Мой Щенок (СИ)

Леди спустилась в гостиную только к двум часам дня. Выглядела она не лучшим образом: бледное, осунувшееся лицо, круги под глазами и обреченное выражение. Ирвин выключил телевизор, улыбнулся ей как можно более дружелюбно и поинтересовался:
— Как ты?
Леди скорчила недовольную гримасу, прошла в кухню и выудила из холодильника бутылку пива. Но, вместо того, чтобы открыть, перехватила поудобнее за горлышко и прижала холодное влажное стекло ко лбу. Свободной рукой она достала с полки початый блок сигарет, выудила пачку и попыталась открыть. Вин молча поднялся, подошел к ней и протянул ладонь:
— Давай я.
Мастер безмолвно отдала ему пачку, и, пока он возился с оберткой, доставал сигарету и прикуривал, наемница добыла аптечку. Не говоря ни слова, Леди взяла из его рук горящую сигарету и затянулась. Ни брезгливости, ни отвращения на ее лице при этом не отразилось. Ирвин выдохнул, прогоняя из легких дым. Сигареты его мастера были не так крепки, как Санькины, но влияние никотина на свой организм он уже почувствовал. Постаравшись затолкать свое раздражение поглубже, Вин распахнул большое окно. Леди сердито зыркнула в его сторону, но сигарету затушила, проследив, чтобы ни одной тлеющей искорки не осталось. Не отнимая бутылки ото лба, наемница сунула аптечку подмышку и вернулась в гостиную, со стоном плюхнувшись на диван. Вин сел напротив, в кресло, и сочувственно поинтересовался:
— Плохо?
Леди бросила на него раздраженный взгляд и, открывая аптечку, буркнула:
— Не то слово. Ты, конечно, из-за похмелья не мучаешься?
— Почему? — удивился Ирвин. — Бывает. Но, думаю, не так сурово, как люди.
Наемница, наконец, нашла в аптечке обезболивающее, высвободила две таблетки, и потянулась к горлышку бутылки с выражением мрачной решимости. Вин тут же рванулся вперед:
— Мастер, ты меня извини, конечно, но можно я тебе минералки принесу?
— Валяй, — согласилась Леди, послушно отпуская бутылку и откидывая голову назад. Вампир унес пиво и принес стакан негазированной минеральной воды. Он чувствовал, что, несмотря на разбитость наемницы, разговаривать с ней нужно осторожно. Конечно, сейчас Леди не в состоянии проводить воспитательные работы, но что-то подсказывало вампиру, что эта женщина вряд ли что-то забудет. Ирвина посетила странная мысль, что сейчас он вполне может попытаться помериться с ней силами. И победить. Возможно, убить. Мысль была забавна и притягательна от того, что Леди его совершенно не боялась.
Наемница выпила таблетки и вновь откинулась на спинку дивана. Вампир некоторое время наблюдал за ней. Расслабленное лицо, прикрытые глаза, опустившиеся уголки губ, не скованные обычной усмешкой, и морщинки на веках создавали иллюзорное ощущение слабости и безопасности. Сейчас перед ним сидела уставшая женщина, хрупкая, измученная. Ничто в ней не говорило о смерти и крови. Вампир вновь поразился контрасту между Леди собранной и расслабленной. Пребывая в покое, его мастер выглядела значительно моложе, чем обычно. Чуть повернутая к нему голова заставляла мышцы шеи напрягаться, демонстрируя женственный изгиб плеча и тонкие ключицы. Вин сглотнул, едва оторвав взгляд от сонной артерии. Черная прядь упала на лицо наемницы, и подрагивавшие ресницы периодически задевали волосы. Затаив дыхание, Ирвин вытянул руку, чтобы отвести непослушную прядь, и тут же оценил обманчивость покоя. Ладонь Леди взметнулась вверх еще до того, как мастер могла бы почувствовать или увидеть движение, жесткие пальцы стальной хваткой сомкнулись на запястье ученика. При желании Вин вполне мог продолжить, дотянуться, но в жесте наемницы сквозило предупреждение, и его было достаточно. Вампир отдернул руку. Мастер не препятствовала этому, отпустив его.
— Прядь хотел убрать. Мне показалось, что ты спишь, — пояснил он, но слова почему-то прозвучали, как оправдание.
— Нет, — ровно ответила Леди. — Просто свет режет глаза.
