Змей Искуситель. Исцеление (СИ)

— Я люблю тебя Джон и счастлива, что ты со мной. Я впервые захожу сюда с гордостью, — выпалила Натали. Он вскинул брови в удивлении. — Обычно я была в роли одиночки-трудоголика, которую все пытались вразумить и пожалеть.
— Не позволю тебя обижать, — предупредил Джон, поймав ее губы в легком поцелуе. Ведьма таяла от их взаимных ласк, теряя тревогу.
— Я знаю.
Она лично убедилась в этом и не один раз.
— Наконец-то! Я думала Джон тебя снова похитил и увез в Палермо, — к ним навстречу выбежала Кьяра. Веселая, искренняя. Ее неуемного духа свободы, энергии и взбалмошности очень не хватало. Белое платье закрывало горло, но имело сумасшедший разрез посредине подола для ног. Россыпь страз и пайеток на груди подчеркивали безупречную фигуру девушки. Темно-каштановые гладкие волосы разделены пробором посередине и идеально убраны за спину, не позволяя ни одной пряди выбиться из прически. Ее внешний вид возвращал к тому, что перед ними сама Кьяра Донни, пускай для Джона и Натали она оставалась младшей сестренкой.
Натали обняла Кьяру.
— Не думала, что ты здесь будешь, но очень этому рада.
Джон подставил щеку для поцелуя сестры и тоже приобнял ее.
— Что ты, я обожаю такие мероприятия. Все Лагранжи здесь, Конте, Бальтасар с Клаудией и Стеф, ну и Бонаци конечно, как без них. Сейчас будет ужин, а потом уже приедут остальные гости.
— Бальтасар? — удивился Джон.
Натали забыла предупредить его. Конечно он догадался, но не успел ничего съязвить.
Кьяра схватила обоих под руки и повела в другой зал как непослушных детей.
— Мне кажется, сегодня назревает что-то интересное и взрывоопасное, — она получала странное удовольствие от всей ситуации. — Слишком много Конте на один квадратный метр. Бальтасар не мог такое пропустить.
Натали и Джон переглянулись. Отделенные Кьярой, не сговариваясь, читали мысли друг друга.
Впереди их ждала катастрофа.
Натали вдруг подумала, что надо было соглашаться на уговоры Джона переехать в Милан. Теперь полгода будет ворчать по этому поводу.
— Приветствую вас, — самый старый дворецкий встретил их перед входом в зал для приемов, примыкающий к просторной столовой.
— Здравствуй, Генри. Как твои дела? — Натали кивнула служащему, на глазах которого выросла.
— Без вас очень тоскливо, мисс Натали. Только вы могли скрасить мои будни, — седовласый старик открыл двустворчатые двери.
— А что Селин?
— Совершенно не умеет бодрить вашу родню. Все слишком чинно и благородно.
Джон повеселел. Ну, надо же, не он один разглядел ее натуру. Натали прищурилась в угрозе, рассмешив его еще больше. Он поменялся с Кьярой местами, чтобы иметь возможность всласть поиздеваться над Натали.
Его веселье оборвала открывшаяся интересная картина. Бабушка Катарина сидела рядом с Бальтасаром на диване-кушетке в центре огромной гостиной и заливисто смеялась от его шуток. Он — в характерном для себя красном смокинге, она — в черном платье до колен, подчеркивающем ее хрупкость и худобу. Прямая спина Катарины выдавала в ней жесткий стержень и неимоверную силу воли, без которых сложно было бы поддерживать свою довольно большую семью с двумя сыновьями, внуками и правнуками и при этом активно участвовать в укреплении «Лагранж Энтерпрайзес». Она не управляла компанией напрямую уже больше десяти лет, но находилась в составе совета директоров. Вскинула подбородок и взглянула прозрачными, но немного потускневшими, серыми глазами на них. Натали и правда немного на нее похожа.
Бальтасар проследил за взглядом Катарины и воскликнул:
— Джованни, Натали, а вот и вы. Я уж думал, что ты увез свою красотку на другой конец света, — Бальтасар энергично встал и пожал руку Джону. Натали расцеловал в обе щеки, в восторге взглянув на живот. — Я так рад за вас. Помню, ты еще у меня дома себя странно вела. Мы все догадались, что Джованни не промах. Хотя неудивительно, будь я помоложе…
Натали улыбалась изо всех сил. У нее даже скулы свело. Потому что помимо Бальтасара и Катарины на них обратили внимание все родственники в этом зале. Джон подошел к Катарине и поцеловал ее руку, помогая встать. Бабушка засияла от проявленного внимания.
