Навь. Книга 5 (СИ)

…Я бродил по свалке, задыхаясь от вони, пробивающейся через респиратор, как будто его и не было на лице. А где прикажете мне раздобыть материалы для самодельной хаттабки, которой я собирался угостить Ортегу? В магазине? Не смешите мои тапочки, они и так дырявые. Это только доморощенные террористы из общества защиты насекомых или феминистических сисек так делают. Нет, только хардкор, из мусора для грязного мусора. Тем более в эпоху полипропилена попробуй найди в магазинах нужные тебе металлические трубы, максимум будут какие-нибудь дизайнерские из «экологически чистой меди» или еще с какими закидонами. А они мне не нужны, мне нужна древняя, во всех смыслах убойная сантехника из чугуния. Можно конечно и проще, но я хотел, чтобы с гарантией, тем более за время служебных командировок я насмотрелся на эти результаты рукоблудия очумелых ручек бывших водопроводчиков.
Так что после пары часов шатания по помойке, кроме приобретения стойкого отвращения к еде в ближайшее время и испачканных об одного очумевшего бомжа резиновых перчаток, я все-таки нашел подходящую мне трубу — похоже привет аж из начала прошлого века, и пару заглушек. Трубу с шутками и прибаутками на тему кровных родственников пришлось пилить на месте купленной в «Воллмарте» ножовкой, потому что два метра грязной ржавой дуры могут вызвать вопросы, тем более, что обрезки такой длины были мне и нафиг не нужны.
Далее я поехал подальше на окраину, на природу, где и занялся рукоделием. Аккумуляторная дрель, клуппы — и через час с небольшим секса с металлом, у меня уже была готова пока пустая хаттабка. Был соблазн начинить ее семтексом из тайника, тем более чешская взрывчатка, не пластид и не С4, ей пользуется весь мир, а этот вариант без химических маркеров и без привязки— но я отбросил эту идею. Ничего не должно указывать на профессионала. Пусть будет творчество огородника из магазина «Все для садовода», к которому склонны все этнические банды. И ни к чему не пристебаться — я выбираю маленькие занюханные магазинчики, а то, что мне надо, продается то там, то сям в небольших количествах. Это если бы я брал мешок или больше, то могли и стукнуть в МВБ или ФБР, обыватель стал пугливый до предела.
Единственной фирменной вещью был детонатор — ну тут тоже концов не найти, я даже не знал, где он выпущен, маркировка была на нем незнакомая.
Теперь оставалось найти самого Ортегу. Ох, и тяжкая эта работа, выслеживать специалиста, имеющего навыки наблюдения и контрнаблюдения! Пару дней я пас хаотически перемещающегося по городу сержанта, но так и не нашел в его поездках системы. Времени следить за ним и вычислять его перемещения у меня не было, тем более пару раз он чуть меня не засек. Оставалось только рискнуть.
Я дождался, пока Ортега отъедет от полицейского участка на достаточное расстояние — не хватало еще роющих носом копов в поисках террориста, взорвавшего околоток, да и другие могли пострадать. Будем урабатывать клиента на ходу, а для этого я только что угнал мотоцикл. Пристроившись за машиной Ортеги, дождался, пока он не остановится на светофоре и рядом не будет других машин, мне побочки не нужны. Как только машина Ортеги остановилась, я газанул, подлетев к дверце, и бросил сверток ему на крышу, как раз над водительским сиденьем. Кто сказал, что омагничиватель для воды для упоротых садомазоводов не прилипает насмерть к крыше, да и к любому другому железу? Еще как прилипает, не оторвешь. Я нагло проехал на запрещающий сигнал светофора, и нажал на кнопку мобильника, примотанного скотчем к рулю. Эх, хорошо жахнуло! Меня догнала тугая волна взрыва, которую я почувствовал всем телом, а грохот больно дал по ушам. Я видел в зеркало заднего обзора, как на месте машины Ортеги возник огненный шар, а затем облако дыма. А потом, сверху пролился стеклянный дождь из выбитых ударной волной стекол.
Дальше пойдет суматоха, всем некоторое время будет не до меня. А теперь быстрей, по газам, в один из криминальных районов неподалеку. Там железного коня с ключами в замке угонят быстрее, чем скажешь «мама». А через пару часов от него и винтика не останется, на запчасти разберут. Все, один вопрос я решил, время заняться следующими.
   
