Тафгай 7 (СИ)
— Слышите, что народ на трибунах требует? — Спросил Александр Мальцев, сидя на скамейке запасных, у своих партнёров по первой тройке нападения Голикова старшего и Бориса Александрова.
— Что? — Хмыкнул Саша Голиков.
— Пиво они требует, — пробухтел «Малыш» и нагло улыбнувшись, добавил. — Пиво! Пиво! Воблу! Воблу!
— Шайбу они требуют, — сквозь зубы проговорил Мальцев. — Поэтому ты, «Малышатина», сейчас привозишь шайбу в зону, разыграешь двухходовчку с Холиком старшим и выкатываете мне на пустой угол. Ясно? А то я и так отстаю в гонке бомбардиров.
— От кого? — Вновь «включил дурака» Саша Голиков.
— От того, кто меня опережает, — Александр Мальцев от возмущения стукнул клюшкой об покрытый резиновой дорожкой бетонный пол.
— Значит ещё раз помедленней, кого я должен привезти и обыграть в покер? — Скорчив умное лицо посмотрел на товарища «бригадира» Борис Александров.
— Совсем вы салаги охренели, — пробурчал Мальцев старший и тут же старший тренер Всеволод Бобров скомандовал смену играющих хоккеистов.
Поэтому на льду к паре лучших динамовских защитников Васильеву и ветерану Давыдову появились два Александра, Мальцев и Голиков, и один Александров Борис. Предложенную своим старшим товарищем комбинацию после розыгрыша вбрасывания в средней зоне, разыграть не удалось. Ведь шайба после серии взаимных ошибок оказалась на крюке клюшки правого крайнего нападающего Мальцева, и везти её в зону соперника пришлось самому.
— Всё сам, всё сам, — себе под нос пробормотал Саша Мальцев и двумя обманными финтами улетел от двух парней из ленинградского спортивного клуба армии.
Старший из братьев Голиковых постучал клюшкой по льду, требуя передачу в центр, где образовался «свободный лёд». Но распсиховавшийся Мальцев сам, прокинув шайбу вдоль борта, проскочил в зону атаки. И тут его с такой теплотой и нежностью прижали к борту, что заболело где-то в ребрах и стало трудно дышать. Но шайбу вовремя подхватил Александр Голиков и, не задумываясь, запустил её дальше вдоль борта через правое закругление, ведь по теории вероятности у левого закругления должен был караулить передачу их третий игрок тройки нападения Борис Александров. Кстати, «Малыш» был там, где запланировано, даже с опережением графика.
Борис вцепился в шайбу, словно капризный ребёнок в любимую игрушку, и первым движением ушёл от столкновения с защитником СКА. Потом заложил крутую «улитку», оставив за своей спиной нападающего ленинградской команды, попытавшегося его сбить с ног. И оказавшись в пяти метрах перед вратарём ленинградцев, бросил не на силу, а на точность, постаравшись поразить ближний верхний угол ворот Владимира Шеповалова. Шайба брякнула в перекладину, затем в спину голкипера и впархнула в сетку.
— Беем! — Противно брякнул звуковой сигнал за воротами.
— Гооол! — Заорали мужики на трибунах дворца спорта, а Владимир Шеповалов от отчаянья, хлопнул клюшкой по льду.
Если бы только Владимир знал, что пропущенная сегодня шайба — это пустяк, по сравнению с тем, что приготовила для него нелёгкая судьба, которая через двадцать два года вернёт голкипера в родной Новокузнецк, где он умрёт в возрасте 47-ми лет, отравившись палёной водкой.
— Я вам чё сказал? — Заворчал на скамейке запасных Александр Мальцев, держась рукой за больной бок. — Разыграли, отдали мне. А вы чё?
— Ничего, в следующий раз получится, — усмехнулся «Малыш» и они вместе с Голиковым старшим весело заржали.
* * *— Всё ничья, — махнул рукой Валерий Харламов, сидя на зрительской трибуне рядом с Виктором Коноваленко. — Минута до конца. Вратаря конечно можно снять, но рисковать заработанным очком Михалыч не будет.
— Много ты Михалыча знаешь, — усмехнулся Виктор Сергеевич и посмотрел, как люди покидают свои места и устремляются в гардероб, чтобы не выстаивать потом здоровенную очередь. — Спорим, что Бобров сейчас вратаря снимет?
