Маленькая фея (СИ)

Врач вернулся с небольшим пузырьком и кружкой воды. Накапав несколько капель в воду, он поднес кружку к губам пациента. Де Модрибур послушно сделал несколько глотков и открыл глаза:
— Кто Вы? — посмотрел он на врача.
— Лекарь. Как вы себя чувствуете?
— Не слишком хорошо.
— Что ж, Ваша светлость, могу Вас заверить, что ваши травмы не опасны для жизни. Вам всего лишь нужен хороший уход.
— Что ж, — поморщился герцог. — Тогда, думаю, мне лучше вернуться в свое поместье. Лучшего ухода я не получу нигде.
— Как пожелаете, Ваша светлость, — поклонился врач.
Вечером де Модрибур покинул Монтелу, ни с кем не попрощавшись.
***
Прошло уже много часов с того момента, как карета ненавистного герцога в сопровождении многочисленного эскорта, состоящего из слуг и личной охраны, скрылась за воротами поместья, а Анжелика все еще не могла в это поверить. Неужели де Модрибур навсегда исчез из ее жизни?
Анжелика ловила себя на мысли, что с ужасом ожидает, что карета герцога снова появится во дворе замка. Едва забрезжил рассвет, девушка решила сбежать от навязчивых страхов и затянувшегося кошмара бесконечной ночи, и отправилась проведать Мелюзину и Рогье.
В пещере было снова уютно и тепло: над костром висел котел, в воздухе витал запах трав и ягод. Мелюзина по своему обыкновению молча перебирала какие-то порошки, пучки засушенных растений и время от времени добавляла в кипящее варево щепотку то одного, то другого.
— Доброе утро, Мелюзина, — поздоровалась Анжелика. — Как твое здоровье?
— А, птаха, это ты прилетела, — окинула взглядом девушку колдунья. — Справляюсь потихоньку, а ты, никак, помочь хотела?
— С удовольствием, — улыбнулась Анжелика, усаживаясь рядом и взяв пучок трав. — А где Анри?
— Парнишка уехал, когда солнце едва поднялось, — с ноткой грусти в голосе и тихонько вздохнув, ответила старуха. — Сказал, дома волнуются, а раз я в порядке, задерживаться ему здесь ни к чему.
— Как?! Даже не попрощавшись?! — воскликнула девушка.
Ей было обидно, что молодой человек уехал тайком, после всего того, что они пережили вместе.
— Не держи его, не нужен он тебе — лишь сердце ему истреплешь, а любви дать не сможешь. Любишь уже, сильно. Ой, как сильно! — покачала головой Мелюзина. — Сколько живу, такой любви не встречала. Только берегись. Любовь — это сила, а такой силе будут завидовать многие. И многие захотят сокрушить ее.
И вновь по спине Анжелики побежали мурашки.
— Что ты говоришь, Мелюзина? — дрогнувшим голосом спросила она.
— Словно не знаешь, — фыркнула колдунья. — Не здесь ты сейчас должна быть и не со мной говорить.
Под проницательным взглядом Мелюзины Анжелика смутилась. Если честно, она и сама понимала, что хочет немедленно сесть на лошадь и помчаться к домику Молина.
— Иди, птаха, — прошептала женщина, и эти тихие слова словно подтолкнули девушку к выходу из пещеры.
***
Анжелика скакала во весь опор, боясь не успеть. Сердце в груди стучало так сильно, что заглушало стук копыт несущейся по лесной тропинке лошади. Девушка представляла, как войдет в уже знакомый ей кабинет и увидит там графа де Пейрака. И как снова почувствует эту магическую силу его присутствия, гипнотическую притягательность темных глаз. И как скажет ему обо всем что чувствует, а потом…
Девушка на миг зажмурилась, чуть сильнее сжав в руках поводья. Потом он подойдет к ней и, обхватив руками за плечи, медленно склонится к ее губам и снова поцелует. Анжелика почувствовала, как от одной этой мысли ее щеки загорелись румянцем, а по телу пробежала дрожь.
Подъехав к домику из красного кирпича, девушка передала поводья подоспевшему слуге и направилась к двери.
— Мадемуазель де Сансе, — удивленно проговорила госпожа Молин. — Что-то произошло?
— Здравствуйте, мадам Молин, а граф де Пейрак еще здесь? — спросила девушка, отдышавшись.
— Да, сударыня. Он был в кабинете, — ответила она, впуская девушку в дом.
Анжелика прошла по коридору. Чем ближе она подходила к дверям кабинета, тем слышнее становились голоса мужчин. Разговор был напряженным.
 