Глава 11
 
…Горячий южный ветер мел по импровизированной рулежке грунтового аэродрома красную земляную пыль.
— Вылезайте, сеньор! — усатый мексиканец открыл грязную дверь видавшего виды фордовского грузовичка.
Паркер вылез из машины, морщась от полуденного солнца, которое нестерпимо светило даже сквозь темные солнечные очки.
— Это здесь?
— Да, сеньор!
Паркер сунул ему ранее отсчитанную пачку бумажек с зеленой спинкой, и повернулся к самолету. Видавшая виды «Сессна», такой же степени ушатанности, как и грузовичок, на котором они сюда приехали, стояла с выключенным мотором. Обычный аэромул, на котором картели время от времени возят свой товар через границу туда и обратно, маленький, почти незаметный для радаров, способный лететь медленно и невысоко.
Сзади раздался рев мотора. Паркер обернулся. Старый пикап, выпустив струю дыма, рванул так, как будто за ним гнались черти, поднимая за собой пыльную завесу. Да и черт с ним, обратного пути все равно уже нет.
Паркер рванул из ЭлЭй налегке, взяв с собой только кейс, набитый самым необходимым для обустройства в новой жизни. Из всех вариантов отхода он выбрал шапочных знакомых из наркомафии, с которыми его свели нужные люди, те через «Кокейн Эйр», как они скалясь называли себя, занимались перевозками туда-обратно. В САСШ шел естественно высококачественный кокс, иногда оружие, и очень редко люди, а обратно — наличка и тоже люди, тоже редко и только когда самолеты были недогружены или этого требовал бизнес. Ну если учесть, сколько Паркер заплатил за эвакуацию по этому каналу, можно было сказать, что он сам по весу из золота. А если еще учесть, что две недели он отсиживался в такой грязной дыре, ожидая самолета, который унесет его отсда подальше… Моральный ущерб был сопоставим с материальным.
Когда прижало и на свет божий выплыли дела, которые он когда-то творил, Паркер решил сменить место обитания на более полезное для здоровья, чем федеральная тюрьма. Ничего, на свете много еще мест, где можно счастливо жить до старости и на сумму, меньшую чем на его счетах. Конечно на собственный остров в океане и огромную виллу на нем не хватит, но на приличное бунгало, длинноногих девушек и коктейли — с избытком. Море, солнце, пляжи… Только выбраться отсюда и потом уже из Мексики туда, где нет экстрадиции. Паркер аж зажмурился на мгновение, чтобы сменить этот депрессивный вид голой пустыни на будущий рай. И никаких больше компьютеров! Он заработал себе право на достойный отдых. Ну а если надоест заниматься этим — всегда можно организовать что-то свое, более подходящее по месту и для души. И когда-нибудь разобраться с корпорацией «Воронтсофф». Жаль, что мистер Тьюринг подох, а то бы он с удовольствием с ним рассчитался… может быть.
Паркер подошел к самолету, взялся за ручку двери…
— Эй, открывайте! — крикнул он пилоту в темных очках в пол-лица и крепко натянутой бейсболке. Тот потянулся к двери, Паркер взялся за ручку, и… полетел в пыль, сбитый наземь дверцей.
— Ку-ку, — вылезший из кабины пилот, посмотрев, как Паркер на локтях пытается подняться из пыли, снял очки, насмешливо посмотрев на него.
— Ты? — у Паркера от изумления глаза полезли на лоб.
— Ага, — безмятежно ответил мистер Тьюринг, он же Алек Монкур. — Привет с того света!
Последнее, что Паркер увидел перед тем как впасть в беспамятство, был каблук сапога, летящий ему точно в лоб.
 
Паркера я решил брать на этапе его эвакуации — как же, жертва расслабилась, все почти закончилось. Воронцовы меня снабдили подробной информацией, и дальше я разыграл сценку как по нотам. Самолет приземлился, оттуда выгрузили товар и уехали, а дальше был мой выход. Пилоты, ожидавшие обратный груз, теперь покоились неподалеку — мы же заботимся о дикой природе, койотов тоже нужно подкармливать. Ну соответственно и Паркер останется тут.