Тихоня с искорками в глазах (СИ)
- Папа, что происходит? – отец досадливо дернул щекой, но убеждать ее о том, что все в порядке, не стал. – Кристина же была нормальная, - между тем продолжала Полина. – Я еще так радовалась, что ошиблась на е счет, и вдруг… Вы поссорились? Ты ей изменил? Она тебе изменила, влюбившись в кого-то? Пап, что происходит?! – Отец тяжело вздохнул, было видно, что он настраивается на что-то очень неприятное, у Полины сжалось сердце. Отец был единственным человеком на всей земле, которого она любила и чью заботу, и внимание боялась потерять больше всего в жизни. – Па-а-ап? – немного нараспев сказала она, заставляя его как можно быстрее начать говорить, поскольку эта неизвестность была просто невыносима.
- Полина, - тихо сказал отец, потом как-то жалобно посмотрел на графин с коньяком, быстро налил и выпил налитое в один глоток. – Полина, - снова сказал он. – Кристина поставила мне ультиматум…
- Ультиматум?! – сразу же взвилась Полина, не дослушав отца. Одно только мысль, что эта никчема еще что-то собирается требовать, сразу же вывела Полину из себя. Отец досадливо поморщился, а Полина, вдруг каким-то чутьем поняла, что ультиматум Кристины касается лично ее… и что отец согласился уступить. – И что же она требует? – мгновенно сконцентрировавшись и собравшись, спросила она. Отец помедлил, потом нехотя начал говорить.
- Кристина считает, что если со мной что-то случится, то нашему ребенку может грозить смертельная опасность… от тебя Полина, - с трудом сказал отец. – Поэтому Кристина хочет, чтобы я сейчас переписал на нашего сына и на Кристину все мое имущество, особенно это касается акций… Если я выполню ее требование, то ты, Полина лишишься и права голоса в нашем совете и права на этот дом и много-много другого. – Чего-чего, а таких слов Полина точно не ожидала, она вскочила с кресла и быстро подошла к отцу, чтобы отец не мог видеть ее лицо. – Полина, тихо продолжал отец, - я понимаю, как тебе больно. Эх, если бы у тебя был ребенок! – вдруг с досадой сказал он. – А так… Ты же понимаешь, что я не могу разделить бизнес, а это, значит, что я буду вынужден все отписать на Егора. Понимаешь, я хочу, чтобы мое дело жило и после того, как меня не станет. Но ты же одна! – Эти горькие нотки в голосе отца, неожиданно успокоили Полину. Обида ушла в сторону, освободив дорогу здравому смыслу. Полина глубоко вздохнула и поняла, что отец прав, прав во всем. Она шумно выдохнула и уже с улыбкой подошла к отцу. Она оперлась лбом о его плечо и тихонько сказала:
- Прости, пап. Это от неожиданности.
- Это ты меня прости… - отец замолчал и в воздухе повисла неловкая пауза, и вдруг Полина поняла, что что-то не так. Отец совсем не похож на себя, он или что-то не договаривает, или чего-то ждет от нее. Она резко отошла к креслу и почти плюхнулась на мягкие подушки.
- Пап, - она посмотрела на отца. – Я конечно, приму любое твое решение, и подпишу все бумаги, но… - она на секунду замолчала, пытаясь сформулировать фразу, как можно деликатнее, чтобы не обидеть отца. – Но, - решительно продолжила она, - с чего ты решил, что, оставив весь капитал и все деньги в руках Кристины, ты не уничтожишь все то, что создавал? Она же совершенно недалекая, если не казать глупая женщина. Ты представляешь, что она начнет творить, если с тобой что-то случится и на нее обрушится весь груз проблем, о которых она даже не подозревает? К ней слетятся все мошенники какие только найдутся и весь твой бизнес разлетится по клочкам, что и охнуть никто не успеет… - Полина замолчала, ожидая что скажет отец. Он помолчал-помолчал, а потом успокоено и довольно рассмеялся.
- Узнаю мою дочку! Узнаю и горжусь. Умница. Ты не дала обиде или гордости затмить твой знаменитый здравый смысл. – Полина вытаращила на отца глаза, таких слов она точно не ожидала. – Я озвучил тебе самых крайний вариант (на котором настаивает Кристина), и какой я согласился бы осуществить только, находясь в маразматическом забытье. – Услышав эти слова Полина фыркнула от смеха. – Видишь ли, - извиняющим тоном продолжил отец, - я хотел, во-первых, посмотреть, как ты отреагируешь на такое предложение, а во-вторых, хотел знать, будешь ли ты защищать дело своего старенького батюшки, - Полина фыркнула от смеха второй раз и счастливо вздохнула, ощущая такую тесную, такую крепкую связь с отцом, в который раз радуясь, что у нее такой папа.