Несколько секунд они молчали, напряженно глядя друг на друга, оценивая то, что произошло, затем Вин сменил тему:
 
— И часто ты так… расслабляешься?
Оба поняли, что речь шла о выпивке. В глазах наемницы напряжение сменилось настороженностью.
— А что? Собираешься прочитать мне нотацию?
— Ни в коем случае, — поспешно покачал головой Ирвин. — Просто интересно. На моей памяти это в первый раз.
— Нет, не часто, — чуть помедлив, ответила мастер. — Когда хочется.
Они вновь замолчали. Отчего-то тишина приносила напряжение. Вину показалось, что Леди, как и он, ищет возможности продолжить разговор. Мастер явно чувствовала себя неуютно из-за своего состояния, а Ирвин ощущал, как ее раздражение отзывается в нем легкой опаской. Леди не выдержала первой. Пробормотав что-то про голову, она встала и поднялась к себе.
* * *
Чувствовала я себя ужасно. Не могу сказать, что я сильно перебрала вчера. Скорее всего, похмелье было карой за то, что я мешала различные напитки. В любом случае, я была безмерно благодарна Ирвину за его деликатность. Меньше всего мне бы хотелось выяснять отношения сейчас. С одной стороны, я ощущала неловкость за то, что предстала перед учеником в таком виде. С другой стороны, Вин находился рядом со мной уже полгода, и я не видела необходимости притворяться и разыгрывать из себя праведницу. В конце концов, именно такой и была моя жизненная позиция: делай то, что тебе хочется, если ты в состоянии за это отвечать. В любом случае, тренировка на сегодня отменялась. Мы планировали вновь тренироваться совместно, но я была уверена, что ни Мрак, ни Саня до зала не доедут. Что ж, это к лучшему. Весь оставшийся день я провела в комнате, изредка выползая на кухню, чтобы выпить чаю.
Вечером мне позвонил связной из «Тыквы» и сообщил, что меня искал потенциальный заказчик. Я усмехнулась про себя, вспомнив захватывающий разговор с посредником, и обещала быть завтра.
За завтраком Ирвин поинтересовался, не буду ли я против, если он вечером пошатается по городу в одиночестве, так как Саньку Мрак решил подержать под контролем несколько дней, в назидание. Я была не против, хотя тревогу, конечно, испытывала. В гараже уже почти год стояла моя предыдущая машина. Она находилась в прекрасном состоянии, я следила и ухаживала за ней. Но при моей профессии машины приходилось менять гораздо чаще, чем они приходили в негодность. Многие из ребят пользовались одновременно несколькими автомобилями, но меня этот вариант не устраивал. В результате я продавала на детали «засвеченный» или разбитый транспорт и покупала новый, как только возникала необходимость. Но предыдущая моя машина не была ни разбита, ни «засвечена». Однако я ездила на ней достаточно долго, чтобы она запомнилась. Поэтому, не смотря на мои теплые чувства к ней, на всякий случай пришлось купить новую. Но и старушку я сбывать не стала, ради ностальгии и нужды во второй машине в будущем. И вот нужда настала. Я отдала Ирвину ключи и разрешила использовать этот транспорт по своему усмотрению.
В результате вечером в «Тыкву» я поехала одна. Мне немного не хватало Вина. Я беспокоилась о нем, по привычке ища его глазами. Не могу сказать, что я ему не доверяла, но отпускать его без контроля побаивалась. Однако, меня скоро избавили от этих мыслей, загрузив работой.
Едва я вошла в бар, как ко мне подошел официант и сообщил, что меня ожидают на втором этаже в приватной комнате. Я поблагодарила и поднялась в указанное место.
Комната, как и все прочие в этом зале, была отделана деревом. Из мебели здесь был только небольшой бар, четыре кресла и махонький столик. Мой заказчик сидел в кресле и курил сигару. Его заместитель примостился рядом, опустив голову и нервно теребя в руках телефон. Хозяин разительно отличался от своего подчиненного. На вид мужику было лет сорок пять. Или даже все пятьдесят. Отлично сложен, с подтянутой, спортивной фигурой. Темные, остриженные коротким ежиком, волосы с легкой проседью. Серьезное лицо, чуть подпорченное морщинами, слишком ранними для его возраста. Лукавые серые глаза, моментально схватывающие каждую деталь. Дорогой, вызывающе дорогой костюм-тройка песочного цвета. Небрежно расстегнутый пиджак. Левая рука, лениво покоящаяся на колене, была унизана кольцами.