Маленькая фея (СИ)

— Добрый вечер, мадемуазель де Сансе, — с легкой улыбкой и вежливым поклоном поздоровался мужчина.
Такая доброжелательность не сулила ничего хорошего.
— Он был бы добрым, если бы вы сели в свою карету и отбыли отсюда как можно дальше, — съязвила она быстрее, чем успела подумать, что лучше бы ей было промолчать.
— Какая Вы сегодня дерзкая на язык, — ухмыльнулся герцог, подходя ближе.
Теперь он стоял в нескольких шагах от девушки, и Анжелика нервно поежилась. Понимая, что зря решила остаться с ним наедине, она уже было хотела выйти из комнаты, но не успела сделать и шага, как де Модрибур схватил ее за руку и резко развернул к себе.
— Отпустите меня, — она попыталась высвободить руку из крепкой хватки герцога.
— Анжелика, я думал, что вы умнее, — проговорил он с холодной яростью, от которой у девушки перехватило дыхание. — Вы так и не осознали, что ваша жизнь и жизнь ваших родных находиться в моей власти, — с этими словами он резко завернул руку девушки за спину, заставив ее зашипеть от боли и слегка прогнуться в пояснице, и она почувствовала нестерпимый жар от пламени в камине. На миг ей даже почудился запах опаленных волос, и она чуть было не закричала.
— Вы, маленькая глупышка, отчего-то решили, что граф де Пейрак настолько увлекся вами, что непременно придет вам на помощь, — зло зашептал герцог, пристально смотря в глаза Анжелике. — Так вот, оставьте напрасные надежды, ваш тулузский колдун уедет через день-два, а если не уедет, то я заставлю его это сделать. И подумайте еще раз над тем, чтобы вести себя примерно, и для общего блага постарайтесь больше не встречаться с графом.
Де Модрибур отпустил девушку и, как ни в чем не бывало, направился в столовую, где уже накрывали к ужину. Стараясь перевести дыхание и успокоить бешено колотящееся от испуга сердце, девушка так и осталась стоять возле камина с нестерпимым желанием вытащить оттуда горящую головешку и запустить ею в спину удаляющемуся мужчине.
В столовой уже собралась вся семья, кроме баронессы, которая снова была слишком слаба, чтобы спуститься к столу.
— Ты что-то бледна сегодня, — обратился к дочери барон. — Что — то случилось?
— Нет, отец, — вымученно улыбнулась ему Анжелика, садясь за стол. — Просто я немного утомилась.
— Понимаю, — кивнул барон. — Побывать на руднике, а особенно в самой шахте, конечно, очень познавательно, но в то же время жутковато, как мне кажется, — он немного помолчал. — Граф де Пейрак сказал, что вы вели сегодня себя очень храбро, дочь моя, хотя я нисколько не удивлен. Вы всегда были отважной до безрассудства!
Упоминание о графе заставило Анжелику вздрогнуть, а герцог де Модрибур, хоть и продолжал мило улыбаться, напрягся и глаза его сверкнули гневом. Девушка заставляла себя не обращать внимания на будущего мужа и вести себя, как обычно, но страх, пережитый только что, и злость на герцога напрочь лишили ее аппетита. Анжелику буквально мутило от одного запаха еды.
— Отец, простите, я устала больше, чем думала, — она встала из-за стола. — Позвольте мне уйти, — и девушка поклонилась обоим мужчинам с такой учтивостью, что ее наставницы в монастыре ахнули бы от восхищения.
— Да-да, конечно, — с тревогой глядя на дочь, ответил барон. — Скажи Фантине, чтобы она принесла тебе отвар. Не хватало еще, чтобы ты разболелась.
— Не стоит волноваться, отец, — поспешила успокоить барона Анжелика. — Мне просто надо хорошенько выспаться, и все пройдет.
Еще раз сделав реверанс, она поднялась к себе в комнату.
— Может, это и неплохо, что Анжелика ушла, — задумчиво проговорил барон. — Я хотел поговорить с Вами позже, Ваша светлость, но теперь не вижу поводов откладывать этот разговор.
— Да, конечно, — елейным голосом ответил герцог, отодвинув от себя тарелку и откинувшись на спинку стула. — О чем же?
— Об Анжелике, — барон де Сансе отпил немного вина, пытаясь найти подходящие слова. — Понимаете, вся эта спешка с вашей свадьбой… Моя дочь ведь еще так молода, она почти ребенок…
— Что вы хотите этим сказать? — герцог старался не показывать, насколько он разозлен. Сначала эта своенравная девчонка, а теперь еще и сам барон решили нарушить его планы.
 
