Прерафаэлиты. Революция в викторианском искусстве

 Эмма Сэндис. Женщина в зеленом платье. 1870 
 Симеон Соломон. Женщина с японским веером. 1865 
 Ребекка Соломон. Раненый голубь. 1866 
 Россетти. Дама с японским веером на кушетке. 1870 
 Уильям Бёрджес. Летняя комната для курения в замке Кардифф. 1860-е 
 Уильям Бёрджес. Интерьер замка Кардиф. 1860-е 
 Уильям Бёрджес. Спальня в Тауэр-хаусе. 1875–1881 
Соединение, казалось бы, несоединимых культурных кодов предопределило появление на свет Эстетического движения. Эстетизм как целостное направление в изобразительном искусстве XIX столетия принято связывать прежде всего с британской художественной традицией. Действительно, теория и практика эстетизма сформировались именно в Англии. Впоследствии его принципы распространились по всей Европе и легли в основу искусства модерна. Что же касается революционных идей эстетов, которые позволили переосмыслить не только формы искусства, но и сам характер отношений между художником и зрителем, то свое основное развитие они получили уже в XX столетии.
  
Музы и заказчики прерафаэлитов
 
Принципы эстетизма были сформулированы художниками, недовольными салонным искусством. В самой Британии деятельность эстетов была воспринята прежде всего как выступление против основ викторианской живописи. Начиная со второй половины 1860-х годов в европейском культурном обществе росло стремление к обновлению, и подобные противоречия сторонниками традиционного и нового искусства возникли практически во всех европейских художественных центрах. В разных странах сторонники реформ решали назревшие вопросы по-разному. В Германии важные изменения произошли в мюнхенской Академии художеств: ее представители отказались от традиции строгого штудирования образцов и доскональной детализации, перейдя к более смелым и драматичным живописным решениям. Во Франции новые тенденции воплотились в творчестве импрессионистов. Здесь возник принципиально новый подход к задачам живописи и воплощению образов – импрессионисты стремились к максимально яркому переживанию каждого момента бытия, отражая его на холсте в сиюминутной ясности.
 
Британская традиция была устроена иначе. С конца XVIII столетия британская художественная школа была тесно связана с театральной жизнью, она формировалась в тесном взаимодействии с литературными источниками и сценическими образами. Достаточно вспомнить, какую большую роль играли в английской живописи «книжные» и театральные сюжеты. Подобная умозрительность, тяготение к поиску внутренних смыслов и интерес к содержанию произведения, основанные на театральном и литературном опыте – то есть, описательность долгое время определяла саму сущность британской школы. Пути островного и континентального искусства разошлись. В то время как на континенте прогрессивные художники стремились максимально выразить замысел через манеру исполнения и тем самым достичь образного единства, в Англии все чаще вспоминали Уильяма Блейка – великого мистификатора и автора загадочных многосмысловых композиций.
Записная книга Уильяма Блейка, также известная как «Манускрипт Россетти» («Рукопись Россетти»), так как именно Данте Габриэль Россетти заново открыл творчество Блейка для читающей публики, содержала в себе стихи и зарисовки. В стихотворениях среди сложных аллегорий прятались размышления о сотворении миров и существ величайшим художником – Создателем:
 
 
Тигр, о тигр, светло горящий
 
В глубине полночной чащи,
 
Кем задуман огневой
 
Соразмерный образ твой?
 
В небесах или глубинах
 
Тлел огонь очей звериных?
 
Где таился он века?
 
Чья нашла его рука?
 
Что за мастер, полный силы,
 
Свил твои тугие жилы
 
И почувствовал меж рук
 
Сердца первый тяжкий звук?
 
Что за горн пред ним пылал?
 
Что за млат тебя ковал?
 
Кто впервые сжал клещами
 
 
 Уильям Блейк. Ньютон. 1795–1805 
 
 
Гневный мозг, метавший пламя?
 
А когда весь купол звездный
 
Оросился влагой слезной —
 
Улыбнулся ль наконец
 
Делу рук своих творец?
 
Неужели та же сила,
 
Та же мощная ладонь
 
И ягненка сотворила,
 
И тебя, ночной огонь?
 
Тигр, о тигр, светло горящий
 
В глубине полночной чащи!
 
Чьей бессмертною рукой
 
Создан грозный образ твой?
 
 
 (Перевод С. Маршака) 
 
 Уильям Блейк. Адам, дающий имена зверям. 1810 
Высокие замыслы, тем не менее, соседствовали с коммерческой деятельностью британских художников. У британской школы имелась своя специфика – здесь не было цеховой организации художественной жизни. В ней рано сложилась традиция прямых отношений между художником и заказчиком, в которой заказчик обычно руководствовался своим собственным разумением, пытаясь влиять на художника.
Прерафаэлиты выделялись тем, что не пытались во всем потакать заказчику, далеко не всегда наделенному тонким вкусом и достаточно образованному, чтобы принять сложные философские и творческие идеи.
Смысловое наполнение, до сих пор игравшее столь значительную роль в искусстве, было чуждо и непонятно новым покровителям – и это «недопонимание» побудило эстетов не только предлагать новаторские решения в области формы и стиля, но провозгласить независимость и приоритет «красоты». Представители Эстетического движения делали всё, чтобы расширить роль искусства, выведя его за рамки морали, политики и религии. Кроме того, личная жизнь и творческая деятельность самих художников стала открытой и публичной, нередко попадая на страницы прессы и становясь предметом судебных разбирательств.
Такие художественные жесты, как провокация и эпатаж, были совершенно новыми понятиями в искусстве того времени, хотя впоследствии они прочно вошли в словарь художника XX столетия. Однако викторианская эпоха еще только приступала к познанию основ эпатажа. Никто еще не видел способа достичь успеха в том, чтобы создать вокруг своего имени шумиху, оказавшись в центре светских сплетен. Тем не менее начало этому было положено: идеи романтизма предлагали человеку быть нонконформистом, делать выбор сердцем, а не умом, не бояться скандалов и конфликта с обществом.