Мой Щенок (СИ)
— Нет-нет, — погрозила она пальчиком, опускаясь на надгробную плиту, — не так быстро. Мы ведь даже еще не знакомы. Я — Маргарита. А как зовут тебя?
То, как быстро двигалась вампирша, как легко она задурманивала мне мозг, заставляло усомниться в ее возрасте. Информация по заказу была не вполне верна. Я вновь предприняла попытку ударить, но снова неудачно. Рассмеявшись, Маргарита молниеносно переместилась вправо, где присела на надгробный камень, закинув ногу на ногу. Неловко задравшаяся юбка открывала белый шелк кожи, невольно привлекая внимание. Ноги у вампирши были длинные, стройные и красивые. Маргарита проследила за моим взглядом и улыбнулась мне:
— Нравится? Если хочешь, мы можем познакомиться поближе.
Юбка сама собой поползла выше, притягивая взгляд к острым коленкам. Я мотнула головой, стряхивая вязкие нити чужого сознания, и решила сменить полуторный меч на пару «единичек», до того отдыхавших в ножнах на моей спине. Похоже, эту тварь придется обманывать. Но, едва я потянула клинки из ножен, как вампирша вновь исчезла. Спустя мгновение я ощутила ледяное прикосновение и нажим на руку. Правая ладонь, подчиняясь чужому усилию, вернула клинок в ножны. Маргарита остановилась у меня за спиной и прошептала в ухо:
— Какая ты горячая. Молодая. Все торопишься. Вечно вы, люди, стремитесь прожить жизнь быстрее.
Я, не теряя времени на поворот, ударила ее локтем в живот, надеясь ошеломить, потом развернулась и воткнула в грудь нож, выхваченный из крепления на запястье. Маргарита задумчиво покачала головой. Шагнула назад. Я попыталась размахнуться, но меня будто держали. Вампирша медленно обошла вокруг, потом вернулась к своей могиле и замерла, облокотившись на надгробие. Свободной рукой она взялась за рукоять ножа и аккуратно вытянула его из тела, небрежно уронив себе под ноги. Кожа на ладони покраснела, и Маргарита насмешливо взглянула на место ожога. Не может быть. Серебро ее даже не остановило. По повадкам эта тварь явно старше означенного возраста. Причем намного. Никак не моложе полутора сотен лет, а то и двухсот. Она не смогла бы перемещаться так быстро, не смогла бы почти проигнорировать посеребренный и освященный нож, если бы была моложе. Нехорошее предчувствие заставило тревогу усилиться.
— Страшно? — сочувственно поинтересовалась вампирша. — Не бойся, детка. Мы хорошо проведем время.
Я взглянула в сторону церкви, мысленно вознося короткую молитву. Я сосредотачивалась, уже понимая, что бой будет гораздо серьезнее, чем я предполагала. Вампирша заметила мой взгляд и рассмеялась.
— Ах, это ты зря, моя дорогая. Официальная церковь отрицает существование вампиров. А сил этого маленького храма, я боюсь, не хватит, чтобы тебе помочь. К твоему сведению, ты уже пятая, кто по доброте душевной кладет свою жизнь в попытках сжить меня со свету.
Вампирша щелкнула пальцами, и фонарь у храма погас. Четкий силуэт креста, словно тушью прорисованный на белом листе лунного света, начал искривляться. Я зажмурила глаза и открыла их вновь. Видение пропало. Фонарь все горел, крест оставался на своем месте. Зато в душе появился неприятный холодок. Маргарита может заморочить голову, не особо задумываясь о контакте. Это говорило о том, что она…
— А ты не так проста, охотница, — улыбнулась вампирша и, исчезнув, появилась у своей могилы. — Но я совершенно забыла о правилах приличия. Гостя положено развлекать. Ты хотела поиграть со мной? Пожалуйста. Будем играть!
Вампирша радостно захлопала в ладоши, словно маленький ребенок, и я обомлела. Со всех сторон вокруг меня могилы вскрывались, выпуская своих обитателей. Один, два, четыре… Я насчитала десять вампиров. Черт. Мало мне этой полувысшей девицы, так еще и десяток ее прихвостней.
Я потянула шею, разминая суставы. Сжала пальцы на рукояти меча. Живой я, скорее всего, отсюда не уйду. Что же, тогда следует продать свою жизнь подороже. Первый вампир бросился на меня, оказавшись чуть быстрее своих собратьев. Я отступила на шаг назад, резанула мечом, вскрывая ему грудную клетку. Вытащив свободной рукой единичку, сделала выпад вправо, снося голову зазевавшемуся зубастому. Тут же инстинкты велели мне бежать и я, упав на землю, перекатилась влево. Когти вампира, атаковавшего меня сзади, провалились в пустоту. Неприятно и резко рассмеялась Маргарита, наблюдавшая за боем, устроившись на кресте.
