Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)
— Сука-бля! Сентиментальный пидор! — с психом снял наушники Том и отшвырнул на пол, после чего закрыл ебало ладонями и разревелся, словно глупый малец.
Так прошел час.
— Я поеду! Поеду к нему! — вытирал он тыльной стороной ладони слезы, катящиеся градом по брутально-смазливым щекам. — Поеду и устрою праздник! Не может сержант убить у пиздюка веру в Санту! Ибо Рождество — время чудес! В те времена они и познакомились! Они… Они, сука-бля… Малыш из шара да мальчик, что учился, сука-бля, выживать…
На том и порешал.
Собрав чемодан, на цыпочках, будто глупая прошмандовка-балерина, Харди покинул еврочетырешку и отправился в путь. Зачем так тихо? Да чтобы эффектно спящий Батлер не проснулся и не остановил Тома. Наверняка, ебаная идея поехать на Аляску не понравилась бы Батлеру, который считал, что его друг был по сей день озлоблен как скотина, а это значит, что примирения с братом нихуя не выйдет. Вот на кой Тому слушать все эти крики?
— Доброе утро, дорогие северяне! Сейчас восемь утра, и с вами Роб-Оленевод! Сегодня двадцать третье декабря 2011 года, пятница, а значит еще один рабочий день перед выходными! За окном… — зазвучал голос из радио.
— Завали, мразь! — сонно пробурчал Том, ударив ладонью по будильнику и отключив его.
Все дело в том, что Харди прилетел на Аляску всего пару часов назад. Охуев от того, что здесь начался сезон круглосуточной ночи, сержант непременно снял номер в гостинице близлежащего небольшого городка, где и решил поспать, дабы отдохнуть от перелета, да привыкнуть к бесконечной ночи.
И только Том вновь провалился в сон, как какой-то безумец вновь включил радио-будильник.
— Овны могут ощутить сегодня желание что-то изменить или переделать. Звезды говорят вам — день, действительно, неплох для ремонта, — вещал гороскоп на сегодняшний день Роб-Оленевод. — Только помните, что ломать — не строить. Сегодня вас ожидает встреча личного характера. Главное — не рубите с плеча, вы сегодня не вполне объективны. И будьте предельно аккуратны на дорогах! А теперь в нашем эфире прозвучит популярный хит группы Coldplay — «Paradise». А следом вы услы…
— Да как же ты, сука-бля, заебал, ублюдок! — сонно прорычал сержант, нащупывая рукой будильник, который так и норовил каким-то чудным образом отодвинуться и не дать себя выключить.
В неимоверных психах Том подскочил с кровати, скинул с тумбочки будильник и безжалостно принялся растаптывать его пяткой. Но у него ничего не выходило! Тот никак не давился, а лишь продолжал вещать приятную уху музыку.
— Когда она была еще девочкой, она ждала, что для нее будет открыт весь мир. Но объять весь мир ей не удалось. И она сбежала в свои сны! — нежданно-негаданно запел Крис Мартин. — Мечтала о ра-ра-рае…
— Я сейчас, сука-бля, тебе так помечтаю о рае, петушара, — бухтел Харди, плюхнувшись спиной на кровать, натянув на ногу берц и начав шнуровать его.
— Жизнь бежит, она становится сложнее, бабочка, попав под колесо, теряет крылья, — пытался вразумить Тома Крис Мартин.
— Ну держись, сука-бля! — озлобленно причитал сержант, высвобождая из шнурков палец, который нечаянно затянул до посинения.
Так прошло незнамо сколько минут.
— Мечтала о ра-ра-рае! Ра-ра-рае! Ра-ра-рае! Каждый раз, когда закрывала глаза. Оооуууооо! — невыносимо хуево, но сочно пропел Том, беспощадно растоптав будильник-радио подошвой тяжелого берца.
Когда дело было сделано, парень вновь улегся под одеяло, обхуярился метамфеамина и благополучно заснул.
Спустя несколько часов из сна его опять выдернуло песнопение! Но на сей раз пели нихуя не в номере, и это был нихуя не Крис Мартин. Голоса эхом доносились откуда-то издалека, врываясь в номер через приоткрытую форточку.
— Как аукнется, как аукнется, как аукнется, как аукнется, так и откликнется, — пели две какие-то шкуры песню Джастина Тимберлейка — «What Goes Around Comes Around».
— Сука-бля! Заебала эта Аляска! — вскочил как ошпаренный Харди и стал одеваться. — Кто там, сука, так громко поет? Сержант пойдет и найдет! Сержант разберется! Сержант оторвет головы! Ибо он не любит! Когда кто-то поет, когда он спит! — бредил он, наспех одеваясь.
