Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Жучки, сука-бля, откуда же еще, петушара? — хохотнул сержант, постучав указательным пальцем по виску.
— Какие еще жучки, Томми? Ты что, следишь за мной? — наигранно вскинул брови к кипе Джейк.
— Нет, что ты, пиздюк, разве можно? — отмахнулся Том, рассмеявшись. — Конечно, сука-бля, да! Будто ты не знаешь, шмара ты шаровая! — прекратил смех он и упер руки в бока.
Джилленхол вопросительно развел ладони в стороны, делая вид, что до невозможности возмущен и удивлен. Повисла неловкая шпионская пауза.
— Что за говнище, братишка? — всплеснул он руками. — И давно ты это делаешь?
— Нууу… — поднял глаза к небу Харди и неоднозначно покрутил ладонью. — Сука-бля, да, давненько. Но какое это имеет значение? И нахуя мы это обсуждаем? Я пришел с добром, дабы благославить тебя, Джейки.
— Ох, Боже! Радость-то какая! Я получу благословение моего старшего брата, мудрейшего из мудрецов, лучшего из людей! — артистично возликовал Джилленхол, сложив ладони вместе и превратившись в молящуюся сову. — Ты считаешь, что я нуждаюсь в твоем благословении? — резко сменил он тон и пихнул брата в грудь.
— Конечно, да! Я же твой старший брат! — ухмыльнулся Том, воспринимая слова Джейка как шутку.
— Иди на хуй, Томми! Я сам знаю, что делать и как жить. В твоем одобрении не нуждаюсь, — покривил собачьей мордой Джилленхол. — Я лишь посчитал нужным поставить тебя в известность. Ты имеешь право знать, что я женюсь. Но не более того. Не более, Томми. Думаешь, я бы позвал тебя после всего того дерьма, которые происходило между нами многие годы? Серьезно?
— Ясен хуй ты хотел, чтобы я пришел! — начал потихоньку вскипать и Том, начиная догонять, что это не развод и не пранк никакой. — Зачем ты тогда сегодня полдня кряду только и делал, что повторял про «Дом любви»? — махнул он ладонью на вывеску над входом.
— Я говорил это не тебе! Я разговаривал со своей теперь уже женой! — заверещал Джейк, затопав лаковыми туфлями.
— То есть когда, ты говорил так… Кхм-кхм… — прочистил Том горло, настраиваясь на лад еврейской собаки. — «Лизи, сегодня ровно в семь после полудня мы поженимся в церкви под названием «Дом любви», находящейся на пересечении 245 Нортвест и 8 Стрит, а это значит, что, чтобы успеть ровно к семи после полудня прибыть к «Дому любви» на пересечении 245 Нортвест и 8 Стрит, нам нужно вызвать такси не позже шести», — спародировал он голос брата. — То есть, говоря так, ты не пытался намекнуть сержанту, что хочешь, чтобы тот приехал ровно к семи к «Дому любви» на пересечении 245 Нортвест и 8 Стрит? М, жидяра? — съязвил Харди и хлопнул Джилленхола по кипе.
— Хм! — рысплылся в улыбке Джейк и похлопал ресницами. — Разве сейчас семь, Томми? Раз ты принял это за приглашение, то почему не приехал вовремя? М? Не считаешь, что это важно? Или же думал, что без твоей важной персоны праздник не начнут?
— Пробки, сука-бля! — развел руками Том, достал из внутреннего кармана фляжку с чаем и отхлебнул.
— Выехал бы не позже шести и успел, — пожал плечами парень из шара. — Ладно, пусть ты опоздал. Но еще один вопрос. Разве ты считаешь, что это подобающий вид для свадьбы брата? — обвел он взглядом дряхлые тряпки Тома.
— Да ты посмотри, сука-бля! Сержант приобулся! — вытянул Харди правую ногу, демонстрируя некрасивую старомодную туфлю с позолоченной бляхой.
— Классно, Томми! Раз ты в туфлях прапрапрадеда, то, конечно, проходи! — приглашающе указал Джилленхол ладонью на вход.
— Ну, сука-бля, наконец-то! — подкатил глаза сержант и двинулся в церковь, не улавливая сарказм.
— Томми, хватит! — преградил ему путь Джейк. — Во-первых, я тебя не приглашал! Во-вторых, даже если ты решил иначе, то мог проявить уважение и приехать в обозначенное время. В-третьих, ты мог хотя бы выглядеть соответствующе!
Харди лишь скрестил руки, в одной из которых все это время держал букет, и подкатил глаза.
