Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Он вышел из «Вишенки и Черешенки», обнаружил, что ни одной мусорской тачки уже нет у входа, и пешком поплелся незнамо куда. Через полчаса бестолковой ходьбы Харди понял, что добрался до Спейс-Нидл. Он поднял голову и посмотрел на самую вершину башни. Сто восемьдесят четыре метра. Том нащупал в кармане брюк пачку сигарет и закурил. Глубоко затянулся. Футуристические очертания башни застелило густым облаком дыма. Еще через пару минут, докурив до самого фильтра, Харди выдохнул несколько колечек, отщелкнул бычок и пошел дальше по направлению к дому.
Комментарий к Глава 88: Феникс
Значится, дорогой мой друг, это был мой первый опыть написания постельки. И ясен хуй мне вновь интересно твое мнение на сей счёт! Вздрочнул?)
 
========== Глава 89: Розыск ==========
 
— Томми! Где ты шляисси? — встретил Тома в гостиной еврочетырешки взволнованный голос Батлера, как только тот шагнул внутрь. — Ты на часы смотрел?
Сержант молча подошел к раковине, открыл кран с холодной водой и подставил рот к струе, ведь от выпитого шампанского начался нехилый сушняк.
— Где ты был? Что-то на работе стряслось? — продолжал накидывать вопросы Леонид. — Ты не говорил, что задержисси.
Том выключил воду, вытер губы рукавом кителя и хмуро уставился на друга, не понимая, что от него требуется.
— Да что происходит! — взорвался Батлер, вскинув плащ к потолку. — Ты что, пил? — эффектно принюхался бородач, с подозрением оглядывая Тома с ног до головы.
Тот же, продолжая безумно молчать, развернулся и пошел по коридору к своей спальне.
— Да я всю ночь не прикорнул! Обзвонил все больницы… — пустился за ним Леонид, но не успел договорить, как дверь перед его носом захлопнулась.
Том прошел в комнату и ничком рухнул на кровать. Мысли все также продолжали несвязно метаться, а тело напрочь лишилось всяких сил. Пролежав так какое-то время, сверля пустым взглядом потолок, Харди заставил себя подняться и направился в душ. Он залез в ванну, крутанул холодный вентиль и встал под ледяные струи воды, упершись руками в кафельную стену. Это тоже не помогло привести рассудок в порядок, зато немного подбодрило. Тогда сержант вылез и стал вытираться, встав перед зеркалом. Он взглянул на отражение и провел пятерней по голове, зачесав волосы назад. Нахмурился, скривился и взлохматил прическу, небрежно разбросав пряди туда-сюда. Потом вышел из ванной, оделся в гражданский шмот и покинул спальню. В гостиной его вновь встречал Батлер.
— Томми! Да что за делюга! — подорвался он с дивана. — Где ты был и почему молчишь? Ты что-то начудил? Скажи, и я подсоблю!
Харди же сунул ноги в берцы, лег на пол и начал зашнуровывать.
— Куда это ты собралси? — воскликнул Леонид. — Томми! Прекращай немедля! Что это за финтифлюшки такие? Думаешь это весело?
Том поднялся и встал перед другом, бестолково хлопая глазами. Он и рад был бы что-то объяснить. Но вот незадача! Сам не понимал нихуя! Поэтому молча отодвинул Батлера с дороги и вышел из квартиры.
 
Зашел купить курева и зашагал вперед. Через минут сорок, сам не понял как, оказался перед стрип-клубом. Неоновая девка на вывеске не мигала как ночью и была устало-тусклой в свете пасмурного утра. Харди зашел внутрь — пусто. Хоть клуб и работал круглосуточно, о чем свидетельствовала вывеска у входа, но посетителей в столь ранний час не было. Лишь бармен, уснувший за протиранием стаканов.
— Эй, приятель, — уселся за барную стойку Том. — Плесни, сука-бля, — пихнул он бармена в плечо.
Тот подскочил, разбив стакан, и осоловело уставился на утреннего гостя.
— Виски, двойной, — указал Харди на стеллаж с бутылками.
Через минуту заказ был с недовольством подан, и сержант залпом осушил стакан.
— А что, девочки сегодня будут? — спросил он, махнув головой на пустующие шесты.
— Время восемь утра. Какие девочки? — приподнял бровь бармен, недоверчиво глядя на Тома и приняв его за извращенца.
— Ну я понял… Понял… — кивнул Том и жестом попросил обновить. — А когда будут?
— После двух. А вечернее шоу начнется в восемь после полудня, — подкатил глаза бармен.
 
