Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Ладно, едем дальше! — щелкнул в пальцы Стив, и лицо Джейсона приобрело прежний вид. — Теперь накажем тебя, карлик!
— Я не карлик! — возмутился мальчик, остановился, повернулся и нахмурился, сверля ебаного Бушеми ебливым взглядом.
— А-а-а! — помотал пальчиком тот. — Со мной твой трюк не пройдет! А за твою дерзость я наказываю тебя нашествием саранчи!
Непонятно откуда взявшийся рой саранчи ворвался в коридор и закружил вокруг пацана, неприятно шелестя крыльями.
— И это все? — расставил ладони в стороны мальчик, когда назойливые насекомые покинули коридор. — Ебать я кончено зассал! Пиздос просто!
— Да, все! — улыбнулся Бушеми. — Ну, каждого лично я наказал, теперь приступим к массовым пыткам!
— А как жэ тот красаучик в сандалях? — томно подрыгал бровью Саддам, надрачивая член, ведь кончить дюже хотелось. Но, кажется, никто не услышал его бредней.
— Гром, молния и огненный град! — объявил следующее наказание Стив, подняв руки. — Но первых двух мне не дано, так что, господа, довольствуйтесь огненным градом!
В ту же секунду ребята подорвались и вновь побежали по бесконечному коридору, а на их головы с потолка посыпались огненные шарики какой-то хуйни, обжигая их бестолковые лысые головы.
— Сука-бля, думаю, что он все же не волшебник, а какой-то шарлатан! — высказал мнение Том. — Вы посмотрите, половина его наказаний — хуйня собачья! Ну, в смысле, в наличии нет нихуя!
— Да ты чай дЭбил?! — гневно схватил его за грудки Батлер, остановившись. — Ты на базар что ли приперсси? В наличии ему нихуя нет! А этого мало?
В это время горящий комок приземлился прямо на его плащ. Тот, завизжав, соскочил с хозяина и, расправив себя, на двух уголках запрыгал по полу, пытаясь потушить себя.
Стив же решил взять передышку, пока отдыхали и парни, и заставил Саддама по-быстрому отсосать.
— Ну же, плащ, тушись! — дул на него мальчик, но получалось все не то! Тряпка разгоралась еще больше!
— Можно поссать, — пожал плечами Стэт и принялся обоссывать друга Леонида.
— Сука-бля, какого хуя! Не я горю, а плащ! — взорвался Том, отряхивая с ноги голливудские ссаки.
— Ну я уже все! Больше нет! — пожал плечами Стэт, пряча член в камуфляжные скамы, но не Харди, а свои.
— О дааа… — прохрипел Бушеми, вытащив свой до безобразия неестественно красный прибор и наставив его на горящий плащ. Вмиг тот потушился при помощи сами знаете чего. Кое-чего вязкого и резко пахнущего.
— А теперь — тьма египитская! — возликовал Стив, томно зыркнув на Хусейна.
— О, нет-нет-нет, — попятился тот, схватившись за жопу. — Только не это!
Повисла неловкая темная пауза. Свет во всем дворце погас.
— Ну я ж тэбя прошу! — буробил Саддам впотьмах. — Ти же знаэшь, Стив, как я боюс тэмнота!
— Нихуя не вижу! — раздраженно бормотал Том, рыская по карманам зажигалку. — Так-то лучше, — состроил он фирменный еблет, подкурив сигарету.
— Ну, милый мой, ну вэрни свэт! — ныл Хусейн. — Я же сэйчас обосрус от страха! — кряхтел он, присаживаясь на корточки в уголке.
— Этого еще не хватало! — подкатил сверкающие адским пламенем глаза Стив. — Лааадно… — махнул он рукой и щелкнул пальцами.
Вокруг вновь стало светло. Харди впопыхах докурил и бросился бежать, за ним рванули Леонид, Джейсон и ребенок, чье имя было тайной. Стив и Саддам, подтерший жопу ковром, ринулись вдогонку.
— Наказание кровью! — объявил следующую казнь Бушеми, топоча как проклятый.
— Звучит ебано… — скривился Харди, ожидая незнамо чего.
— Пресвятая Богородица! — перекрестил плащ Батлера своего хозяина.
— Татуировки, кровь и шрамы — вот из чего я сделан! — пизданул Стэтхем.
— Че, петушара, тоже есть партаки? — поинтересовался сержант, обернувшись к Джейсону.
— Неа, — помотал лысиной тот.
— Хочешь заебашу тебе, сука-бля? — предложил свои услуги дешевой тату-шлюхи Том, решив скрасить скучный бег, ведь проклятие Стива никак не давало о себе знать.