Проверив магазины «беретт» и убедившись, что они заполнены по самый «небалуй», Том выскочил из номера, желая найти источник блатного песнопения и разобраться с ним по полной программе. Но увы и ах! Сержант наткнулся в коридоре на то, что вмиг разрушило его планы.
— Дэвид! Открой! — стучала в дверь одного из номеров худощавая девушка в шубе. — Немедленно!
— Ты что шумишь, пизда? Рот закрыла, сука-бля! — пихнул ее в бок огнестрелом Том, предъявив ксиву и намекая, что власть тут он.
— Ой, иди на хуй, мент! Кейт Швиммер, специальный агент ФБР, — рявкнула она, продемонстрировав значок и как бы затыкая им рот обычному мусору из убойного отдела.
— Блатная что ли, сука-бля, шмара? — превратился в бунтующую сову Том и с вызовом посмотрел на девушку. — Да ты наркоманка, — заявил он, узрев в ее зрачках странный блеск.
— Не ебет! — показала «фак» бесстрашная девка.
— Федеральная сука, — брезгливо скривился доблестный сержант полиции Харди. — Я не люблю! Всю вашу шарагу! Никогда бы не пошел в ваши ряды! Никогда не стал бы, сука-бля, один из вас, — признался он, ведь вечное противостояние между полицией и ФБР разделяло только на две стороны. Побывав на одной из них, переметнуться на другую было просто невозможно!
— Того же мнения о тебе и твоей пиздабратии, — вступила в конфликт наркоманка со стажем Кейт.
Но не успел рамс продолжится, как дверь номера, куда стучалась Швиммер, раскрылась и из нее вышел…
— Джейки? — удивленно приподнял шрамированную бровь Том.
— Баляяяять, — засуетился Джилленхол, не ожидая увидеть в коридоре брата и мисс Швиммер. Что они здесь делают? Да еще и вдвоем! Неужто они спят друг с другом?!
— Где мой напарник — Дэвид Духовный? — накинула нелепый вопрос Швиммер.
— Он там это… Ты его не трогай пару часов, — ободряюще похлопал ее по плечу Джейк. — Передозировка была сильной, но дядя Джейк, считай, достал его с того света. Опасность не грозит, но все равно — не приставай к нему с лишними вопросами. Дай отдохнуть…
— А ты кто такой? — хитро прищурилась Швиммер, смерив Джилленхола оценивающим взглядом.
— Ну как кто? — возмущенно упер руки в бока парень из шара. — Местный наркобарон! Ты ж вчера у меня покупала мощные психотропы, милочка! А сегодня я пришел продать что-то твоему корешу-напарнику. Но он попробовал все мои пробники и отхватил передоз! Я тут при чем?
— Хуя се ты поднялся на Аляске! — одобрительно закивал Том, состроив фирменный еблет.
— Так, а ты что тут делаешь? — спросил у брата Джилленхол.
— Пойду проверю, как он, — решила оставить братьев наедине Кейт и удалилась в номер, ведь уже давно хотела поссать и усладиться психотропами до неузнаваемости.
— Ну… Сука-бля… Аааам… Ээээм… — мялся Харди. — Да вот, приехал тут наркопритон открыть… Видимо, не успел… Ты уже тут, как я посмотрю, территорию пометил… Пиздюк, — глупо похлопал он брата по плечу.
— Может пойдем выпьем? Там все и расскажешь, — поторопил его к лестнице Джилленхол, схватив за локоть. — Что-то я в рот ебал тут сейчас находиться, вдруг тот агент кони двинет. Пошли отсюда!
Так и поступили.
Через полчаса братья сидели в единственном здешнем ресторане и выпивали, закусывая элитной солониной и разносолами из снега и льда.
— Так говоришь, что приехал открыть наркопритон? — спросил Джейк, набив полон рот кубиков льда в томатном соусе и с хрустом их пережевывая. — Работаешь в Рождество?
— Ну, сука-бля… — поднял глаза к потолку Том, опрокинув в себя рюмку еловой водки. — Сегодня еще не Рождество, надеялся управиться до праздников…
— Ну, а на Рождество какие планы? — накинул еще вопрос Джилленхол.
— Не знаю… Не думал об этом, — пожал плечами Харди, ковыряя вилкой в салате из кореньев, хвои и оленьих щек. — Есть какие-то, сука-бля, предложения?