- И что ты мне предлагаешь? – деловито спросила она.
- Нет, - отец погрозил ей пальцем, - это что ты мне предлагаешь?
- Я предлагаю обмануть Кристину, - спокойно сказала Полина. – Но… Понимаешь пап, я ей не верю. Я вот сейчас подумала… допустим мы сделаем так, что она будет убеждена, что весь капитал находится в ее руках… пап, - жалобно сказала Полина, - а что, если эта мысль развяжет ей руки и она захочет… - Полина замолчала, зная, что отец ее поймет. – Нет, - решительно продолжила она, - мы поступим по-другому. Сначала я выясню с какими юристами Кристина советуется, потом немного изучу специализацию этой юридической конторы, и тогда уже предложу тебе несколько вариантов.
- Ты уже видела своего брата? – резко изменив тему разговора, спросил отец.
- Нет, - Полина досадливо мотнула головой. – Мне не хочется видеть Егора в присутствии Кристины. Она будет наблюдать за мной. Следить за моим лицом, моими эмоциями, и будет очень трудно, под таким надзором, быть искренней.
- А хочешь я его сейчас принесу? Кристина совсем недавно куда-то уехала. Думаю, лучшего времени для вашего знакомства не выбрать! – Отец быстро вышел из комнаты, и Полина была этому очень рада. Она в волнении потерла руки, готовясь принять в свою маленькую семью еще одного члена. У нее не было ни братьев, ни сестер даже двоюродных, и вот теперь родился маленький крошечный мальчик, который являлся третьим родным для нее человечком на всей земле.
В комнату вошел отец, а следом за ним немолодая женщина с ребенком на руках.
- Познакомься, Полина – это Егор Маркович, - и отец с нескрываемой любовью взял маленького сына на руки. Полина подошла ближе и прикоснулась к пальчикам брата. Думала он испугается или заплачет, но вместо этого встретила веселый и любопытный взгляд.
- Ой! – вдруг ахнула она. – Какая же я свинья! Я не купила ребенку никакого подарка! Прости, Егор, - покаянно сказала она. – Обещаю, что это было в первый и последний раз. Больше без подарка я не приеду. – но Егору не были нужны никакие подарки. Забота, внимание и любовь – вот все, что ему было нужно. – Пап, - немного понаблюдав за братом, спросила Полина, - а Егор, хоть немножко похож на меня, когда я была в таком возрасте? – Отец жалобно взглянул на нее.
- Прости, Полечка, - виновато сказал он, - но, когда ты родилась, я был так занят делами фирмы, что вообще не помню какой ты тогда была. Я только с Егором осознал, какое счастье видеть, как растет ребенок, - отец замолчал о чем-то раздумывая. - Хотя это может из-за возраста. Ведь Егор вполне мог бы быть моим внуком. Знаешь, что? Ты посмотри в архиве. Мама тебя много на видео снимала и мне потом пересылала эти фильмы. Ты там как раз в таком же возрасте, что и Егор. Вот сама и сравнишь. – В словах отца было зерно истины. Полина последний раз пересматривала эти фильмы много лет назад и хорошо помнила насколько она сама себе не нравилась и как злилась на эти кадры со своим изображением. И вот теперь, оставшись одна, она снова стала смотреть эти коротенькие эпизоды, снятые мамой. Она смотрела и не могла насмотреться, смеясь и плача одновременно. Совсем молоденькая мама, и она с растопыренными ушами, которые сейчас почему-то вызывали такое умиление, что слезы снова и снова бежали по лицу.
Полина была ничуть не похожа на своего брата. И не только по лицу, но и по характеру. Удивительно, но в этой маленькой девочке уже отчетливо проявлялись те черты характера, которые были Полине свойственны и сейчас. И упрямство (он упрямо колошматила игрушкой по полу, хотя мама десять раз сказала, что так делать нельзя), и целеустремленное следование к своей цели (целью было выбраться из манежа, что маленькая Полина успешно и проделала), и многое-многое другое.