— Вы думаете о том, чтобы отменить свадьбу? — спросил он напрямую.
— Нет, что вы, только немного повременить, — осторожно ответил Арман.
Он и сам точно не знал, чего хочет добиться этим разговором. Просто, чем неотвратимее приближался день бракосочетания герцога и Анжелики, тем яснее барон осознавал, что погорячился. Девушка всегда была его любимицей. Она была красива и умна, ее находчивости и способности слушать, понимать и делать выводы даже на, казалось, далекие от ее понимания темы он поражался еще в детстве. От нее всегда исходило какое-то неземное сияние, недаром же Фантина, едва девочка появилась на свет, сразу сообщила всем домочадцам, что она особенная, не такая, как все.
«Она — фея! Она — дочь звезды!», — до сих пор звучали у него в голове торжественные слова кормилицы. Подспудно он всегда знал, что этого маленького бесенка, его дикарочку, ждет великая и необычная судьба.
Барон прекрасно видел, что его дочь противится этому браку, да и сам осознавал, что ему бы не хотелось видеть ее замужем за человеком, пусть богатым и влиятельным, но чуть не одного с ним возраста. К тому же, вчера барон встречался с управляющим поместья Плесси и тот, стараясь скрыть обеспокоенность, рассказал о некоторых слухах, которые ходят о герцоге в Париже. Но даже не это заставило задуматься де Сансе о правильности его решения — ведь слухи слухам рознь, и не всем можно верить. А вот возможность того, что Анжеликой заинтересовался граф де Пейрак, человек богатый и знатный, а также известный ученый, натолкнуло барона на мысль выбрать иную партию для дочери. Еще на ужине, куда был приглашен граф, барон заметил, каким взглядом мужчина смотрел на Анжелику, да и сама девушка, казалось, нисколько не пугалась ни шрамов, ни хромоты графа и охотно общалась с ним за столом. Так что, как любящий отец, барон решился на этот сложный разговор с герцогом.
— Ах, Арман, — сокрушенно покачал головой де Модрибур. — Вам и вашей дочери выпал великий шанс выйти из тех стесненных обстоятельств, в которых вы пребываете. Брак со мной откроет Анжелике путь к богатству, славе и почестям. Вы же не станете отрицать, что поместье приходит в упадок, и лишь ваша торговля мулами, да еще небольшая прибыль от рудника позволяет вам держаться на плаву.
— Да, это так, но…
— Я буду откровенен с вами, барон, мне очень симпатична ваша дочь, и я готов на ней жениться, даже если вы не дадите за ней никакого приданого, — герцог подался вперед, ловя растерянный взгляд барона. — Меня очень огорчает Ваша нерешительность, но я хорошо понимаю, откуда она взялась.
Де Модрибур взял бокал со стола и отпив немного вина, слегка скривился. Ему уже набили оскомину эта кислятина, жесткие матрасы, сырость и холод здешних стен. Он устал от этого замка и от его глупого хозяина, больше похожего не на представителя древнего рода, а на простого крестьянина с его многочисленными детьми и мулами. С каждым днем терпение герцога таяло, и он все больше склонялся к мысли о том, чтобы просто-напросто похитить девчонку и увести ее в свой замок, как он и хотел изначально, но возможность получить в придачу с ней еще и рудник заставляла Модрибура сжать зубы и играть уже изрядно надоевшую ему роль искреннего влюбленного и благодетеля.
— Вы мне нравитесь, Арман, и я понимаю вас, как любящего и заботливого отца, но, если вы думаете, что этот граф-колдун решит жениться на вашей дочери, спешу вас заверить в ошибочности данного суждения, — покачал головой герцог. — Граф де Пейрак прославился в своей провинции как человек, так сказать, свободных нравов, считающий брак ненужной формальностью. Так что, на вашем месте, я бы не надеялся на его порядочность. Да и вряд ли бы вы хотели видеть свою дочь замужем за человеком, которого неизбежно ожидает костер.
 
С этими словами де Модрибур встал со стула. Де Сансе поспешно поднялся вслед за ним.