Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Ты куда, сучара, ёпта? — окликнул его Джесси.
— Сейчас, — поспешил успокоить его Джилленхол и бросился за братом. — Томми, что за хуйня? Куда ты собрался? — лаял он ему вслед, спотыкаясь об стыки ковров.
— Мы, сука-бля, должны забить эту обдроченную поляну раз и навсегда, чтобы ни один шмаровоз не смел ступить сюда своей петушиной ногой, — плел невообразимую чепуху Том, достав из кармана перочинный нож. — Раз вы этого не сделали раньше, значит сейчас сделает сержант, — пробуробил он и врезался лысым лбом прямиком в дерево.
Поднявшись с земли как ни в чем не бывало, он взмахом откинул лезвие ножика и принялся что-то вырезать на стволе.
— Томми, может хватит? — дергал его за рукав Джейк. — Поход походом, но мы же и по делам приехали сюда.
— Посвети, хуй что вижу, сука-бля, — высунув кончик язык, усердно шкрябал тот ножом по коре.
— Мы такого мета как у Пинкмана нигде вовек не найдем, а он еще по дружбе скидку сделает, — бормотал в полголоса Джилленхол, достав из кармана фонарик и направив луч света на древесный «холст» брата, который царапал там незнамо что.
— Да успеем, сука-бля, все перетереть, — не отрываясь от своих художеств, пренебрежительно подкатил глаза Том.
— Ну и покурить мы еще успеем! У нас весь уикэнд впереди, — сдул Джейк стружки и деревянные шалушки из-под ножа Харди.
— Зачем ждать, если можно не ждать, сука-бля? — развел Том руки в стороны, отступил на два шага назад и стал любоваться на свое творение. Убористым почерком на дереве красовалась надпись: «Навеки ваш сержант Том. 28 мая 2005». — Охуенно? — махнул он рукой на дерево, переведя взгляд на Джейка.
— Пиздато, — цокнул критик из шара. — Пойдем? — жестом пригласил он брата вернуться к костру.
Харди без лишних слов прыжком развернулся на сто восемьдесят градусов и походкой обдолбанного хуеплета двинулся к поляне, где их поджидал обескураженный Пинкман.
— Ну что, сука-бля, еще немного? — присел Том рядом с Джесси, приобняв его за плечи, и приставил к губам ладонь с оттопыренными большим пальцем и мизинцем.
Пинкман озадачено посмотрел на Джейка, как бы спрашивая, что же с его братом не так.
— Томми, прекращай немедленно! — придал строгости голосу Джилленхол, уперев руки в бока.
— Томми, прекращай немедленно! — покривил ебалом сержант, парадируя голос младенца. — Я не с тобой, сука-бля, разговариваю, пиздюк!
— Томми, ты в завязке, не забыл? — не унимался Джейк, затопав сланцами по ковру.
Харди лишь молча показал брату «фак» и продолжил ссать в уши Джесси.
— Короче, сучары, я предлагаю вам небольшую пробную партию, можно сказать за бесценок, — решил незатейливо перевести тему Пинкман. — Подсадите торчков на мой мет в два счета, и потом целая очередь наркот выстроиться к вам за дозой. Товар у вас в Сиэтле будет эксклюзивный, так что цену будете гнуть, как вздумается, ёпта, — воодушевленно стал выкладывать он свой бизнес-план.
— Слышь, петушня! — тряхнул его за плечи Том, уставившись на Джесси обдолбанным до неузнаваемости взглядом. — Что ты мне тут впариваешь свою хуйню обдроченную? Сержант и сам знает, как, кому и что продавать! Ты мне, сука-бля, дунуть дай!
Джесси уже потянулся в карман за метамфетамином, лишь бы Том от него отстал, но Джилленхол остановил его взмахом руки.
— Нет! Не давай ему больше! Все это плохо кончится, Томми! — выставил он указательный палец на брата. — Вспомни, к чему все привело в прошлый раз, когда ты не мог остановиться, — провел он ребром ладони по шее.
— Ебало, сука-бля, завали! — рявкнул Харди, пнув в сторону Джейка тлеющую палку из костра. — Ну же, не жлобись, шмара шапочная! — потрепал он Пинкмана по голове, протягивая вторую ладонь за дозой.
Растерянный Джесси метал взгляд с друга на его брата, не зная, как поступить. С одной стороны, мета было больше чем достаточно, чтобы безвозмездно делиться им с корешами, но с другой стороны Джилленхол явно неприкрыто и крича намекал на то, что Том склонен к злоупотреблению и не отдает отчета своим действиям.
