Чёрный поручик (СИ)

И лишь после этого начались тёры-перетёры о делах праведных.
— Владимир, а почему ты заинтересован низовьями Северского Донца, — допытывался тесть, — где гарантия, что там полно руды и каменного угля?
— И то и другое имеется, но угля видимо-невидимо и неисчерпаемо. Через Дон будем отправлять даже на Урал, пользуясь Волго-Донской переправой, а через Мариуполь хоть к чёрту на кулички, потому что морем. А если железную дорогу протянуть оттуда в запорожские земли, то там и руда хорошая имеется.
— А что с тамошними казёнными заводами делать?
— Пусть себе работают, пока их нам, "железороссам", не передадут.
О сборе европейских денег мы не заморачивались особыми разговорами, понимая, что если их не будет, то и весь гигантский проект накроется. Да и история строительства Николаевской железной дороги вдохновляет, когда европейские банки вложились в её строительство от всей души, а она и поныне работает, принося пользу России. И приносит в казну каждый год по семь миллионов рублей.
— Кстати, Франц Иоганнович, а сколько раз на вашей памяти европейцы вкладывались в различные крупные проекты, порой совершенно нереальные?
— Ну, так буржуа, как везде, люди далёкие от знания деталей проектов, вот и платят за слухи, — рассмеялся наш одомашненный миллионщик, — кстати, знакомый сказал, что сам Кочубей проявил интерес именно к нашей компании.
— Это какой же из них? — сразу навострил свои локаторы отец.
— Так Сергей Викторович, который за Софьей Демидовой волочился в своё время, а как она овдовела, так и женился на ней.
Деды о светских выкрутасах всё знают, поэтому даже не лезу в столь высокие сферы. Мне хватает пыток на другие темы.
— Вольдемар, но не было же случая, чтобы европейцы нам помогали без великой корысти для себя. Небось и сейчас или денег не вложат, или захотят на нашем горбу в рай войти.
— Отец, вон они Николаевскую и Варшавскую дороги за свой счёт построили, а мы пользуемся этими услугами.
Впрочем трудно людям объяснять, что главное, чтобы сервис был, как таковой. А про англичан они вообще ничего не понимают. Те и у себя чугун, железо и изделия из них делают, да ещё и экспортируют, но всё равно горы бабла пытаются хоть где-нибудь пристроить. И не потому, что имеют семь пятниц на неделе, а потому что не все обыватели с деньгами где-нибудь да пристроены. Вот и закупают акции "Русского железа", хотя это непатриотично, ибо создают себе потенциального конкурента.
В германских землях ещё хватает легкодобываемого железа, но богатеи и к нам идут. Так как в той же Пруссии в нынешнюю металлургическую сферу деятельности уже палец сунуть невозможно. Многие инвесторы умудряются оценивать перспективность лишь по рекламным заявлениям (знаем, кем и как они написаны) и по советам "профессионалов". А то, что этих профи как следует профинансировали добрые щедрые русские дяди заблаговременно, так о том нигде не сообщается. И чихать я хотел на возможные упрёки класса "европейскую цивилизацию нельзя водить за нос, тем паче русскими руками, это неблагородно и совестно". Нет у меня совести по отношению к евроте, есть лишь хищнические подходы и методы ведения загонной охоты.
Пусть Европа платит сегодня, даже если ей вообще хрен обломится! Мы тоже умеем красивые фантики продавать, только почему-то стесняемся этого и, как идиоты, друг друга одёргиваем. Вон, алмазное месторождение уже боком начинает выходить лимонникам, но они молчат и даже делают вид, что "в Багдаде всё спокойно". Почему, спрашивается тревогу не бьют и не вопят на весь мир, что русские их обманули? Так потому, что хотят найти других дураков, чтобы сбыть с рук сорок десятин будущей воронки. Да. алмазы есть, недавно нашли один аж 32 карата весом внутри круга в три с лишним версты окружностью. Вот только сколько старателей понадобится, чтобы такие гигантские копи обслуживать? Причём в климате, где холодное время года длится дольше, чем более менее тёплое. Это же не круглогодичная мягкая плодородная Индия с высокой плотностью населения.
