Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Том изумленно вылупился на мать не зная, что делать дальше: то ли попытаться отстоять свою точку зрения, то ли спросить, кто такая шлюха и почему она обитает в подворотне.
— И даже если, теоретически, — продолжила пьяный бред Мэрил, сложив пальцы кольцом. — Ты сумеешь кого-то найти… Знаешь, что будет дальше? Эта женщина сначала заманит тебя в паутину ложных надежд и обещаний, затем начнет медленно высасывать из тебя душу и наличку, после чего вырвет твое сердце и вдребезги растопчет его. Сама же она прыгнет в койку к первому встречному, а ты, Томас, останешься один и придешь зализывать раны к матери, которая, в отличие от любой другой женщины, никогда не бросит и не предаст тебя!
Мальчик непонимающе смотрел на мисс Стрип не въезжая, почему та сравнивает человека женского пола с каким-то жутким насекомым. Он бросил взгляд на соседей, все еще веселилившихся на газоне, и стал визуализировать, как женщина впивается в шею мужа и начинает высасывать из него душу и некую наличку.
— А еще для того, чтобы создать семью, необходимы дети, — продолжила нести хуйню Мэрил. — Как думаешь, Томас, какого качества сперма инвалида?
— Чего? — нахмурился мальчик, вновь посмотрев на мать.
— Вот тебе и чего, — покривила она лицом. — Нельзя тебе размножаться, Джерри, нельзя! От тебя будут плодиться лишь инвалиды, если не хуже! И на чьи плечи упадет ответственность за них? Твоя жена уйдет к другому, ты будешь страдать по ней… А бедная Мэрил должна будет обеспечить своим нерадивым внукам жизнь! Разве это нормально? Так что выбрось из головы все эти мысли про семью раз и навсегда. Я — твоя семья. Ты никому и никогда не будешь нужен кроме своей матери. Лишь она одна будет нести тебя на своих плечах всю жизнь… — затянула свою классическую шарманку мисс Стрип.
Но Том уже не слушал, что лопочет матушка. Он вновь повернул голову к участку соседей и стал наблюдать за их семьей.
— Кстати, ребята, мы же забыли вам сообщить! — веселился неугомонный сосед. — У вас скоро будет братик или сестричка! — похлопал он женщину по животу.
— Ааа! Благость-то какая! — рухнул на газон подросток и забился в конвульсиях счастья, пуская изо рта радужную пену.
— Урааа! — как идиотка расставила руки в стороны девочка-соседка.
«Кажется, тут мама права. Соседи и впрямь какие-то дегенераты… — подумал Том. — Но и сама мама, кажется, немного не в себе. Что за ерунду она несет? Откуда ей знать что-то о счастливой семье, если у нее никогда таковой и не было? Да и откуда ей знать, что будет со мной в будущем? Она что, Оракул?»
— Только лишь я буду любить тебя таким, какой ты есть… — продолжила на заднем плане буробить мисс Стрип.
— Знаешь, — перебил Том. — А я все равно попробую завести семью, — выпалил он и побрел в сторону дома.
— Что ты сказал?! — охуевше вылупилась на него Мэрил, но мальчик даже и не обернулся. — Эй, куда ты пошел, болван? Мы не договорили! Вернись немедленно!
— Я есть хочу, — крикнул он и прошел в дом, дерзко захлопнув за собой дверь.
— Ооох… Какое же наказание… — укоризненно помотала головой пьяная Стрип. — Чую, проблем у меня будет с этим мальчиком — уйма. Главное не запустить его, а то без меня он точно окажется либо в тюрьме, либо в подворотне, — пробубнила она и пару минут молча смотрела на дом, то и дело икая.
 
Том же прошел на кухню, насыпал в миску кукурузных хлопьев, залил молоком и уселся за стол.
— Ох! Как же я могла забыть! — ворвалась через пару минут в дом Мэрил. — У меня же сегодня репетиторство выездное! — она ринулась в прихожую, где уселась на пол и стала натягивать на ноги высокие сапоги. Но у нее ничего не выходило! Сапоги никак не натягивались! Ноги женщины не на шутку опухли от вина!
Спустя десять минут ей с горем пополам удалось обуться и, облокачиваясь о комод, мисс Стрип медленно поднялась.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — взволнованно спросил Том, приметив, как мать шатает из стороны в сторону.
— Что, вздумал мать учить? — в пьяном угаре бычилась Мэрил. — Может еще осудишь меня за то, что я позволила выпить себе немного вина? А? Отвечай, тварь!
