Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Я не понял! Не понял, сука-бля! — вскочил он, выхватив «беретты» из-под подушки. — Какой пидор спиздил шмот сержанта?
В больной голове тут же созрел ответ на этот вопрос, и Том, ведомый норадреналином, выброшенным в кровь хорошенько отдохнувшими надпочечниками, рванул прочь из купе.
— Ах ты, шмаровоз псиный! — орал он, вламываясь в каждое купе в поисках брата. — Зассал, что я отмудахаю тебя? Так я отмудохаю! Попадись мне на глаза только твой обдроченный кожаный нос!
Так Харди прошел пару вагонов, выбивая дверь за дверью, но не за одной из них не было Джейка.
— Сука-бля, а вдруг жидяра скрывается от меня и сам бегает по вагонам? Это ж я заебусь его искать! Надо сделать так, чтобы он сидел на месте, — вдруг осенило сержанта, и он, постучав пальцем по виску, решил сменить тактику. — Всем оставаться на своих местах! — проорал он, прикинувшись контролером и постучав в ближайшее к нему купе. — Всем оставаться на своих местах! Проверка документов!
Харди, довольный своей находчивостью, походкой лже-контролера спокойно двинулся по вагону и стал стучать в каждую дверь. Убедившись, что никто не покинул своего купе, он вернулся к первому их тех, куда стучал.
— Проверка документов, сука-бля! — вломился он и увидел, как из окна кто-то выпрыгнул.
Том быстро метнулся внутрь и выглянул на улицу.
— Что за сука-бля? — приподнял шрамированную бровь он, наблюдая, как по песчаной насыпи кубарем скатывается какая-то блондинка. — Декстер? — охуел он еще хлеще, приметив, что внизу девку ждет, валяясь в пыли, парень-Морган собственной персоной. — Так значит эта петушня тоже был заодно с Робертом? И значит пиздюк и его натравил? — бредил Том, провожая взглядом удаляющихся Декстера и его беглую спутницу. Да сколько же ты выкурил, что тебя до сих пор не отпускает?
Харди выскочил из купе и, злобно топая босыми пятками, бросился на поиски брата, продолжая при этом извещать весь поезд, что он — тут власть, а точнее контролер. Так он бегал по поезду еще час, пока, наконец, не обнаружил Джилленхола в купе проводницы, которую он, собственно говоря, и жарил.
— Проверка, сука-бля, документов! — прорычал сержант и выволок брата за шкирку.
— Томми! Какого хуя? — ошалел Джейк, застегивая на ходу ширинку. — Ты совсем ебанулся?
— Где моя одежда, хуеплет? — орал Том, повалив Джилленхола на пол.
— Какая одежда? — тявкал тот, прикрывая недавно заживший нос от новых ударов. — Томми, прекращай немедленно эту хуйню! Я не понимаю, о чем речь!
— Я слышал, как ты залезал в мое купе! — не унимался Харди. — Совсем охуел? Сначала сдал меня мафии и петушаре Декстеру, которые чуть не убили меня! А теперь и вовсе решил оставить меня с голой жопой! Какого, сука-бля, хуя? Мстишь мне за вьетнамки?
— Томми, ты бредишь! — верещал Джейк, пытаясь спихнуть, оседлавшего его сержанта. — Успокойся, давай поговорим!
— Шмот-то ты спиздил, а вот про «беретты», сука-бля, забыл! — достал из боксеров один из пистолетов Том и приставил дуло ко лбу брату.
— Аааааа! — завизжала проводница, наспех затолкав в лифчик растрепавшиеся груди, и побежала по вагону, размахивая руками над головой, в поисках начальника поезда.
Братья же катались по вагону в очередной драке, да пытались доказать друг другу каждый свою правду. И если один попросту не понимал, что от него хочет второй, то тот, второй, и вовсе не слушал доводы первого. Так и дрались. Пока через несколько минут не прибежал начальник поезда в компании с проводницами и контролерами. Все вместе они похватали нарушителей спокойствия под белы рученьки и вышвырнули из поезда, мчащегося по прериям Вайоминга на полном ходу.
Том и Джейк прокатились по насыпи и оказались на раскаленном песке. Солнце нещадно припекало, а по небу кружили тысячи грифов, желавших полакомиться свежей плотью, ведь жрать трупы не на шутку заебало за многие века.
Первым поднялся Харди и побрел в ту сторону, где уже за горизонтом скрылся поезд. За ним — Джилленхол, упорно не понимавший наездов брата, но считавший необходимым в этом разобраться. Однако он не решался не то что заговорить с ним — даже приблизиться, ведь получать пиздюлей от него в течение последних пары недель слишком надоело. Так и шли. Впереди Том, чуть поодаль, метрах в пяти от него — Джейк.
