Невеста скованного лорда (СИ)

– Похоже на сказку… – не удержалась я от комментария.
– Почему?
– Потому что в жизни добро не всегда побеждает. Здесь тоже, кажется, победить должно было не оно. – Я аккуратно закрыла учебник и решила почитать его чуть позже, когда вернусь в резиденцию.
Наставница улыбнулась.
– Как же ты похожа на свою маму. Она тоже все факты ставила под сомнение.
– Вы знали её? – сердце кольнуло от волнения.
– Кто же не знал Сильвию Арди? Она была выдающейся заклинательницей, – ответила наставница.
– А разве не предательницей? Её ведь именно так называют.
Наставница Гвенаелл досадливо поджала губы.
– Называют, – подтвердила она после долгой паузы. – Но это не делает Сильвию менее выдающейся.
То, что наставница Гвенаелл не только упомянула мою маму, но и заступилась за неё, стало для меня неожиданностью. Разве островитянам не положено относиться к предателям с отвращением и отрицать их заслуги?
– Ох, а книг-то сколько, – наставница внезапно решила сменить тему. – Как же ты их понесёшь? Оставь часть в моём кабинете. А другие свяжем бечёвкой, чтобы легче было держать. Ну? Что скажешь?
– Скажу спасибо, – улыбнулась ей, принимаясь собирать учебники.
Последней поверх стопки положила ветхую «Историю Иль-Нойер» и чуть не вскрикнула, когда перед глазами вновь вспыхнули чужие воспоминания. Эта же библиотека, эта же книга, но чуть менее потрёпанная. Кто-то вырывает её и швыряет на стол. «Хватит читать это старьё!» – исковерканный эхом голос показался знакомым. – «Разве я не велела тебе идти в храм?!»
Видение прекратилось так же внезапно, как и началось.
– С тобой всё в порядке? – спросила наставница, вглядываясь в моё лицо. – Ты побледнела.
– Да. Просто голова немного закружилась.
Я подхватила половину стопки с книгами, а вторую оставила наставнице Гвенаелл. По дороге до кабинета она больше не спрашивала о моём самочувствии, но то и дело бросала на меня задумчивые взгляды.
***
Брижина Арди
Посмотрев в очередной раз на часы, Брижина вздохнула. Господин Фэнри наверно уже ждал её у скалы, но ей, как назло, дали задание и пришлось задержаться, а следившие за ней служительницы не упрощали задачу. От них нужно было незаметно улизнуть. Только как?
Сколько бы Брижина ни перебирала в голове варианты, действенным казался только один. Но он шёл вразрез установленным правилам. Нари нельзя было преобразовывать или заклинать камни строений на храмовой площади. Но как сбежать иначе, Брижина не представляла.
– А что, если?.. – она порылась в кармане и достала оттуда несколько мелких камушков. – Да, пожалуй, такая хитрость может сработать.
Прошептав над ними свою просьбу, Брижина устремилась прочь из храма, по дороге разбрасывая камни-обманки, способные сбить самого настойчивого преследователя. В создании подобных обманок Брижина считала себя лучшей на острове, ведь с самого детства и по сей день ей постоянно приходилось избегать других служительниц. Ускользнуть от надзора – этим навыком она владела мастерски.
По тропинке, ведущей вдоль гор к укрытию, Брижина почти бежала. Но увидев поодаль одинокую фигуру взывея, замедлилась, надеясь успокоить стучавшее от бега сердце. Но оно почему-то никак не хотело замедляться. Волнение – вот что Брижина испытывала, глядя на фигуру Эмельена Фенри.
Когда шорох её шагов долетел до слуха взывея, тот оглянулся и стал наблюдать, как она приближается.
– Я уже боялся, что вы не придёте, – сказал он вместо приветствия и улыбнулся.
– Мне не так просто уйти незаметно, – отозвалась Брижина. – Отойдите немного от скалы, – велела, жестом показывая, куда взывею следовало отступить.
Приложив руки к монолитному камню, она совершила одно из высших преобразований – обратила материю в свет. Там, где была высокая глыба, сейчас мерцала полупрозрачная дымка.
– Быстрее проходите, – поторопила Брижина, когда поняла, что взывей застыл на месте. – Я войду следом.