 
— Да нет… Я просто… — замялся Том, не на шутку испугавшись быдлежного стеклянного взгляда матери.
— То-то же! — перебила мисс Стрип, окутывая вокруг шеи легкий французский шарф. — Ладно, я пошла! К моему приходу чтоб перебрал мешок фасоли, которую я купила на зиму. Красную от белой отдели, а потом можешь быть свободен! — рявкнула она и удалилась.
Том на всех парах побежал в подвал, дабы скорее переделать фасольные дела, а затем уже со свободной душой пойти наверх к Джейку.
— Ух ёёё… — расстроенно протянул он при виде десятикилограммового мешка. — Да мне всю ночь ее перебирать! Я так не успею к Джейку! А что, если… — призадумался он, хитро прищурившись.
Мальчик взял мешок и поплелся с ним на второй этаж к другу, в надежде, что сможет не только поговорить с ним по душам, но и малыш как-то поможет в этом неблагодарном деле с сортировкой бобовых.
— Привет, Джейк, — прошел Том в комнату, с трудом волоча за собой мешок. — Поможешь?
Ребенок побросал свои игрушечные дела и поспешил к полиэтиленовой стене.
— Мне надо перебрать это, — указал мальчик на фасоль и приоткрыл мешок. — Может, сделаем это вместе, а заодно поболтаем?
Джейк одобрительно закивал. Том улыбнулся, зачерпнул пригоршню фасоли и положил ее в отсек для передачек. Малыш сгреб бобовые на пол и уселся рядом.
— Вот смотри — тут есть красные и белые фасолинки. Их надо разделить. Понял? — также сел на пол Том и начал показывать, что нужно делать.
Малыш из шара взял одну фасоль и внимательно на нее посмотрел. Затем перевел взгляд на друга, а сам медленно стал подносить бобовое зернышко к открытому рту.
— Стой! Что ты делаешь? Это нельзя кушать — она же сырая! — остановил его взмахом ладони Том, усмехнувшись над ребенком.
Джейк отбросил белую фосолинку, взял красную и также потянул себе в рот.
— Нет! Ну, Джейк! Хватит баловаться! — вновь замахал руками мальчик. — Давай раскладывай их на две кучки. Ты же понял, что делать.
Малыш Джилленхол подкатил бездонные синие глаза, но приступил к выполнению задания. Том одобрительно улыбнулся и тоже принялся сортировать фасоль.
— А ты знаешь, что такое семья? — спросил он через пару минут. — Нет? Хочешь расскажу? — посмотрел он на Джейка. Тот отрицательно помотал головой, а Том кивнул в ответ. — Семья — это когда есть мама и папа, а у них — дети. И все они любят друг друга. И им весело. У меня вот есть мама, и она, вроде как, моя семья… Хотя не знаю… Мне совсем не так это представляется… Мама говорит, что любит меня. Но мне кажется, что любовь совсем не такая, — вздохнул он. — Джейк! Ты опять за свое?
Малыш дернулся и поднял взгляд на брата. Хоть он и усердно перебирал фасоль, но, тем не менее, успел засунуть ее в нос, рассортировав бобовые по цветам в разные ноздри.
— Ну-ка, вынимай их, — строго сказал Том.
Джейк изо всех сил дунул носом, и фасолины со свистом вылетели из ноздрей.
— Молодец, — усмехнулся мальчик. — Так о чем это я… Ах, ну да… О маме. А у тебя же, получается, нет мамы? Хотя странно, у всех должна быть мама… Так есть или нет?
Джилленхол положительно закивал.
— И где же она? Почему ты тут один в этом шаре? — удивился Том.
Джейк указал пальцем на выход, пытаясь объяснить, что его мать покинула комнату через эту самую дверь. Но Тому было совсем невдомек, что его мамаша Мэрил и мать его друга из шара — это один и тот же человек. Как же так? Ты вроде сообразительный малый, а очевидного понять не можешь. Покумекай маленько, проведи параллели, сопоставь факты — и все сразу встанет на свои места!
— Твоя мама бросила тебя, да? Мне очень жаль… — продолжал бестолковиться Том, сочувствующе посмотрев на друга. — А я вот решил, что когда стану большим, то обязательно заведу большую семью. У меня будет жена и много детей, и я буду любить их, а они будут любить меня… А ты бы хотел семью, Джейк?