— Мессир граф, Вы сами говорили, что рудник Аржантьер очень важен для вас. И я в который раз Вам повторяю, что барон де Сансе не продаст ни пяди своей земли, и единственная ваша возможность получить рудник в собственность — это взять в жены одну из его дочерей, а самая подходящая по возрасту — мадемуазель Анжелика.
Девушка остановилась за дверью и прислушалась.
— Господин Молин, я понимаю ваше негодование, так как вся эта история затрагивает и ваши интересы тоже, и поверьте, если бы ситуация была иной, я бы, ни минуты не раздумывая, согласился на такую сделку, но сейчас… — де Пейрак замолчал.
— Мессир, а вы уверены, что мадемуазель Анжелика влюблена в этого юношу? — негромко спросил управляющий.
— Она бросилась защищать его во время ритуала, — с ноткой ревности и досады в голосе ответил ему граф. — Какое же еще нужно подтверждение ее чувствам?
— Анжелика с детства славилась своим милосердием, ровно настолько же, насколько и необдуманными поступками, — покачал головой Молин. — И даже если она влюблена, то это мало что меняет. Граф, со всем уважением, позвольте мне напомнить, что брак в благородных семьях является сделкой, договором, и я не вижу особых причин поступать в этом случае как-то иначе. Кроме того, не забывайте, что в любое время к де Модрибуру может вернуться память, и кто знает, что придет на ум герцогу, который не побрезговал связаться с дьяволом. А сможет ли этот Рогье ее защитить? Ваш брак с юной баронессой выгоден как для вас, так и для нее. Она получит защиту, а вы — рудник.
Эти слова управляющего больно резанули Анжелику по самому сердцу. Все ее романтические мечты разбились о жестокую реальность. Графу нужен лишь Аржантьер! И вся его благородная помощь была лишь способом избавиться от конкурента, а сам он ничуть не лучше герцога. Она едва не задохнулась от обиды и злости. Первое, что ей захотелось — это сбежать, далеко и без оглядки, чтобы никогда больше не видеть ни графа, ни этого плута управляющего, но усилием воли она заставила себя остаться на месте. Нет, она выскажет им все, что о них думает, а после уйдет. И она толкнула дверь в кабинет.
— Мадемуазель Анжелика, какая неожиданность, — с поклоном поприветствовал ее Молин.
— Мадемуазель де Сансе, что-то произошло? — спросил граф, увидев, что девушка старается держаться холодно, но ее губы дрожат, а на глаза наворачиваются слезы.
— Я… я, — она закрыла глаза, чтобы не расплакаться. — Вы не получите ни Аржантьер, ни меня! — наконец выпалила Анжелика и резко развернулась, чтобы уйти.
Де Пейрак мгновенно понял, что девушка слышала их с Молином разговор и сделала свои, не совсем верные выводы.
Он успел схватить Анжелику за руку, прежде чем она бросилась к двери.
— Отпустите! — попыталась она освободиться из его железной хватки.
— Нет, — спокойно ответил Жоффрей.
Эконом, со всей присущей ему тактичностью, поклонился и вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.
— Я закричу, — опустив голову и пристально рассматривая рисунок ковра, произнесла Анжелика.
— Ну выслушайте же меня хотя бы, прежде чем поднимать шум, — в голосе мужчины прозвучала ирония. — Я прошу у Вас всего лишь несколько минут.
В тот же момент девушка почувствовала, что ее руку уже никто не держит. Анжелика повернулась к графу.
— Хорошо, я слушаю вас, господин де Пейрак.
— Помните, Вы пришли сюда маленькой девочкой выяснить, не колдун ли я. И я вам показал слиток золота.
— К чему вы клоните? — нахмурилась она.
 
— У меня есть золотой прииск в Лангедоке…
— Если вы хотите меня купить, то у Вас это не получится, — огрызнулась девушка.
— Анжелика, Вы обещали выслушать меня, — покачал головой граф. — Я собираюсь рассказать вам одну вещь, которая может навредить мне, господину Молину и вашему отцу, если об этом узнают. Возможно, сейчас я совершаю большую ошибку, но все-таки надеюсь, что могу вам доверять.