 
— Понимаю, почему Натали выбрала тебя, — она подмигнула. — В прошлый раз вы только начинали узнавать друг друга, сейчас же просто единое целое. Однако вынуждена тебя отругать, молодой человек. Что за манера наградить ребенком мою прекрасную девочку, а потом делать предложение?
Катарина говорила слишком громко. В зале повисла тишина.
— Мадам, вынужден защититься. Предложение я сделал до того, как узнал о нашем с Натали малыше. Я очень люблю вашу внучку и надеюсь, что вы одобрите наше решение пожениться.
— Не торопись, — Катарина перевела взгляд на подошедшего Джеймса. Натали тем временем обнималась с сестрой. Их окружили Лорен и Кьяра.
— Добрый вечер, Джеймс, — Джон протянул руку и обратил внимание на маячившую голову своей матери за ним.
— Добрый вечер, Джон, — холодные голубые глаза Джеймса скрестились с ним в нелепом соперничестве. — Добро пожаловать в наш дом. Полагаю, Натали тебе рассказала, что мы с Лили… твоей матерью вместе?
Джон держался учтиво и старался прятать любые эмоции. Джеймс даже в своем возрасте хорош собой. Защищал Лилиан, а она держалась за его локоть и робко сказала:
— Здравствуй, сынок, — ее теплые карие глаза с восхищением взирали на Джеймса. В душе Джон спокоен за мать. Она нашла свое счастье. Выбор в качестве мужчины у нее спорный, но хороший. Абсолютная противоположность Тео. Лилиан заслужила немного спокойствия. Она и так отдала всю свою молодость монстру, пытаясь вырастить сына и дочь правильно. Потом помогала ему с девочками. Кажется, ей пора пожить для себя.
— Лилиан, папа, бабушка, здравствуйте, — мягкий тембр Натали отвлек Джона от размышлений. В его груди разлилось тепло не только от ее присутствия, но и от лучезарной улыбки и приветственных объятий с близкими. Глаза блестели от невыплаканных слез счастья. Она не виделась с родственниками с того момента, как инсценировала свою смерть. Два месяца назад почти, а казалось, что прошла вечность. Слишком много событий и переживаний с обеих сторон.
— Все в порядке, Джеймс. Спасибо, что остались рядом с моей мамой, — Джон еще раз пожал руку будущему тестю. — Хоть это и немного странно. Ваша дочь меня морально подготовила.
— Натали тот еще дипломат. Она по большей части что-нибудь ломать, — рассмеялся Джеймс, целуя дочь.
С каждой секундой людей вокруг них становилось все больше. Поздравления сыпались со всех сторон. Больше всего радовались их предстоящей свадьбе, но и Натали по животу погладили, пожалуй, все женщины в зале. Несмотря на облегающий силуэт платья, живот едва выступал, очень деликатно натягивал платье, однако и не отнимал у Натали природную грацию и сексуальность благодаря идеальным формам с пышной грудью и округлыми бедрами, на которые Джон бессовестно пялился еще в первый день встречи. И продолжал до сих пор.
Она каждый раз ощущала его взгляд на себе. Интуитивно. И всегда дарила ему потрясающую улыбку, полную обещаний.
— Джон, рад тебя видеть, — окликнул его подошедший к нему Алекс, протягивая руку. Под локоть с ним стояла Мишель в элегантном черном платье с открытой грудью. Черные длинные волнистые волосы блестели от искусственного света. Полные губы растянулись в чарующей улыбке с ямочками. Удивительные глаза прекрасно сочетались с изумрудом на ее шее. «Слеза Микаэлы».
— И я, — проворковала Мишель. — Как дела?
Ему срочно нужна Натали. Джон обернулся к ней, и она тут же подошла к нему, схватившись за ладонь, переплетая пальцы.
— У нас все хорошо, — ответил Джон, успокаиваясь. Не думал, не знал и даже не догадывался, что его могло от Мишель бросить в шторм. Алекс безусловно заметил и наградил его недобрым взглядом, прижимая глубоко беременную жену к себе. Он что? Спятил? Мишель вот-вот родит, а он все ее ревновал.
— Привет, Натали. Выглядишь превосходно, как всегда, — но кузен тут же перевел внимание на его невесту, широко улыбаясь. Натали бросилась ему в объятия, смеясь. Алекс обхватил ее лицо руками. — Ты в порядке?