Лживая птица счастья - 2 (СИ)

— Поняла, — Тамара поджала губы. — Но вы не слишком расходитесь. Иначе я ничего не могу гарантировать.
— А вот это ничуть меня не интересует! Сдерживать человечество от принятия неразумных решений — это твоя прямая задача. Или мне показать, на что мы способны в случае открытого конфликта? — рявкнул Штейн.
— Томас! — не выдержала Тамара. — Не знаю, почему ты злишься на меня, но давай разделять наши отношения и политику.
«Радар что ли у баб на меня? Вот и Тамарка туда же», — сердито подумал Штейн.
— Это твои фантазии. Наши отношения здесь ни при чём…
— Не лги! Я же вижу, что ты сам не свой, — волнуясь, проговорила Тамара, настроенная прояснить всё до конца. — Если ты боишься, что я буду преследовать тебя, то ты ошибаешься. Я не такая идиотка, чтобы не отличить жалость от любви. Томас, я ни на что-то не рассчитываю. Если уж на то пошло, то мне будет гораздо легче, если мы забудем о случайном перетрахе и вернёмся к чисто деловым отношениям.
— А мне нет! — заявил Штейн, и она слегка улыбнулась его чисто мальчишескому упрямству, хорошо знакомому ей по школе.
— Не вредничай! Уверена, помимо работы, ты шёл ко мне именно за тем, чтобы сообщить, что всё кончено. Так что успокойся, я двумя руками только «за».
Определённость сняла тяжкий груз с её души и она, ощущая себя хозяйкой положения, надела очки и требовательно глянула на белокурого красавца-вампира, с возмущением взирающего на неё.
— Давай продолжим. Я тороплюсь, у меня скоро заседание в Капитолии.
— Вот зараза! — Штейн грохнул кулаком по столу. — Это я должен был дать тебе от ворот поворот, а не ты!
— Не переживай. Я облегчила тебе задачу, только и всего, — невозмутимо заметила Тамара, но Штейн не был бы Штейном, если бы не оставил последнее слово за собой.
— Похоже, ты предпочла Кравчинского, если так легко отказалась от меня, — сказал он, чтобы её задеть. Несмотря на то, что её мысли были закрыты для него, он знал, что она его любит и любит сильно.
По лицу Тамары скользнула тень, но выдержка и в этот раз ей не изменила.
— Я была бы дурой, если бы упустила такой шанс. Ведь ты женат и счастливо. Что ещё мне остаётся? К тому же этот брак в наших общих интересах.
Своими словами она выбила у Штейна почву из-под ног.
— Тамар, дело не в том, что я женат, — он вздохнул. — Помнишь, я сказал, что дельфин и русалка не пара? Это действительно так. Нет, трахнуть тебя я могу в любое время, вот только большой вопрос, сумею ли я сдержаться как в прошлый раз. Но даже так ты всё равно испугалась. А стоит мне разок дать себе волю, — ведь я тебе не грёбанный ангел, и ты сломя голову сбежишь от меня. Как ни старайся, природу не обманешь. Садо-маза для нас не развлечение, а насущная необходимость, вызванная особенностями нашей физиологии. Лишь в стрессовом состоянии наши женщины способны забеременеть, во всяком случае, так утверждает наш Старейший.
Штейн возник рядом с Тамарой и, положив ладони ей на плечи, слегка стиснул пальцы, борясь с желанием выпустить когти.
— Короче, я хочу сказать, что, как это ни прискорбно, вампирский секс имеет особенности, несовместимые ни с вашей моралью, ни с вашей физиологией, — его глаза блеснули синевой. — Так что, если тебе дорога твоя шкурка, довольствуйся платонической любовью и о большем не мечтай. И радуйся, что этому дураку хватает силы воли, чтобы не разложить тебя прямо здесь и как следует вздрючить, невзирая на твои вопли и крики о помощи. А вот я не собираюсь с тобой миндальничать.
— Томас! — в панике выкрикнула Тамара, когда его когти пропороли кожу на её груди.