— Может, кто-нибудь хочет пить? — крикнул Бушеми.
— Нет! — в один голос ответили убегающие.
— Да по-любому хотите, после такой-то погони! Но у вас нихуя не выйдет! Ведь вся вода превратилась в кровь! Ха! Ха-ха! — по-идиотски рассмеялся он и вытащил из кармана свиток папируса. — Тааак-с, что там у нас далее… Ага! Песьи мухи! Вперед!
 
Вдруг из маминой из спальни, хромоногие и кривые, вылетели сотни малюсеньких собак с прозрачными крылышками, потирая передними лапами. Они, остервенело лая и жужжа, окружили троих друзей и мальчика.
— Сука-бля! Что за уебки? — брезгливо отмахивался от песьих мух Харди. — Отъебитесь, суки!
Собакомухи же не желали отставать и начали обкусывать ребят маленькими зубками. Некоторые и вовсе пометили форменные берцы и сандалии, а один альфа-кобель вообще пристроился к ноге ребенка и стал поебывать ее, устанавливая главенство.
— Идите нахуй! Фу! Фу! — продолжал орать сержант, размахивая кулаками и отбиваясь тем самым от назойливых паразитов.
— Достаточно! — взмахнул руками Стив, зашмыгав носом. — У меня аллергия на собачью шерсть!
Песьи мухи подкатили каждая по несколько тысяч глаз и ретировались, не забыв перед этим нассать на ковры.
— Ну, кажется, все! Вы наказаны сполна, — хлопнул в ладоши Бушеми. — Вроде ничего не забыл…
— Нэт! Так нэ честно! — возопил Саддам, затопав босыми ногами по собачьим ссакам. — Ми всэ получили сполна! Кромэ этова бородатого! Даже иво плащу досталось! — ткнул он пальцем в Леонида.
Тот до невозможности эффектно округлил рот бубликом, да так, что и Бушеми, и Хусейн залипли на сию красоту, представляя, как бы знатно было присунуть ему на ротан.
— Ну хорошо, пускай будет по-честному! — закивал Стив. — Что там осталось? О, точно, нашествия жаб!
— Чтооо? — заорал Леонид так сильно, что стены дворца затряслись.
Следом же послышались миллионы хлюпающих шлепков — предвестники появления жаб. И через пару секунд коридор заполонила орда земноводных — огромных и склизких.
— Аа! Аа-ааа! — заголосил Батлер, запрыгав с ноги на ногу, когда жабы окружили его, угрожающе квакая.
Все, кроме Тома, заткнули уши от этих эффектных воплей.
— Ой, подумаешь, сука-бля, жабы… — подкатил глаза Харди, отпихивая берцами бородавчатых созданий.
— Сука! — хлопнул себя по лбу мальчишка и бросил ебаный взгляд на сержанта.
— Ааа! Аааааа! — продолжал голосить Леонид, вжавшись в стену и скрючив пальцы в нервном параличе. Дело в том, что помимо фобии мышей и пауков, еще одним из самых ужасных страхов бородача были те самые пресловутые жабы.
— Ебааать! — охуел Том, пригнувшись, зажмурившись и зажав уши. — Что за сука-бля? Ты хули так орешь, шмаровоз кофейный!
Но тут случилось то, чего ожидать никто не мог. Одна самая огромная жирная жаба, покрытая ебейшим слоем слизи и усыпанная бородавками от макушки до перепонок на лапках, изловчилась и прыгнула прямо на эффектное лицо Батлера. Леонид поначалу открыл рот в беззвучном крике, потеряв не только дар речи, но и самообладание, а потом разверзся истошным воплем.
— Аааааааааааа! Аааааа! — орал он, что было сил, затем набирал полные легкие воздуха и орал снова. — Аааааааааааа!
Все вокруг похватались за головы, пуская из ушей кровь, и разлетелись по сторонам, включая жаб и даже Стива.
Жаба, совершившая столь дерзкий поступок по отношению к Леониду и вовсе скончалась на месте от разрыва головного мозга, свалившись замертво и освободив от своего присутствия искаженное страхом лица Батлера. Все остальные же, кто к счастью, кто к сожалению, остались живы, но, кажется, отхватили нехилые такие контузии.
 
Когда Том открыл глаза, то увидел, что находится не в замке Хуссейна, а в военном госпитале. Рядом с его кроватью стояли Джейсон, Леонид и лейтенант Самюэл.
— Томми, слава Богу! Ты очнулсси! — радостно заверещал Батлер.
— У меня нет пушки, нет толпы за спиной, но есть пару кентов которые хоть в ад пойдут со мной! — приветливо пизданул Стэтхем, поправив на голове гипсовый шлем.