— Нет! — недолго пораскинув мозгами, заявил Пинкман, задрав нос к ночному небу.
 
— Ах, сука-бля, так? — зарычал полоумный сержант и начал остервенело рыскать по карманам. — Показать, что с тобой будет, шмара, если не дашь мне мет? М? Показать? — извлек он из дубленки заготовку куклы и пару фломастеров.
— Чего, ёпта? — превратился в сову-рэпера Джесси, не уловив посыла Харди.
Тот же уселся перед костром, вывалил на землю все содержимое карманов, взял куклу Кена в одну руку и принялся мастерить нечто. Он то и дело кромсал ножом какие-то тряпочки, раскатывал пальцами кусочки пластилина, рвал траву и листья с кустов и приклеивал их к пластиковым частям тела. Так прошел час, по истечение которого Том подскочил с места, будто принц Гарри.
— Мало того, сука-бля, что ты, шапка ебаная, подсадил меня снова на наркоту, — заорал он голосом умственно неполноценной совы, вскинув вверх руку, в которой была зажата весьма шутоломная на вид кукла в огромной квадратной шапке, широких штанах из листвы и пластилина и миниатюрным лицом, подрисованным поверх оригинального.
— Это я, ёпта, тебя подсадил? — охуел Пинкман, ткнув себя пальцем в грудь и с интересом рассматривая кукольную пародию на себя. — Сучара, да ты чё, ёпта?
— А кто, сука-бля? Я? — верещал Том неистово трепля куклу-Джесси за шапку. — Томми, на — покури! Томми, это такой пиздатый мет! Томми, ты не пожалеешь! Ты не простишь себе, если не попробуешь! Томми, ты не знаешь, от чего отказываешься! — запищал Харди, пародируя Пинкмана и его манеру речи. — Не ты ли, пидор, мне это говорил? Я же отказывался! Но нет! Ты хуй унимался, сука-бля! И знал же, что сержант в завязке!
— Что за пиздеж, сучара? — мягко хлопнул по шапке Джесси и, хоть и сам был наркоманом на опыте, охуел от пронаркоманенности мозгов Тома.
— Ну, пиздеж, не пиздеж, а именно так все и было, — развел руками Харди, состроив свой фирменный еблет.
— Томми, прекращай… — без особой надежды в голосе простонал Джилленхол, ведь четко понимал, что в таком состоянии брата не остановить.
— Так теперь, сука-бля, после того, как ты, хуеплет, подсадил сержанта, еще и не даешь ему очередную дозу? — продолжил вопли Харди, затопав берцами по ковру. — Это ли норма, сука-бля, для драгдилера? И как ты хочешь, чтобы сержант имел с тобой дела? А что если я подсажу на твой ебаный мет весь Сиэтл, а ты, шмара, возьмешь и кинешь, не продашь очередную партию? М? Что сержант должен будет сказать своим парням? Несчастным торчкам, грезящих об очередной дозе петушары Пинкмана? А? Что, сука-бля? — плел он несусветно глупые бредни.
— Джесси, не обращай на Томми внимания, он у нас «даун», — закрыл свои космос-глаза Джейк, испытывая нехилый такой испанский стыд за брата.
— Так вот, сука-бля! Если ты, педрила шапочная, сейчас же не дашь сержанту покурить, то вот что с тобой будет! — проорал Том и, подсунув Пинкману под нос куклу, начал бить ее фломастером, оставляя следы побоев на пластиковом теле.
— Все, Томми, хватит! — вскипел конферансье из шара, оканчивая этот спектакль. — Это уже слишком! Ты ведешь себя как конченный долбоеб! Прекращай немедленно, или я…
— Или ты что? Поставишь меня в, сука-бля, угол? — покривил лицом сержант Том, продолжая гуашевые избиения кисточкой, которая сменила в его руке фломастер.
— А не то… А не то… — замямлил Джилленхол, но решение пришло быстрее, чем он успел его озвучить. Джейк выхватил куклу Пинкмана и со всего маху зашвырнул в темноту в сторону пруда. Послышалось красноречивое и безысходное «бульк».
Харди лишь хлопал глазами и ртом словно глупая рыбная сова.
— Это я тоже конфискую! До тех пор, пока ты не научишься вести себя в обществе! — строго воскликнул педагог из шара, выдернул из кармана Тома фломастеры и зашагал в сторону водоема, скрывшись в темноте. Через пару минут он вернулся к костру, отряхивая ладони и кожаный нос от мокрого песка.
— Ебать ты, сука-бля, шмаровоз! — растеряно выдавил сержант, когда Джейк усилием ладони, положенный на его плечо, заставил его сесть.