 
 
Шли они долго. Солнце уже было в зените и не гнушалось нет-нет да припекать их бестолковые головы. Особенно от светила доставалось сержанту. Мало того, что голова его была лысой, так и весь он не был никоим образом защищен от дерзкого ультрафиолета. Потому вскоре Том стал с ног до головы красным, словно глупый обгорелый томат. Горячий песок тоже не давал покоя, заставляя Харди идти то на цыпочках, то на пятках, то на внешней стороне стопы. Благо хоть на Джейке присутствовали футболка и джинсы, но, несмотря на то, что голова также была не покрыта, а ноги — босы, солнце чудесным образом не обжигало его кожу, а разум и сознание оставались невредимы. В отличие от разума Тома, который еле шел, покачиваясь и то и дело заваливаясь. О нет! Вдруг он схлопотал солнечный удар? Это чревато последствиями в виде потери сознания, а может даже и смерти! И в таком случае грифам вновь придется довольствоваться дохлятиной!
— Томми! Возьми мою футболку, повяжи хоть на голову! — окликнул брата Джейк, стягивая одежду.
— Нахуй! — показал через плечо «фак» Том. — Хотел добиться, чтобы я сдох — получай, пидор!
— Да что за глупости? Зачем бы мне это? — вскинул руки Джилленхол. — Вот объясни мне, нахуя мне так поступать?
— Я ебу? — еле ворочая языком, пробормотал Харди, жмурясь от солнца и массируя обгоревшие виски.
— Хватит уже, а? — прорычал Джейк и кинул футболку с принтом карты Аляски в сержанта. — Голову прикрой!
— Нахуй и в пизду, я сказал! — зарычал Том, остановившись и обернувшись. — Еще, сука-бля, хоть одна подобная шляпа! — стряхнул он с головы футболку брата и пнул в сторону. — Я, сука-бля, тебе отвечаю — твое ебало будет раскрошено в обдроченный фарш! Ты меня, сука, понял, уебан?
Джилленхол цокнул, подкатил глаза и выставил ладони вперед. Харди просверлил его ебаным невменяемым взглядом и поплелся дальше. Джейк вздохнул, помотал головой и пошел за братом, по пути подобрав с песка отвергнутую им футболку и натянув обратно на себя.
— Лучше бы тебе вообще от меня отъебаться, — пизданул сержант через пару минут. — Хули ты ко мне привязался? Иди, сука-бля, своей дорогой.
— Куда хочу, туда и иду, — ответил путник из шара.
Вдруг Джейк остановился и уставился вперед. Он похлопал глазами, протер их кулаками и вновь стал смотреть.
— Томми! Смотри! Это что, город там? — указал он на деревянную табличку метрах в пятидесяти от них.
Харди перевел взгляд туда, куда указал брат.
— Это же спасение! Пошли скорее, думаю тебе нужно в больницу, — окинул Джейк его с ног до головы пронзительным взглядом. — Идем же! — он поспешил вперед, взял Тома под локоть и поволок за собой.
Сержант же продолжал смотреть на указатель с названием города, мечтая о глотке воды и холодном компрессе на все тело.
— Сан-Клауд, — прочел название Джилленхол, когда они поравнялись с табличкой. — Никогда не слыхал о таком. Хотя, это и неважно, главное, что мы наконец сможем отдохнуть.
Харди попытался сглотнуть, но во рту пересохло до неузнаваемости. Он так мечтал скорее оказаться в тени и прохладе, но эти новые никому непонятные принципы, родившиеся в его голове под действием то ли травы отца, лицо которого он забыл, то ли супа Роберта, то ли его собственного долбоебизма, приказали ему остановиться.
— Никуда я с тобой, сука-бля, не пойду! — рявкнул он и выдернул руку из хватки брата. — Нахуя мне это! Рождество уже, сука-бля, отметили. Время, сука-бля, чудес. Нахуй такие чудеса! И в пизду!
С этими словами Том пихнул Джейка в плечо, шаркнул ногой по песку, пустив брату пыль в глаза, и побежал. Налево от указателя.
— Что за… — лишь и пробормотал Джилленхол, протирая глаза от заполонившего прелестную синеву песка. — Ну и пошел ты нахуй! Еблан! — крикнул он вслед убегающему сержанту и побрел вперед, прямиком в Сан-Клауд, как подсказывало ему сердце. Вообще Джейк последнее время действовал, следуя именно его зову. А сердце из шара непременно и постоянно его куда-то да звало. Именно оно заставило его жить довольно длительное время в Лос-Анджелесе, именно оно заставило ехать в Финикс, а затем на Аляску. На вокзале именно оно посоветовало купить ему билет на поезд до Вайоминга. И вот теперь оно без умолку ему твердило: «Сан-Клауд». Посему Джейк проводил взглядом бегущего незнамо куда брата и уверенно двинулся навстречу грядущей весне.