Живые и мёртвые. Часть I (СИ)

Как же мы тогда ржали! Но хоть немного повеселились, ибо следующего случая, боюсь, ждать придётся долго.
— Хотя знаешь, друг мой, — задумчиво осматриваю я раскопанную землю, — похоже, батончик останется у меня.
— Вот же… — отбросил Лэнс лопату. — Мужики! — прикрикнул он. — Клад нашёл!
Первым из разграбленной палатки выскочил Диего, сжимающий пачку таблеток в руках. Осознав случившееся, тут же восторженно улыбнулся.
— Эйден, да у тебя чутьё на тайники! — Передав мне целую стопку всевозможных лекарств, которые я быстро прибрал в сумку, Росалес смахнул землю с чемодана и под завывания миссис Веллсон открыл его, обнаружив целые ряды вяленого мяса долгого хранения, копчёных колбас, консервов и банок.
— Почему это ты сразу подумал про Эйда? — вздохнул Чапман. — Может, это я сам отыскал?
— А ты сам отыскал? — хихикнул наш предводитель.
На это Лэнс лишь почесал затылок.
— Что тут происходит?! — О, а вот и хозяин объявился.
— Билли! — приподнялся Диего, — мы так долго тебя ждали, что твоя любезная жёнушка предложила отведать её стряпни. Составишь компанию?
— Ублюдок! Я доложу военным! Полковнику Фостеру!.. — аж задрожал он от злости.
— Будто ему есть до нас хоть какое-то дело, — отмахнулся метис. — Хотя знаешь, если расскажешь, насколько ты важная шишка — то, может, мы и передумаем. Ну-ка, Билли, поведай, почему нам стоит всё вернуть и извиниться?
Не люблю такую манеру поведения, но Росалес вообще достаточно странный человек. Противоречивый. То есть ему нравится издеваться над людьми — как, например, сейчас, с этой семейкой. Но при этом он многим помогает. Почти всей нашей группе, например. Той же Дженни Грин, которая ездит на инвалидном кресле и без его помощи, скорее всего, попросту не дожила бы до сегодняшнего дня. Это потом мы перехватили ответственность, ибо Наоми просто не смогла пройти мимо, а вот изначально вся история закрутилась лишь благодаря Диего. Или взять ту же сестру идиота Томаса, ради которой Росалес смог отыскать среди новоприбывших дантиста и уговорить его присоединиться к нашей группе, организовав нечто вроде его собственной приёмной.
Вообще все, кто присоединился к мексиканцу, пока что ни в чём не нуждаются. У нас постоянная слежка за окрестностями, контроль собственной территории, договорённости с Хэнком и всегда приличный объём еды и воды. Последней даже хватает на «душ» и стирку!
Лично мне кажется, что Диего был кем-то из верхушки банды, достаточно умный и хитрый, чтобы научиться управлять людьми, видеть потенциал и применять жёсткие решения. Может, торговал наркотой, может, ещё чем-то, ибо опыт откуда-то должен был взяться. А татуировка слезы под глазом и характерное поведение говорит о том, что он уже бывал за решёткой. Возможно, даже неоднократно.
Плюсом к этой теории идёт и поведение татуированного Рональда Кэмблтона, который, несмотря на то, что старше, без всяких проблем подчинялся приказам мексиканца. А Рон точно сидел, сам об этом рассказывал и не делал тайны…
И тем не менее, несмотря ни на что, на текущий момент такой человек, как Диего Росалес, к моему бесконечному удивлению, показал себя как достаточно грамотный управленец.
При этом мы действуем как рейдеры, захватывая чужое, чтобы обеспечить себя. Как сказал Майкл — поступаем, словно армия США. Крейг на это долго смеялся, но… так и есть. Пока наши «внешние войска», представляющие собой настоящих военных, сражаются на улицах — в нашем «Убежище» царит жёсткая кастовая система. Есть «город богов» — клиника, куда никому из черни, то есть нас, доступа нет и где просиживают врачи с военными. И есть условная «выгребная яма» — наш палаточный лагерь, на который плевать бы все они хотели. Здесь уже сформировались свои законы, свои лидеры, своя жизнь… Странно, что до сих пор не было убийств. Но уверен — до этого тоже дойдёт. Случаи воровства, избиений, грабежей, насилия и всего остального уже имеют место.
Люди умудряются превратить каждый участок земли, на котором заселяются, в подобие какого-то феодального строя. Сильные гнобят слабых и на этом возвышаются ещё больше. Словно здоровые, могучие страны, которые выкачивают ресурсы из маленьких и неразвитых; словно хулиганы, которые отжимают в школе мелочь у ботаников. Вот и мы сейчас занимаемся чем-то похожим. Забираем чужое, чтобы жить самим.
 