 
Ближе к концу сентября пришла новость о попытке какого-то поляка пристрелить Константина Николаевича. Чувак быстро приближался к наместнику, но шагах в двадцати был расстрелян сразу из двух револьверов "моими" охранниками. Шансов у революционера не было, так как он вопил нечто вроде "смерть сатрапам", но бойцы среагировали на то, что в руках он держал пистолет.
— Великий князь вознаградил ваших, выдав по рублю на водку! — торжественно провозгласил Невской, — это великая влагодарность.
— Приятно, Николай Васильевич, отрадно слышать. Интересно, а как они эти деньги использовали, если практически не пьют, разве что фужер-другой шампанского, да и то на Рождество Христово?
— Да, тут накладка вышла. Ваши добавили своих денег и купили бутылку отличного французского шампанского. Кажется, наместник даже обиделся, что не накупили дешёвой водки и не напоили всех своих.
Ещё бы он не обиделся на то, что ему жизнь спасли, которую великий князь оценил в целых два рубля серебром. Мало того, мои уже два раза в безобразных драках были замешаны. Один раз втроём отмудохали дюжину казаков Конвоя, причём один из наших пострадал (ему рукав порвали). Во второй раз сцепились с рядовыми гвардейцами, всего лишь задиравших пару охранников и начавших размахивать кулаками, чтобы силой десятка опустить "пришлых" ниже уровня городской канализации. Просто, чтобы показать, как положено, кто в доме хозяин. В итоге гвардейцев (слава богу, что не дворян, а из третьего, подлого, сословия) передали врачам, а одному из моих левую руку повредили. Дело случилось возле стены каменного здания, вот он и промахнулся разок, не попав в челюсть увернувшемуся противнику. Теперь жди пока отбитый о стену кулак в норму придёт. Слава богу, что силу сдерживал, иначе мог и сломать свою кисть.
— Я переживаю, Владимир Михайлович, как бы не отправили ваших молодцев обратно, в Петербург. Они в Варшаве совсем ко двору солдатскому и казачьему не пришлись. Не пьянствуют, стараются не задираться, по девкам не бегают, да ещё и в кости или карты не играют. И побить себя не дают, а те, кто давно на службе, явно недовольны этим остаются.
От таких слов сразу вспомнилось собственное прошлое, когда попал в учебку. Меня на третий день поставили дневальным, а после отбоя подошёл младший сержант Томковид и потребовал, чтобы я ему хэбэшку постирал, а когда просохнет, ещё и отгладил как следует. Блин, он штабной писарчук, вообще-то, и старослужащий, но я в такие нюансы не врубался и отказался на свою голову. Томковид тут же врезал мне в ухо боковым, но сам же получил от меня левой и убыл в нокаут. Конечно, силу я сдержал, чтобы не покалечить сослуживца, поэтому обошлось без тяжких телесных. В итоге, мне дали три наряда вне очереди и пояснили, что младший сержант, вообще-то, КМС по боксу. Но я же не знал таких деталей, вот и пришлось отбыть на кухню, посуду мыть. Впоследствии меня не трогали, так как никакому деду неохота быть отмудоханным зелёным бойцом.
В октябре миномёт и его подотчётные мины оправдали своё высокое (по дуге) мощно профинансированное предназначение и я угомонился. Есть отныне "воющая смерть" одинаково удобная, как для РДГ, так и для новой пехоты, а в каких-то случаях даже для кавалеристов (только я не врубинштейн, где они её будут применять).
Десятизарядки тоже угомонились и перестали доставать своим заклиниванием, так что приступил к их накоплению в самом последнем, оптимизированном, варианте. Для своих нужд, а не для насыщения русской армии, тем и однозарядок хватит. А вот с пулемётом пока не всё ладно, по-прежнему, устраняя одни недоработки, вылавливаем другие. Чтобы не заморачиваться с разновидностями магазинов, оставил ленты с патронами.
— Владимир Михайлович, — стенал Терехов, — но металлическая уж очень дорого выходит. Давайте матерчатые варианты попробуем.
Нет, уважаемый, пусть лента будет стоить даже, как целый пулемёт, всё равно не отступлюсь.