Снежная невеста (СИ)

— Слушаю очень внимательно, — усмехнулась я, складывая руки на груди и устраиваясь поудобнее. 
— Для начала хотелось бы знать, кто ты такая? И где Элис? — огорошил меня Рис, не отрывая взгляда от дороги. 
У меня перехватило дыхание, сердце провалилось в пятки. В голове билась лишь одна мысль: «Как он узнал?»
— О чём ты? — выдавила я сипло. 
Вопрос мне самой показался фальшивым донельзя.
— О твоём поведении, — пояснил Дельхарт обыденно, словно мы беседовали о погоде. — У меня есть досье на мою невесту, как, впрочем, и на всю семью Тиннер. Ты же не думала, что я женюсь, не изучив предварительно наследственность будущей жены?
— А, ну да, племенная кобылка, собственно, так я и предполагала, — пробормотала я, от растерянности не контролируя, что говорю вслух. 
Вопреки ожиданиям, Рис лишь хмыкнул. 
Он вообще, кажется, не злился, и это пугало сильнее всего. 
Мы въехали в город, мимо замелькали разгорающиеся фонари. Стремительно темнело, но я не замечала этого, судорожно пытаясь сообразить, что именно рассказать. Про Мороза? Не поверит же! Просто о двойниках? А как я докажу, что Элис уступила мне место по доброй воле?
— Элис тихая, домашняя девочка, не привыкшая к шуму и повышенному вниманию, — продолжал Дельхарт. — Я знаю, что она собиралась стать актрисой, но вряд ли бы у неё получилось. Слишком велико давление — общественность, пресса, поклонники. Она бы и недели не продержалась в таком режиме. И уж точно не стала бы разгуливать по дирижаблю в подобном виде. 
Он неодобрительно покосился на мои брючки. Ну да, как разглядывать обтянутую тканью пятую точку, так они отличные, а как на невесте так сразу вид не тот. 
— Откуда вам знать? — не сдержалась я. 
Его комментарии до боли напомнили монолог мефру Тиннер. Осталось добавить, что без крепкой мужской руки бедняжка пропадёт. 
— Она нежный цветок, которому нужна забота и опора, — вдохновенно продолжал тем временем Рис, и я не выдержала. Закрыла лицо руками и заржала в голос. 
Дельхарт вздрогнул, выходя из режима упоённого цитирования невесть кем собранного досье — дилетанты, как пить дать — и с подозрением покосился на меня. 
— Ты плачешь? Это слёзы раскаяния? — уточнил он. — Что ты сделала с настоящей Элис, признавайся!
— Это слезы офигевания! — я выпрямилась, чувствуя как горят щеки и сводит челюсть от неконтролируемого приступа хохота. Он всё ещё клокотал где-то в горле, пытаясь прорваться истеричным хихиканьем. — Уволь тех агентов, что собирали тебе информацию. Им бы романы писать, а не психологический портрет составлять. Хотя нет — чтобы писать романы, как раз нужно разбираться в людях. А они этого не умеют. 
— То есть с Элис всё в порядке? — уточнил Рис на всякий случай. 
Я закатила глаза. 
— Разумеется! — тяжело вздохнула, решив сознаться сразу во всём. Не поверит — его проблема. Свидетелей разговора нет, если что буду отбрехиваться до последнего. — Бедняжка такая нежная, такая ранимая, что предпочла сбежать в другой мир, нежели выходить за тебя замуж. 
Дельхарт помрачнел. Я с запозданием поняла, что формулировка получилась не очень. Как бы он не подумал, что я так завуалированно созналась в убийстве! Мир иной и всё такое. 
Вообще, странное место он выбрал для допроса. Я скорее притащила бы подозрительную личность — то есть себя — в участок, благо шишка он немаленькая, и полиция ему подчиняется. А тут — светская беседа, в тепле и комфорте. 
— Другой мир? — задумчиво протянул Рис. — Получается, она там, а ты здесь? Вы поменялись? Добровольно?
— Ну как бы да, — осторожно подтвердила я, в любой момент ожидая всплеска негодования по поводу обмана. 
Попробуй я кому сказать на родине, что их невеста сбежала в параллельность — засмеют, покрутят у виска, а то и в психушку сдадут. 
Разве что здесь попаданки не такая уж и редкость?