В чём-то откровенно поганая система, но какой мир — такая и система. Если бы военные лучше заботились о выживших, если бы людям вдоволь давали еды и воды, запустили в госпиталь… Хах, они всё равно продолжали бы вести себя так же! Оставаться недовольными!
Ну да не суть. Человечество не изменить. А я уже говорил, что предпочту накормить свою девушку и поесть самому, чем отдавать последний кусок незнакомым людям? Они мне никто — а раз так, то почему я должен их жалеть? В мире апокалипсиса выживет сильнейший, а остальные погибнут. И я должен изо всех сил, зубами, хвататься за возможность выжить. Отнимать у других и обеспечивать самого себя и моих ребят.
Пока что эта система работает. Нравится или не нравится — это уже вопрос десятый. Благодаря решению присоединиться к Диего мои люди живы, сыты и чисты. Большего, в текущих условиях, требовать было бы кощунством.
Но даже так я бы всё равно надолго здесь не остался. Однако, как уже упоминалось ранее, Росалес полностью разделял мой план, чтобы покинуть сие чудесное место. Благодаря Веллсонам, кажется, у нас будет пища на первое время. Значит, план уже на стадии исполнения, осталось немного…
Билл получил удар в живот, растянувшись на земле и выворачивая на неё содержимое собственного желудка.
— Здесь мы закончили, — сплюнул на него Диего. — Сваливаем.
Молча кивнув, направляюсь следом. Ещё один день новой счастливой жизни близится к завершению.
  
Глава 6
 
Открываю глаза и не могу понять почему. Что-то разбудило меня среди ночи, но сонный мозг никак не может уловить причину. Рядом заворочалась Наоми, плотнее прижимаясь ко мне своими аппетитными формами. Жаль, что сегодня она была в маечке. Обычно, когда мы спим вместе, делаем это без одежды, но в текущих условиях это было неприемлемо. Да и Дженни…
Хех, при чём тут Грин? Всё просто. Палатки выдают на четверых. В моей группе десять человек, так что нам выдали три штуки. Был выбор: либо в двух будут спать по трое, либо в одной по двое. Конечно же я, на правах лидера, забрал себе возможность спать лишь вдвоём. А потом мы объединились с Диего, и Наоми стала слишком сильно опекать одну школьницу.
Нет, мне и самому было её жаль: всё-таки даже в обычное время жить с неизлечимой болезнью — то ещё удовольствие, а уж в текущих реалиях проще пустить себе пулю в голову. Но… девчушка не сдавалась.
Когда Наоми узнала, что Дженни живёт в тесной палатке на четверых, попросила меня потесниться. Не то чтобы у нас было много места… Ладно, так или иначе, надолго в лагере я не планировал оставаться, а потому пошёл своей девушке навстречу. Почему нет? Да и Грин сказала, что готова, когда надо, нас покинуть. А ходить она в принципе могла, просто недолго и с ощутимым дискомфортом. В общем, уединяться нас возможности не лишали, а потому я проявил собственную доброту, чуткость и порядочность, которой всегда был известен, хе-хе.
Шум! Вот что разбудило меня! Чуткий слух, который обострился в экстренной ситуации, как бывало ещё в моей прошлой жизни! Он различил далёкие, слабые на таком расстоянии крики и необычную возню. Это за забором или?..
Быстро поднимаюсь, решая пока не будить своих спутниц, вместо этого покидаю палатку и натыкаюсь на спящего, сука, часового!
Злобно подскочив, мощно пинаю его прямо в живот, на что Джейкоб аж перевернулся, упав на землю и пытаясь вдохнуть.
— Вот как мы дежурим, ублюдок?! — Ладони сжались в кулаки, на меня накатил прилив адреналина, отчего подхватываю немаленького парня и на вытянутых руках ударяю его спиной о ствол рядом растущего дерева, повторно выбивая дух. — И какого хера тут происходит?! Не слышишь? Не видишь?