— Что за шоу? С Тором, сука-бля, и Халком? — ненавязчиво выведывал сержант.
— Я позову главного, — скривил рот бармен и удалился, решив, что Том некий пидор-дрочер или вроде того.
— Валяй, — усмехнулся Харди комичности данной ситуации.
— Какие-то проблемы? — вышел из-за бархатной шторы заспанный лысый Гоша Куценко. — Вы кого-то ищете? — уперев руки в бока, недовольно уставился он на сержанта.
— Департамент полиции Сиэтла, убойный отдел, сержант Харди, — достал из кармана скамов жетон Том, дотянулся до бутылки виски, которую незадачливый бармен оставил на стойке, и присосался к горлышку.
Гоша выкатил глаза-шары, округлил рот и поднял руки вверх, как бы давая понять, что он сдается.
— Побазарим, сука-бля? — махнул Том в сторону бархатной шторы. — Пара вопросов имеется.
Куценко нервно закивал и жестом поднятой руки пригласил Харди пройти в его кабинет, попятившись за штору. Том, прихватив бутылку, двинулся за ним.
— Какие-то проблемы, сержант? — дрожащим голосом заговорил Гоша, когда они очутились в кабинете, и стал сгребать со стола в ящик трусы стриптизерш, наркотики и черную бухгалтерию.
— Клубничная Эми, знаешь такую, сука-бля? — уселся на кресло Куценко сержант.
— Она что, мертва? Ее убили? — взвизгнул Гоша, превратившись в лысую сову.
— Ты охуел, шмаровоз? — рявкнул Харди, ударив кулаком по столу. — С хуя ли такие выводы?
— Ну убойный отдел же занимается убийствами… — начал выкладывать свои умозаключения Куценко.
— И при чем тут убойный, сука-бля, отдел? — приподнял шрамированную бровь Том.
— Ну вы так сказали, — пожал плечами Гоша.
— Ебало завали! Это не при чем, — подвигал челюстью Харди. — Клубничная Эми танцевала тут этой ночью. Так, сука-бля?
Гоша закивал.
— Где она? — продолжал допрос сержант.
Куценко в ответ лишь пожал плечами.
— Пиздеж! Ты директор этой богадельни? — взорвался Том, пнув ногой стол и откатившись на кресле назад.
— Я, да — директор, — подтвердил Гоша.
— И где твоя, сука-бля, девка? Хочешь сказать, не знаешь, где искать шмар, которые тут у тебя пляшут?
— Своих — знаю. Но та, о которой ты говоришь, не моя. Это была гастролирующая труппа, — пояснил за танцы директор.
— Контакты давай, — хлопнул по столу Том.
— У меня нету…
— Контакты, сука-бля! — заорал Харди.
— Да нету у меня!
— Контакты их главного, — чуть спокойней сказал сержант, подвигав желваками.
— Нету!
— Пиздеж! Что ты мне тут, сука-бля, в уши ссышь? М? — поднялся он с кресла и двинулся на обескураженного Гошу. — Хочешь сказать у тебя нет телефонных номеров ни кого из той блядской труппы? Нет? Давай имена тогда! Списки всех шкур! Ну же, сука-бля, не трать мое время!
— Да нету у меня ничего! — отчаянно блеснул лысиной Гоша.
— Пиздеееж, — протянул Том, медленно помотав головой. — А ты знал, что Клубничной Эми всего семнадцать, и при этом она самая старшая среди всех? А? Как думаешь, это законно, что в твоей шараге пляшут голые малолетки?
Куценко испуганно захлопал глазами, после чего рухнул на колени.
— Прошу, только не лишайте меня лицензии! — взмолился он и пополз к сержанту.
— Лицензии, сука-бля? А присесть не хочешь? — ухмыльнулся Том.
— Я присяду, все что угодно, только не лицензии! — продолжал бредить Гоша, ведь страдал шизофренией с малых лет.
— Ты ебло? — приподнял шрамированную бровь Харди. — Ну, сука-бля, лицензии, так лицензии, — состроил он фирменный еблет, достал из кармана мобильник и без шуток и обманов набрал номер Тома Хэнкса. — Здарова, капитан… Да ничего, сойдет. Сам как?.. Понял… Понял… Не, с Колином, сука-бля, не посижу, самому хуевато… Ага… Слушай, тут во вчерашней стрипухе проблемы с лицензией, знал?.. А знал, что директор заставляет крутиться у шеста малолетних девочек?.. Ну так знай, сука-бля… Ага, заеду сегодня за ордером на лишение лицензии… Ну все, давай… Билли? Какой, сука-бля, Билли?.. Ой, капитан, иди проспись, передам я привет твоему обдроченному Билли…