Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)
Но и после этого Том не думал выходить на связь. Да что ж такое? Неужто настолько обозлился за выходку со свадьбой? Да, дела плохи… Джейк сломал всю свою пустую голову, прежде чем придумал новый бомбический план.
Единственным, что теперь могло связать их — были жучки, подброшенные ему Томом. Мало того — после разговора у «Дома любви» теперь они официально оба признавали их существование, поэтому теперь Джейк мог говорить не намеками, а обращаться напрямую. А это значит, что теперь нужно найти лишь нужные слова, которые вынудят брата выйти на связь.
Джилленхол, недолго думая, сообразил на что давить. Том всегда твердил о своем старшинстве, и даже претендовал на роль названного отца для Джейка. Повторял из раза в раз, что хочет защитить пиздюка от всяческого дерьма, которое будет встречаться тому на жизненном пути. Что ж… Наконец хоть какая-то польза от этих выебонов. Парень из шара быстро придумал легенду и начал денно и нощно ссать в уши Харди, будучи уверенным, что тот купится на его россказни и не позволит обижать младшего братишку. И вскоре последовала реакция.
Поздно вечером 9 апреля, в день рождения парня из шара, в кваритру ворвалась обескураженная Лизи и кинула перед мужем куклу. Тот ловко поймал, потом пару минут молча стоял и задумчиво теребил ее в руках.
— О, нет… — округлил глаза Джейк.
— И вот это тоже тебе просили передать, жид ебучий! Сказали, что, сука-бля, было пиздооос приятно получить эту ебалу! — сняла она с головы бейсболку и нацепила на мужа по самый «набалуй».
— Том Харди! Это все он! Он явно за что-то зол! Да как же он нашел тебя… Лисичка, теперь тебе опасно находится рядом со мной, ты должна немедленно бежать! — наигранно впадал в безумие Джилленхол, сам же понимая, что таким образом брат показал, что открыт для общения.
========== Глава 110: Двадцать девять ==========
9 апреля 2012 года.
В этот лучезарный светлый день отмечал свое двадцатипятилетие превосходный парень и просто отличный человек — Джейк Джилленхол. Но не все в его жизни складывалось гладко. По крайней мере, так говорил он сам, обращаясь через жучки к своему дражайшему брату — Тому Харди. Уже около месяца, каждый день, Джейк жалился о том, как новоиспеченная жена то и дело нет-нет да подъебывает его в, казалось бы, обыденных вещах, или запрещает делать что-либо, например, грызть ногти или пить пиво каждую среду, как было заведено у братьев, когда они еще жили вместе. «Как она смеет ломать наши братские традиции? — говорил пиздабол из шара — Томми, ты просто обязан поставить ее на место! Но только не как-то ужасно или пугающе. Все же, как-никак, я люблю Лисоньку!»
Том все это слушал и охуевал. Неужели эта рыжая девка и впрямь такая наглая? Да похлеще той черной Тайры чай будет! Но почему тогда Джилленхол ее так любит? Да уж, из русской классики Харди прекрасно знал — любовь зла. И, скорее всего, так случилось и у младшего брата. По крайней мере, именно в таком свете тот все и представил перед Томом.
Так Харди слушал почти целый месяц, попивая мескалин и держа кулачки за брата, дабы тот уже проявил главенство и поставил дурацкую Лису на место. Но Джилленхол не предпринимал ничего! Лишь продолжал жалиться Тому, призывая вмешаться и выйти на связь.
Но сегодня, 9 апреля, терпение сержанта лопнуло. Джейк начал жаловаться с раннего утра, заявив, что сегодня ему придется весь день провести на работе! В свой день рождения! На работе! Какой кошмар! И как же он мечтал прийти после тяжелого дня домой, немного посидеть с Лизи за бутылочкой шампанского и пиццей, да тихо-мирно отметить полу-юбилей… Но, нет! По его словам, Лиса переиграла все! Она заявила, что ей поебать на именины мужа, ведь сегодня в ее личных планах шоппинг и встреча с друзьями! И их она ломать не намерена! Вот же сучка! Как она посмела? Все знают, как парень из шара любит свои дни рождения! Так какого хуя, Лизи?! Ааа… Так это тоже развод и брехня… Тогда понятно.
Услышав эту жалостливую тираду Харди четко решил, что хватит все это терпеть, и кто, как не он, защитит младшего братика от напыщенной и дохуя возомнившей о себе стервы? И тогда он придумал проследить за ней, дабы удостовериться, что брат вновь не брешет, а затем запугать так, чтоб эта пресловутая Элизабет и думать забыла о том, как издеваться над малышом Джейки!