Убежище – неизменное на протяжении многих лет, встретило их прохладой и лёгким запахом сырости. Неровные стены, которые Брижина специально не стала сглаживать, поднимались высоко и сходились вместе конусовидным куполом, здесь и там разрезанным глубокими трещинами.
 
Как только стена из света снова обратилась в камень, в убежище воцарился полумрак. Укрытие освещали лишь узкие лучи света, пробивавшиеся сквозь трещины наверху.
– Выглядит… уединённо, – охарактеризовал взывей искусственно созданную пещеру. – А выход, я полагаю, только там? – он показал на закрывшуюся за ними стену.
– Да, только там.
– Что ж… Если мне суждено быть замурованным заживо, то я рад, что у меня будет такая приятная компания, – даже в полумраке Брижина видела шутливые искорки в его глазах и беззаботную улыбку.
– Я с вами замуровываться не планирую. Давайте начнём. Мне нужно поскорее вернуться в Службище.
– Ну, давайте, – улыбнулся взывей и в несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние.
Брижина рефлекторно попятилась, но он остановил её, положив руки на плечи.
– Не бойтесь, – предупредил взывей, прежде чем она успела воспротивиться. – Мне нужно дать вам импульс.
– А кто сказал, что я вас боюсь? – огрызнулась Брижина, но с досадой заметила, как дрожали её собственные руки. Должно быть, со стороны она и вправду выглядела напуганной. Но на самом деле ею овладела совсем другая эмоция. Всё то же треклятое волнение.
–Покане боитесь, – согласился взывей. – Но должны. Вы знаете, что такое импульс? Это когда взывей находит в человеке отголосок эмоции и многократно её увеличивает. Я найду в вас страх, – пообещал он. – И преумножу его.
– Зачем? – Брижине вдруг захотелось отказаться от этой затеи. Должно быть, она выжила из ума, раз доверилась незнакомцу с непонятной силой и привела его в своё убежище. Уединилась с ним, никому не сказав.
– А вот и страх, – улыбнулся взывей. Он легонько погладил её по плечу, и по коже побежал холодок. – Страх – хороший катализатор, Бирижна, – продолжил он, наблюдая, как у неё сбивается дыхание и расширяются зрачки. – Как и гнев. Твой дар проявляется, когда ты боишься или гневаешься. Ничего, что я на ты?
Сердце уже гулко стучало в груди, и Брижина машинально кивнула.
– Теперь мы можем звать друг друга по имени, – обрадовался взывей. – Я буду называть тебя просто Брижиной, а ты меня – Эмельеном. Договорились?
Его голос эхом разносился по убежищу, и от каждого клокочущего звука страх нарастал. Холодный пот, покрывавший спину Брижины, казался до отвращения липким.
– Договорились? – повторил взывей, подталкивая её назад к каменной стене.
Осознание, что стена её убежища окажется первым камнем, которого она коснётся, превратило охвативший её страх в ужас. Если дар вырвется наружу и взывей не сможет его остановить, то вся скала омертвеет и больше не будет поддаваться заклинаниям. Они с Эмельеном навеки останутся в ней замурованы.
– Д-договорились, – выдохнула Брижина, желая, чтобы эта пытка закончилась. Но взывей, удовлетворённый ответом, на радостях подтолкнул её сильнее. Она ударилась лопатками о стену и ладонью коснулась выступа.
Как и предупреждал Эмельен, страх – хороший катализатор. Дремавший в Брижине дар, встрепенулся и хлынул наружу, впиваясь в несчастные камни. Опустошая их. Высасывая жизнь, а вместе с ней и всё прожитое.
Перед глазами Брижины начали вспыхивать картины былого. Она видела себя со стороны ещё ребёнком. Когда загнанная и отчаявшаяся, пришла к этой скале и стала вырезать её изнутри. Создавать для себя единственный угол спокойствия.
– Пожалуйста, останови это, – прошептала она, пытаясь отдёрнуть руку. Но когда дар находит жертву, он выпивает её досуха.
– Останови это сама, – ответил взывей и едва заметно коснулся её запястья. Страх, сковывавший движения, начал отступать. – Убери руку с камня, Брижина. Попробуй, это не сложно.
Его слова казались издёвкой. Если бы это было несложно, она бы не мучилась все эти годы.