— Я так и думал! — торжествующе усмехнулся Дельхарт, и я окончательно растерялась. — Когда ты заговорила про отпечатки пальцев на бомбе, я понял что что-то не так. В книгах таких деталей не расписывают. А кто ты по профессии там, у себя? Тоже технарь?
 
— Нет… — мотнула я головой, пытаясь переосмыслить происходящее. 
Значит, сюда и до меня попадали девушки? Ох, Мороз, и начудил ты, похоже, мы с Элис далеко не первые. 
Минуточку, что значит «тоже» технарь? 
— Жаль, — нескрываемо огорчился Рис. — Я думал тебя к расследованию привлечь, может, посоветуешь что. 
— Может, и посоветую. 
Переход от враждебности и допроса с пристрастием к предложению сотрудничества был таким резким, что у меня закружилась голова. Однако отказывать в помощи полиции я не собиралась. Это и в моих интересах. Если тот подрывник работал не один, за ним какая-то организация, лучше её раскрыть и арестовать всех как можно скорее. В следующий раз может так не повезти. Эдак я вовсе откажусь летать на дирижаблях! Будет досадно, только распробовала. 
— Хоть я и не инженер, а в людях и их психологии разбираюсь точно получше твоих горе-специалистов. 
— И кем же ты работаешь? — скептически приподнял бровь Дельхарт. 
Настал наш с Элис момент триумфа!
— Я актриса! — сообщила я гордо. 
Уточнять, что записываю ролики, не стала — вряд ли Рис вообще поймёт, что это. 
Снисходительный хмык был мне ответом. 
Надувшись, я отвернулась к окну. 
Ну и пусть сомневается, тем сокрушительнее будет его шок, когда я принесу пользу следствию! 
Я задумчиво куснула губу. А если и не принесу, невелика беда. Хуже от моего присутствия точно не будет. 
Начальник участка к идее привлечь меня к расследованию отнёсся откровенно скептически. Однако Дельхарт настоял. 
Точнее, он не оставил бедняге путей к отступлению. 
— Она со мной, — бросил он мимоходом, уверенно пересекая общий зал и распахивая дверь, ведущую к месту предварительного заключения. Там же располагалась и допросная, где уже сидел и ждал продолжения допроса преступник. 
Деир Арнер скривился, но последовал за нами молча, то и дело бросая на меня недоумённые взгляды. Мол, зачем тут эта фифа, не место ей тут. 
Меня терзало настойчивое подозрение, что на допросе я действительно совершенно не нужна. Просто Рис не до конца мне поверил и предпочитает держать сомнительную девицу в поле зрения. Мало ли, что я натворю, оставшись без присмотра в доме тётушки? Или же он хочет убедиться в моих словах на деле? Сказать, что двойник из параллельного мира — каждый может. А ты попробуй докажи, продемонстрируй знания, неведомые местным!
Признаюсь, после непринуждённого разговора по душам в авто меня слегка потряхивало. Ни в бомбах, ни в отпечатках пальцев я не понимала ровным счётом ничего, кроме того, что показывали обычно в блокбастерах — то есть сами термины знакомы, не более. И какой толк от меня будет в допросной, представляла смутно. Да, разумеется, хотелось ткнуть Дельхарта носом в ошибки и насладиться триумфом, однако я трезво оценивала свои способности и возможности. 
В данной ситуации лучшим выходом мне показалось затаиться и не отсвечивать, чем я старательно и занялась.
Коридор был почти пуст, редкие встречные полицейские замирали сусликами и вытягивались в струнку, завидев стремительно шагающего Риса и едва поспевающего за ним родного начальника. Я семенила следом, украдкой поглядывая по сторонам. Одинаковые двери и серые стены сливались в навевающий тоску незамысловатый узор, дважды нам пришлось миновать пропускной пункт, окон не было вообще — похоже, сбежать отсюда проблематично. Мне немного полегчало. Стресс после пережитого на борту ещё не выветрился окончательно.  
Дельхарт притормозил у окна в допросную, безмолвно вытянул руку, и выскочивший из кабинета сотрудник вложил в неё тоненькую стопку листов. 
— Упорствует, — прокомментировал он, пока Рис бегло просматривал полученные за прошедшие часы показания. — Утверждает, что работал один, никто не помогал, и прибор собрал сам. Изобразить схему и таким образом доказать своё авторство отказался.