Порочная ночь с миллиардером (СИ)

  
Глава 14.1
 
Александр
Слова отца бьют по голове и разносятся по телу ядом.
Сердце едва колотится. В меня словно серной кислотой плеснули щедро.
Отец рад произведенным эффектом, говорит мне о банкете, на котором его жена — моя мама — загуляла с кем-то из его партнеров.
Я пытаюсь остановить этот поток грязи, но он щедро льется в мои уши и пачкает все мои представления о семье, о родных, о доме, в котором я рос.
Барахтаюсь в этом болоте, не веря. Неужели это правда?!
Неужели это истина?
Отец рад произведенным эффектом и продолжает давить словами. Я вспоминаю, что у него всегда хорошо получалось запудрить мозги.
Заставляю себя встряхнуться.
Нужно решить проблему.
Не позволить ему разрушить самое ценное.
Он уже сделал достаточно!
Не хватало, чтобы еще и грязью меня при подчиненных поливал.
— Довольно! Кляп ему в рот. Надоело слушать эту ложь.
— Это не ло-о-о-о…
Заткнулся. Только глазами вращает.
Через минуту его усадили в черный внедорожник и увезли по адресу, который я назвал.
Отец он мне или не отец?
Я вытряхиваю из пачки еще две сигареты.
Ох, блять, сегодня я точно обкурюсь…
Врет или говорит правду?
Может быть, врет? Ведь мамы рядом нет. Никто не ответит…
Но вдруг говорит правду?
Становится тошно…
Я даже представить себе не могу, что она могла ему изменить. Ведь любила этого подлеца и терпела все его выходки! Но что, если у него были основания так поступать?! Что, если он считал себя вправе топтаться по чувствам и изменять в ответ…
Отпустить не захотел, держал при себе, травился ядом, глядя на меня.
Если так, то это многое объясняет.
Вдруг это и есть правда?!
Голова кругом.
Мысли в клочья. Чувства в раздрай…
Понимаю, что в одиночку такого не выдержку.
Мне нужна Марика. Как глоток прохладной воды, как вдох полными легкими. С ней стало бы яснее, она умела меня остужать!
Но Марика в положении. Рожать скоро. Я не вправе ее дергать по пустякам…
Поэтому к ней не поеду. Тем более, таким, думаю, поймав свое отражение в зеркале.
Уставший. Злой. Небритый. Лицо посерело…
Позвонить?
Да, хотя бы это! Услышу ее голос, сразу полегчает!
Набираю ее номер и замираю на каждом гудке.
— Алекс?
Черт, сердце подпрыгивает. Пульс зашкаливает от одного звука ее голоса.
— Да, это я, — отвечаю охрипшим голосом.
— Ты прилетел?
— Да. Я прилетел… — врать не хватило сил. — Еще вчера.
— Ого! И ничего не сказал! — укоряет.
— Прости. На то есть свои причины.
— Алекс, в чем дело? У тебя проблемы? Я могу помочь? — спрашивает она.
— Хм… Решать проблемы — это мужская забота. Разве не так? Тем более, ты мне ничем не поможешь.
— Может быть, мне тогда и мешать тебе не стоит? — говорит чуть-чуть обиженно. — Только отвлекаю от важных дел!
— Постой! Не бросай трубку! Я хочу слышать твой голос.
— А я хочу тебя… Увидеть!
— И не только увидеть, надеюсь? Как насчет того, чтобы впустить меня? Глубоко-глубоко. Хочу полный доступ в твои трусики.
— Алекс, мне совсем-совсем скоро рожать, так что не надейся на скачки. Боюсь тебя раздавить.
— Не преувеличивай. Ты меня не раздавишь. Но я могу уложить тебя на бочок, обнять и войти сзади. Буду трахать тебя сладко, с оттяжкой, а ты позволишь играть мне с твоей грудью…
— Так почему ты за мной не приедешь? — спрашивает, дыша часто. — Нельзя говорить такие вещи беременной, влюбленной по уши жене и оставлять ее неудовлетворенной.
— А ты одна в комнате?
— Конечно. Стала бы я говорить с тобой так открыто при посторонних! — возмущается.
— Хорошо…
Выбросив сигарету, запираюсь в машине.
— Я тоже. Закрой дверь, ляг на кровать и спусти трусики.
— Алекс!
— Хочу, чтобы ты ласкала себя. Для меня. Хочу услышать, как ты стонешь… И обещаю, что вскоре заставлю тебя стонать по-настоящему. А пока…
Быстро расстегнув брюки, приспуская трусы. Член пружинит в ладонь. Пальцы мгновенно перехватывают ствол под головкой. Начинаю двигать вверх и вниз.
— Ты уже? — спрашивает Марика, затаив дыхание.
 