Коноваленко протянул руку Харламову, однако друзья не успели разрубить рукопожатие и обговорить условия спора, как голкипер бело-голубых Владимир Минеев, сорвавшись с ворот, полетел на скамейку запасных, а вместо него на лёд выпрыгнул динамовский гренадер Виктор Жлуктов.
— Жлуктик давай! — Заорали болельщики и напомнили, что именно надо дать. — Шайбу! Шайбу!
* * *— Куда прёшь, жердина! — Прошипел Мальцев на Жлуктова, отдавая передачу защитнику Виталию Давыдову. — На пятак иди! На пятак я сказал! Понабрали в команду по объявлению.
А на синей линии защитник ветеран Виталий Семёнович перевёл шайбу Валерию Васильеву, которому тут же закричали с трибун: «Васька бросай!». Однако Васильев, послав всех диванных экспертов в баню, резко переадресовал передачу на юного гения прорыва Бориса Александрова. Кстати, и от «Малыша» тоже потребовали мощного и чёткого броска. Что Боря и сделал, так как ни пас назад, ни пас по борту уже не проходил, а для обыгрыша не хватало скорости.
— Дааа! — Вскочили болельщики, но шайба после отчаянного прыжка ленинградского вратаря Шеповалова, угодив в штангу, отлетела в поле.
И тут же в стремительной контратаке ленинградские армейцы кинулись на пустые ворота хозяев площадки. Нападающий СКА Пётр Андреев пропихнул шайбу на ход своему партнёру Сергею Солодухину и, тот немного повозившись с Виталием Давыдовым, выскочил на оперативный простор.
— Не попади! — Грохнули ему вслед динамовские болельщики.
Солодухин за доли секунды прицелился и бросил, не доходя трёх метров до центральной красной линии. Зрители на трибунах схватились кто за волосы, кто за сердце, но второй игрок обороны бело-голубых Валерий Васильев, пока Давыдов боролся с ленинградским нападающим, уже успел прилететь в зону защиты. Поэтому бросок Солодухина отразил, выпрыгнув, как футбольный вратарь Лев Яшин. Затем Васильев прокатился на пузе, вскочил и не глядя швырнул шайбу обратно на половину ленинградских гостей, которые уже выкатились на свою синюю линию. И неожиданно шайба, подпрыгнув на льду и миновав клюшки ленинградских армейцев, вывела Бориса Александрова один на один. Народ на трибунах взвыл, «Малыш» сделал несколько широких раскатистых шагов и пульнул с десяти метров, стараясь угодить под правую ловушку Шеповалова. Хотя, возможно, Борис это исполнил и неосознанно. Просто сердцем почувствовал, что время игры стремительно истекает, и нужно бросать. И за мгновение перед финальной сиреной все кто сегодня болел за «Динамо» выкрикнули короткое, но протяжное слово:
— Гоооол!
Всеволод Михайлович Бобров смахнул пот со лба, и устало опустился на скамейку запасных, а на электронном табло лучшего хоккейного дворца страны высветилось: «Динамо» — СКА, счёт — 3: 2.
* * *Спустя сорок минут за одним из столиков в ресторане «Россия», собралась странная компания, которая много спорила и мало выпивала. Точнее крепкие спортивного телосложения парни потягивали одну единственную бутылку «Советского шампанского». И знатоки хоккея легко среди этих ребят могли распознать: Валерия Харламова, братьев Мальцевых Александра и Сергея, Валерия Васильева, Виктора Коноваленко и фортового юного гения прорыва Бориса Александрова.
— Я считаю, что нам за океаном делать нечего, — настаивал на своём Саша Мальцев, которого поддерживал младший брат Сергей. — И тебе туда соваться не стоит, поломают, — сказал он «Малышу» и, обернувшись к Харламову, добавил. — А тебя, Валера, вообще никто не отпустит, и правильно сделают, вот и весь сказ.
— Вы как хотите, я еду, — рыкнул Коноваленко. — У меня выбор либо стоять за горьковский «Полёт» в классе «Б», либо за океаном. И потом я Тафгаю должен. Колено благодаря ему мне починили, Суперсерию, которую десять лет ещё вспоминать будут — я выиграл. В общем, как хотите, я еду.
— Я тоже поеду, — согласился с ветераном самый юный хоккеист в этой компании Борис Александров.
— Нужно вот что сделать, — предложил всем Харламов, — написать письмо Ивану в Чикаго, чтобы он приехал в марте в Мюнхен.