Перед тем как направиться проследить за женой брата, к телефону которой Джилленхол любезно прикрепил GPS-жучок, Том побежал в ванную комнату, где сбрил бороду и волосы с головы — все под ноль! Затем он стянул с себя трухлявый шмот праотцов и облачился в любимую классическую одежку канонного сержанта: дубленка, скамы, берцы и бронежилет на голое тело. Дабы как следует замаскировать фирменный еблет, Харди надел маску, солнцезащитные очки и для надежности кепку, присланную в памятный подарок от Джилленхола с его свадьбы.
Прежде чем покинуть халупу, Том прихватил с собой одну из кукол-заготовок, натянул козырек кепочки пониже и направился проследить за Лизи.
Спустя час он уже следовал за девушкой по пятам, пока та шопилась по моллу, передвигаясь из одного магазина к другому, накупая всякое праздное барахло. К слову, Лизи хотела закатить для Джейка бомбический день рождения, но Джилленхол не посчитал важным сообщать брату подобные вещи. Напротив, хитрец из шара догадывался, что многоуважаемая Лиса так и поступит — пойдет затариваться подарками да праздной требухой, поэтому и напиздил брату. А после он собирался позвонить Лизи и сообщить, что не придет вечером домой, ибо задерживается на работе. Та наверняка психанет и пойдет куда-то бухать! Тут-то Том ее и словит! Тут-то и пригрозит, побазарив за брата! Ох и Джейк! Ох и затейник! Ишь, что придумал! Смотри, чтоб все это не вышло для тебя боком, умник!
«Послушай, Том, вот ведь шмара, эта рыжая, — мысленно подкатил глаза Харди наблюдая за тем, как Лизи устроилась на фуд-корте и приготовилась к трапезе, поставив перед собой поднос со всякой вредной требухой — начиная от двойного чизбургера, заканчивая мороженым, от души политым густым слоем шоколада. — Посмотри, сколько хавает! А почему она не толстая, сука-бля? Обычно столько жрать, можно поправиться в два счета! Как хорошо, что ты не жирный, Том!» — оттопырил он дубленку и постучал по оголенному плечу.
Так уж и не жирный? Ах, ну да, то мышечная масса! Но вспомни, когда ты участвовал в боях ММА, выглядел куда лучше! Куда поджарее и рельефнее был! Упруже! А сейчас Бэйн какой-то, ей-Богу!
— Ладно, что-то я отвлекся, — буркнул он под нос, вновь уставившись на Лизи. — Какая падла, а! Вот же шмара! Сейчас понажрется, а потом еще придет домой, заставит жида приготовить ей, да все съест сама, а пиздюку опять голодным ходить… — повторял он слова брата, жалившегося о том о сем почти месяц кряду.
«Томми, Лиса совсем распоясалась! Представляешь, устроила со мной турнир по бодалкам, да победила! Да не в честном бою, а ударив меня вазоном по голове! Да еще и во вьетнамках играла! А ведь это не по правилам! — всплывали у Тома в голове фразы Джилленхола. — Да как она посмела вообще лезть в наш с тобой турнир?! Наш, Томми! Наш!»
«Томми, Лиса охуела в край! Сделай что-нибудь! Угомони ее да даруй младшему братишке защиту! — всплыло еще одно нытье пиздабола из шара. — Позвала сегодня меня покататься по набережной на скейтах, да поставила мне подножку! Я распластался по тротуару, сбив при падении латок с газетами! Мне было так больно! А Лизи стояла и хохотала на всю улицу, тыча в меня пальцем! Хохотали и прохожие! Ну это уже слишком! Ее кто-то должен научить манерам! Но я прошу тебя, только не обижай ее шибко. Просто припугни да сообщи, что у меня есть старший братишка, который не даст меня в обиду хулиганам!»
Том вспоминал все эти слова, непрерывно наблюдая за охуевшей в край Лизи, и гневно двигал желваками. Ох, будь она парнем, он бы обязательно ей втащил за то, что она обижает брата. Но увы — бить девушек не в принципах сержанта Харди. Поэтому он придумал куда более бомбический вариант по ее запугиванию. Он был уверен — провал невозможен! Шкура точно зассыт и прекратит терроризировать Джилленхола! Что за план, Том? Скоро заценишь? Ну хорошо… Ждем-с!