— Да. А ты? Ласкаешь себя?
— Еще нет. Я такая неповоротливая, — вздыхает. — Мне стоит больших трудов лечь поудобнее.
— Поскорее, — прошу требовательно.
Я по жене соскучился.
Даже когда она не говорит ничего сексуального, меня уносит. Член становится еще тверже. Таким твердым прежде я никогда не был. Фантазирую о том, как Марика лежит…
Мне не хватает подробностей, но я твердо уверен, что ее трусики — насквозь мокрые.
— Какое на тебе сегодня белье?
  
Глава 14.2
 
Александр
Черт побери, я не представляю, как люди раньше жили без телефона.
В моей руке не просто кусок бездушного пластика, но роскошная возможность стать ближе к желанной женщине, уничтожить расстояние, стереть границы.
Осуществить желания.
Не все, разумеется.
В отношении Марики у меня слишком много желаний.
Взрослые, порочные, откровенные.
Я не устану наслаждаться ею снова и снова.
— Марика, ты так и не ответила мне!
— Про белье?
— Да. Я хочу знать, как ты одеваешься в мое отсутствие!
— На мне розовое белье.
— Подробности!
— Бюст на тонких лямках. С бантиками. Кружевной верх…
— Кружевной?
— Да.
— Значит, твои сосочки видны. Они уже стоят торчком?
— Алекс! — возмущается.
— Может быть, сделаешь мне фото?
Поглаживаю пальцами член неторопливо. Но едва сдерживаюсь, чтобы не ускориться.
Перед взглядом все плывет. В мыслях приятная пустота.
Только фантазии разносятся по кровотоку, приливая к концу члена.
Пульсируя.
— Сделай фото!
— Ты хотел получить только разговор. Теперь требуешь фото.
— Все так. Требую! Немедленно!
— Хорошо.
— Не отключайся. Я слышу, как ты дышишь. Меня это подстегивает…
— Извращенец! — выдыхает Марика.
Якобы строго. Но уверен, ей это нравится.
Через несколько секунд на мессенджер прилетает фото.
— Млять…
Разглядываю фото груди Марики. Она стала такая сочная, крупная, твердая…
Набухшие соски натянули кружево лифчика.
— Какой кайф! — присвистываю. — Хочу трахнуть твою грудь, — смакую фантазию.
— Ах!
— Да-а-а-а… Воткну член между твоих роскошных грудей, сдавлю и трахну!
— Ты ужасен! Я краснею от твоих фантазий.
— Надеюсь, не только краснеешь, но и намокла. Ты трогаешь себя? Погладь через трусики.
— Уже дотронулась… — признается, простонав едва слышно.
Тихо. Сладко. Запуская ток по моим венам.
— Еще… Какие на тебе трусики?
— С прозрачными вставками по бокам. Высокие трусики, попа была полностью прикрыта.
— Черт! — двигаю пальцами быстрее.
Мне нравится, когда на Марике именно такие — оставляющие кокетливые просветы и в то же время позволяющие фантазировать о том, как выглядит ее тело под одеждой.
Я его знаю по миллиметру, множество раз целовал, ласкал, мял. Трахал и нежно, и грубовато, одержимо член вгонял со скоростью автоматического поршня, но…
Не насытился.
Ощущение, что только немного распробовал, а хочет еще и еще!
Больше. Глубже. Быстрее!
— Ты течешь?
— Алекс…
— Да или нет?!
— Да, — говорит с паузой. — Даа-а-а-а…
— Черт. Я хочу увидеть.
— Что-что? Я не стану это записывать на видео!
— Отправь мне фото, — прошу, сбавляя темп.
Иначе кончу прежде, чем получу фото.
— Что? Еще одно фото? Ты его уже получал!
— То было фото груди. Теперь я хочу фото твоей… — ухмыляюсь. — Киски.
— Терпеть не могу, когда ты так говоришь!
— Кис-кис-киски…
Дурачусь. Кайфую в разгооворе с любимой.
— Теперь точно не получишь!
— Но ты мокрая.
— Ужасно, — стонет. — Мокрая для тебя.