— Молодец, детка! Не жалейте ее!
Куда уж меня жалеть, я и так сырая, как мышь. Я вскочила на ноги, заставляя мозг выключиться, и всецело положилась на волю рефлексов. Едва слышный звук раздался справа, и я, разворачиваясь, вложила в удар всю свою силу. Голова вампира, чисто срезанная моим мечом, покатилась по траве. Тело еще пару секунд балансировало, но мне оно уже не было интересно. Я снова ударила, скрестив клинки, встречая «ножницами» летящую ко мне когтистую лапу следующего зубастого. Рука упала на кладбищенскую землю, но вампира это не остановило. Я пнула его в живот ногой, и тут же ударила единичкой, выводя ее из сцепки с основным мечом. Срубить голову до конца не получилось, но позвоночник я перерубила. Значит, вампир был безопасен в ближайшее время. Я скользящим движением потянула на себя меч, не давая ему увязнуть в теле, и развернулась.
Кладбище заливал яркий свет луны, создавая причудливые тени от крестов. Силуэты вампиров то растворялись в темноте, то снова появлялись. Я устала считать своих противников. Они сменялись, словно в калейдоскопе. Передо мной мелькали лица: женские, мужские, юные и не очень. Тело постепенно наливалось усталостью, но я знала, что буду мертва в ту же секунду, как позволю себе расслабиться. Голова кружилась. Свет луны окрасился в красный. Небеса потемнели. Я поняла, что меня морочат. Стиснув зубы, я принялась повторять про себя молитву. Необходимость вспоминать слова помогала сосредоточиться. Красный оттенок постепенно исчезал. Я глубоко вдохнула, отпуская прочно увязший в теле противника меч. Увернувшись от удара когтей, я рубанула вторым мечом снизу вверх, распарывая противника. Выпрямилась. С оттяжкой размахнулась. Голова вампира покатилась по земле и замерла, наткнувшись на основание креста. Я оглянулась. Мелкие вампиры кончились. Зато напротив меня, на перекладинах каменного креста, замерев, словно статуя, стояла Маргарита. Ее глаза пылали яростью и жаждой. Одежда развевалась, хотя ветра не было. Вампирша сжимала кулаки.
— Что ж, ты оказалась сильнее, чем я думала, охотница. Но это вовсе не значит, что ты сумеешь победить. Я выпью тебя. И сделаю это медленно. Берегись.
Вампирша легко оттолкнулась и прыгнула. Я отступила на шаг назад и крепко уперлась в землю, обеими руками сжимая рукоять меча. Маргарита выкинула когтистую ладонь вперед и оскалилась, дразня клыками. Мощный удар зубастой вырвал клинок из моих рук. Я, не теряя ни секунды, вытащила из ножен длинный нож. Вампирша вновь прыгнула и упала, сбивая меня с ног и придавливая своим весом к земле. Я, не обращая внимания на инстинктивное желание тела смягчить падение локтями, грохнулась на спину и, преодолевая сопротивление противницы, продавила нож вверх, к шее. Маргарита захрипела. Я, перехватив затянутой в перчатку рукой лезвие за острие, сдвинула его еще и, что было силы, оттолкнулась ногой. Мы, сцепившись, покатились, борясь за место сверху. Вампирша крепко прижимала меня к себе, пытаясь дотянуться до моей шеи. Я же отчаянно вцепилась в нож, изо всех сил стараясь продавить его через ее позвоночник. Земля неожиданно пошла под уклон, и мы, набирая скорость, сорвались в небольшой овражек. В очередной раз оказавшись сверху, Маргарита вскинула правую руку и ударила меня когтями в грудь. Нас тряхнуло, переворачивая, ее локоть стукнулся о землю, и когти, прорвав шнуровку на доспехе, вошли в мое тело чуть выше подмышечной впадины. Я вскрикнула, почувствовав режущую боль, и с усилием оттолкнула от себя нож. В этот момент основание шеи Маргариты, оказавшейся подо мной, попало на камень. Голова запрокинулась, мышцы натянулись, и мой клинок, почувствовав вес моего тела, рванулся вниз, перерезая позвонки. Нас еще раз тряхнуло, после чего мир дважды перевернулся перед глазами, и меня швырнуло на спину, на сухие сучья. Тело вампирши упало сверху, поперек моего, придавив меня. Голова, крутанувшись в воздухе, приземлилась в паре шагов от нас.