— Впрочем, все это неважно, Томми! — выставил ладони вперед парень из шара. — Все это мелочи. По правде сказать, дело лишь в одном: просто я не думаю, что хочу знакомить тебя с Лизи. Не хочу, чтобы она знала, какой у меня брат, — пожал он плечами.
 
— Ну и иди на хуй, пидор! — подвигал желваками Том и вышвырнул букет в урну.
— Ну-ну, Томми, ну-ну… Я-то, может, и пидор… — нарочито покрутил Джейк обручальное кольцо на безымянном пальце. — А вот ты — просто мразь! Вот и все! Вот и все! — выставил он указательный палец на брата и попятился к двери.
Том провернул тот же трюк, только со средним пальцем, и удалился прочь.
Джилленхол же вернулся к новоиспеченной жене, и торжество продолжилось. Так они веселились до самой поздней ночи, а после отправились домой, где устроили незабываемую первую брачную ночь в ванне, наполненной шампанским, сдобренным лепестками роз и кокаином.
 
Они зажили счастливо и беззаботно. Оба ослепленные любовью, Лизи и Джейк не могли насытиться друг другом и каждую минуту проводили вместе, то и дело держась за руки, обнимаясь, целуясь, и нет-нет да жарясь во всяких не предназначенных для этого местах.
Но в один прекрасный жаркий мартовский денек кое-что изменилось. Пара отправилась на пляж, дабы вдоволь набегаться по песочку, набрызгаться водичкой, пофотографироваться и поцеловаться. Тем и занимались, пока Лизи вдруг не сорвалась с места и не бросилась к какой-то паре, прогуливающейся по пляжу. Джейк не то что охуел — растерялся, и побежал за женой, намереваясь выяснить, что все это значит. Он удивился еще сильнее, когда его многоуважаемая Лиса набросилась на блондинку, повалила лицом в песок и вцепилась в волосы.
— Что ты делаешь? Кто эта девчонка? Зачем ты с ней дерешься? — заверещал Джилленхол, пытаясь оттащить Лизи.
Подступиться к сцепившимся девушкам было не так уж просто, поэтому парень из шара лишь бегал вокруг них, словно глупый цепной пес, да пытался вразумить словесно, но те совершенно не желали его слушать, а продолжали кататься по песку.
— Эй, приятель, может поможешь? — прикрикнул Джилленхола на спутника блондинки, стоящего в стороне и наблюдающего за этой картиной отреченным взглядом. — Да что, мать вашу, происходит? — схватился за голову Джейк, охуевая от происходящего все хлеще.
Поняв, что добром это не кончится, арбитр из шара решил закончить этот бабий бой и, не чураясь применить силу, схватил Лизи, сцепив руки замком у нее на груди, и оттащил от блондинки.
— Лиса! Что происходит? Ты что творишь? — вопрошал Джейк. — Кто это?
— Это — моя ебучая сестра! — не унималась Лизи, пытаясь вырваться из рук мужа. — Мразь! — хрипло крикнула она.
— Сестра? У тебя есть сестра? — округлил глаза и рот Джилленхол, продолжая крепко держать жену.
— Да отпусти ты, жид ебучий! — исхитрилась Лизи и кое-как залепила ему пощечину в знак окончания драки.
— А почему ты не рассказала об этом раньше? — расцепил руки парень из шара и уставился на жену. — Так это получается… Хммм… Ах! — воскликнул он и бестолково завис.
Вдруг в голове из шара эхом раздался чарующий голос.
«Лисьей поступью в жизнь твою за три дня ворвется чувство под названием любовь…» — провозгласил он.
— Так вот о чем говорила тогда Ирина… — пробормотал под кожаный нос Джилленхол, в задумчивости глядя на Лизи и на ее перепалку с сестрой. — Тааак! Значит все ее предсказания — это чистая правда! А если так, то… — почесал он ухо и перевел взгляд на блондинку.
«Ослепленный жарким пламенем, опьяненный ежевичным коктейлем ты не сразу поймешь, что судьба пожаловала не только к тебе на порог. Мальчик, что учился дышать, лицом к лицу встретится с забытыми клубничными мечтами…» — напомнил продолжение голос Аллегровой.
— Хм-хм-хм… Мальчик — это понятно, а что за клубничные мечты… Непонятно… — бурчал парень из шара, строя в пустой черепной коробке ебейшие логические цепочки.
— Да как ты могла вообще на это пойти? Посмотри на него — он же старый уебок! Сколько ему? Семьдесят? — орала Лизи, тыча на парня-старость.
— Да бля, Лиса, не шуми, — рыкнул Джейк, нахмурив пышные брови. — Так, надо сосредоточиться… — подобрал он веточку и стал водить ей по песку, вырисовывая какую-то схему, понятную ему одному.