делал аборт!
Харди хлопнул себя по лбу и опустил ладонь на глаза, ведь был уверен — план брата близок к провалу. Ну это ж надо так с ходу беспардонно задавать вопросы!
Ан нет! Никаких возмущений не последовало. Все трое парней выжидательно уставились на Нину.
— Что? — приподняла та бровь.
Джейк быстро перевел прищуренный взгляд на Лизи, как бы изображая, что ее ответ его тоже страсть как волнует.
— Ну мы договорились же, что все будут честны, да? — напомнил Джилленхол. — Никто вас не осудит, девчонки. Что тут такого, правда ведь?
— Ясен хуй ничего такого. Я считаю, что это право каждой. Мое тело — мое дело, — стала рассуждать Лизи. — Если бы был в моей жизни такой случай, я бы призналась. Не вижу в этом ничего предосудительного.
 
— Согласна, — кивнула Нина. — Все же разные ситуации у всех бывают. Благо, что я не вляпывалась в подобную хуйню. Ибо не хотелось бы вставать перед подобным выбором.
— Да, это конечно пиздец, иначе и не скажешь, — призадумалась Лизи. — Даже и не знаю, как бы я поступила, нежеланно залетев…
— Я вот думаю, что не смогла бы… — размышляла Нина. — Нет, я не осуждаю тех, кто принимает подобные решения, но сама все же не стала бы.
— Да, я, пожалуй, все-таки тоже, — согласилась Лизи. — Ну если не считать там всяких изнасилований и прочей шляпы… А так, обычный залет — нет. Да и смысл? Все же у нас обеспеченные родители, уж явно справились бы с обеспечением ребенка.
— Да если наша мать только узнала бы о подобных мыслях, то ее бы тут же хватил инфаркт! — усмехнулась Нина. — Она ж у нас православная, уж точно бы не дала совершить подобный «грех», — нарисовала она в воздухе кавычки.
— Это уж точно! — ухмыльнулась и Лизи. — По ней уж лучше родить по малолетке, чем сделать аборт.
— Ну в этом я с ней согласна. Нахуй такие сомнительные процедуры, — поморщила нос Нина. — Кто знает, как это отразится потом. А то можно и вообще без детей остаться. В пизду…
— Ага… — закивал дознаватель из шара и перевел взгляд на брата. — Ну что ж, раз вы так говорите, то у нас нет оснований не верить. Так ведь, Томми? — приподнял он пышную бровь и подмигнул.
— Так, сука-бля, так… — бестолково улыбнулся Харди, пытаясь делать вид, что все эти рассуждения ему совершенно не интересны.
«Послушай, Том, фууух… Ну, кажется, все-таки не было никакой подобной шляпы. Раз она так рассуждает об этом. Похоже, что и впрямь она не стала бы делать аборт… Ох, прям, сука-бля, камень с души…» — подумал сержант, протяжно выдохнув, а затем закурив.
— Так, давайте я теперь! — расправила плечи Лизи, как бы готовясь к речи.
— Лиса! Что ж ты лезешь везде! — цокнул Джейк, оскалившись.
— Иди нахуй, жид ебучий! Моя очередь! — отвесила она ему пощечину. — Я никогда не принуждала никого торговать людьми! — выдала она и презрительно уставилась на Харди.
Тот скривил непонимающее еблище и развел ладони в стороны, как бы давая понять, что не понимает, о чем речь. Лизи же не сводила с него взгляда, ожидая, когда эта сержантская псина сделает признательный глоток. Но тот никак не пил, зато выпил…
— Джейк? — перевела охуевший взгляд на мужа Лизи. — Что за…
— Ну мы же договорились честно, — пожал плечами Джилленхол. — Ладно, об этом потом. Чья там очередь?
— Моя! — вставилась Нина. — Я никогда не целовалась с девушкой.
Том от таких ебливых вопросов аж сигаретным дымом поперхнулся и забился в агонии вынужденной лжи, ведь признаваться в девственности своего пухлого рта — ой как не хотелось. И хоть все и договорились быть честными, но все же кто узнает, соври он. Том уже поднес стакан с виски к губам, как вдруг…
— Лиса? Ты хули пьешь? — взвизгнул Джейк, возмущенно уставившись на Лизи. — Ты что, сосалась с девчонками?
— Ну мы же договорились честно, — съерничала Лизи, покривив лицом.
— И много я еще о тебе не знаю? — прищурился парень из шара.
— А я о тебе? — похлопала ресницами Лизи. — Чья там очередь? Леонид, накидывай свой вариант!
— Я никогда не обоссывалси во сне, — пизданул глупость Батлер, не зная, чего еще он точно не делал.
— Сука, — выругался Джилленхол, опрокинув в рот стопарик и задержав алкоголь за щеками. Все остальные же нихуя не выпили, и кто с осуждением, а кто с усмешкой уставились на парня из шара.
— Какого хуя, жид? — продолжила быдлить Лизи.
— Ребята, ну мы же договорились честно! — с полным ртом вискаря забубнил Джейк. — Будто никто из вас не был маленьким! Уж не поверю, что никто не ссал в штаны в детстве!
— Я имел ввиду не то, — цокнул Леонид. — Не когда мы были дитятками я имел ввиду!
— А, ну тогда все в порядке, я не ссался, — выплюнул спиртное обратно в рюмку Джейк из шара. — Кто дальше? Томми, твоя очередь.