«Не смей её трогать!.. Убирайся! Ты мне больше не нужен!» — прорычал Штейн и от неимоверного усилия на его шее вздулись вены. Он сражался как одержимый, боясь, что рай Реотан перехватит бразды правления и убьёт Тамару. Но древний интриган отступил лишь тогда, когда накал внутренней борьбы достиг грани помешательства. «Всё, хватит! Я ухожу», — прорвался к сознанию Штейна его голос и тогда его разом отпустило напряжение. Он прислушался к себе и его охватило тягостное чувство — чувство вины и безвозвратной потери. «Рай Реотан, я же это не всерьёз. Прошу, вернись!.. Ты, скотина, только не говори, что взял и бросил меня! Я тебе этого не прощу!.. Старый ты дурак! Кто же теперь присмотрит за мной?» — в панике выкрикнул он. Но сколько он ни звал, рай Реотан не откликался. «Он ушёл в долины предков и больше тебя не слышит», — сказал ему внутренний голос, и он содрогнулся от рыданий.
 
В чувство его привела хлёсткая пощёчина.
— Сядь и успокойся! — приказала Тамара после чего толкнула Штейна в своё кресло и поднесла к его губам стакан с водой. — Пей!.. Всё пей, до дна.
— Спасибо. Сильно испугалась? — прохрипел Штейн, когда она отняла от его губ опустевший стакан.
— Ещё бы! Натуральный сумасшедший дом, — Тамара помолчала. — Я так понимаю, ты сумел победить своего мистера Джекила. Поздравляю. Судя по тому, как тебя корёжило, битва была не из лёгких.
Она протянула ему коробку с салфетками.
— Держи, а то видок у тебя, натуральный детский сад.
Штейн испытующе посмотрел на неё.
— Почему ты решила, что победил мистер Хайд, а не мистер Джекил?
— Если бы ты видел себя со стороны, ты бы не спрашивал. Вас сложно перепутать, так что ясно, что победа осталась за тобой, а не за твоим кошмарным двойником.
Поскольку он не взял салфетки, Тамара сама вытерла ему лицо, мокрое от слёз, и, сев у стола, подвинула к себе макбук.
— Ну а теперь, может быть, вернёмся к нашим баранам и завершим сделку? Нет, если ты не в состоянии, можешь оставить проработку деталей мне и Кравчинскому.
— Чёрта с два! Дай мне минуту, и я снова буду как огурчик, — Штейн закрыл глаза и мобилизовал внутренние резервы организма. — Вот теперь порядок. Давай, что там у тебя.
Тамара, во все глаза наблюдавшая за его метаморфозой, лишь покачала головой.
— Хорошо вам, вампирам, раз! и усталость как рукой сняло.
— Да, хорошо, — сухо согласился Штейн и подвинул к ней свой планшет. — Посмотри, это наши предложения. Если есть возражения, обговорим.
Прежде чем прочитать документы, Тамара покрутила вампирскую технику в руках.
— Не старайся, там нет торговой марки производителя.
— Ясно, ваша разработка, — она понажимала значки на экране. — Вроде бы ничем особо не отличается от моего макбука, разве что быстродействие и качество изображения будут повыше.
— Работай, я спешу. Да и ты вроде как собиралась на заседание в Капитолий. Кстати, давай речь, я пока посмотрю, — предложил Штейн.
— Не нужно, — отказалась Тамара. — Сколько можно водить меня на помочах? Пора уже становиться на ноги.
— Как знаешь. Набьёшь синяки, потом не жалуйся.
— Не буду. А теперь помолчи и дай мне прочитать, какие ещё ультиматумы вы нам приготовили.
После завершения деловых переговоров Штейн всё же не удержался и спросил, что за отношения у неё с Кравчинским. Тамара не стала лукавить и призналась, что могущественный магнат сделал ей предложение. «Видимо, как и ты, Анри оценил мой потенциал», — грустно усмехнулась она.
Узнав, что она ответила согласием. Штейн одобрительно кивнул. «Молодец, ты правильно сделала. Это удачная партия. Поздравляю», — сказал он и, прощаясь, небрежно поцеловал её в щёку.
Когда он ушёл, Тамара быстро переоделась и, поправив макияж, спустилась в столовую, где налила себе ликёр, хотя для алкоголя было ещё не время. Подойдя к окну, она глянула на аккуратную лужайку, по которой ходил молодой загорелый парень, он катил перед собой оранжевую стрекочущую газонокосилку. «Надеюсь, Гарри не натолкнётся на чудо-технику Томаса, а то его конспирация полетит ко всем чертям», — подумала она и, поднеся бокал к лицу с удовольствием вдохнула терпкий аромат спелой вишни, напомнивший ей о родительском доме. «Далеко же меня занесло», — с грустью подумала она и сглотнула тягучую сладкую жидкость. Завуалированное признание Штейна застало её врасплох и теперь она не знала радоваться ей или горевать.