Рейсер. На ступень выше (СИ)
— Ясно. Значит, команду точно придётся менять, — проговорил я.
— Ну а чем плох, скажем, «Мотопарк»? — сказал Валентин Олегович. — Они тоже на хорошем уровне, и мы считаем, что и в их составе на втором году участия ты сможешь бороться за победу в чемпионате. Мотивация есть, да?
— Не жалуюсь, — ответил я. — Постараюсь оправдать ожидания. Извините за вопрос, а этой зимой можно будет где-нибудь поучаствовать, чтобы навыки не растерять? Скажем, «МРФ-Челлендж»?..
— Нет, — отрубил директор. — К этой серии мы после прошлого года потеряли интерес. Сейчас для нас имеют значение только основные чемпионаты. Да и сил сколько тебе понадобится… Постсезонные тесты, разработка игры… — Он покачал головой. — Нет. И так хватит.
— Что ж, спасибо и на этом, — произнёс я и поднялся со стула. — Я так понимаю, это всё?
— Да, — кивнул Саморуков. — Во сколько у тебя рейс?
— Завтра с утра.
— Тогда более детально обсудим всё, когда вернёшься. Можешь идти.
— До свидания, — сказал я и вышел.
И уже в коридоре прошептал про себя: «Йес! Йес!» — и с улыбкой во весь рот потряс сжатыми кулаками. Мог бы и попрыгать, но вдруг бы кто-то прошёл? Ловить кринж в минуту радости я не собирался.
Всё-таки это было не зря. Теперь, если всё сложится удачно, моё «большое будущее» в автоспорте гарантированно продлится ещё на пару лет.
Надо только у отца спросить, чем он планирует заниматься. И сколько денег готов в случае чего выделить.
Мои биткоины в последнее время упали, ощутимо дорожать начнут лишь к концу месяца. Да и от общей необходимой суммы мои криптовалютные накопления — капля в море.
Но ничего. Не впервой. Прорвёмся.
* * *
Четверг, 13 октября, Хоккенхайм
Лэнс нервничал. Это инженер видел по тому, как юный гонщик мерил дёргаными шагами комнату, теребил ухоженные чёрные волосы и молнию тёплой «премовской» толстовки. Но сделать замечание не решился.
За него это сделал Стролл-старший, который сидел за небольшим столом вместе с сотрудником команды и изучал принесённые тем наброски и схемы:
— Сядь, Лэнс, не мельтеши. Волнением делу не поможешь.
— Я столько сделал для победы в этом чемпионате… — пробурчал подросток, но хождения взад-вперёд не прекратил. — А теперь Расселл может её у меня отнять. Сорок очков суперлицензии! Куда ему столько — он даже не резервист…
— По нашим данным, Джордж проводил в прошлом году тесты с «Маклареном», — осторожно сказал инженер. — Также, возможно, в ближайшем будущем он присоединится к молодёжной программе «Мерседес» и станет их тест-пилотом. И для получения лицензии на «Ф-1» ему хватит и второго места в текущем сезоне.
— Тебе, Лэнс, тоже, — заметил отец гонщика. — И забудь ты это своё «я»! Мы! Мы сделали! В первую очередь это заслуга команды, обеспечившей для этого подходящие условия. Да сядь ты уже, наконец!
Стролл-младший шумно выдохнул и плюхнулся на стул рядом со взрослыми. Сцепил руки в замок, положив их на колени, и продолжил:
— Ещё этот их прихвостень хайтековский, Жумакин… Им вдвоём, должно быть, болиды так накрутили, что они только за счёт этого к нам подобрались вплотную. А других двоих, наоборот, задвинули… Но чёрт, я же ни на кого из пилотов «Премы» не могу положиться! Макс злится из-за неудач в Имоле, Ник вообще со мной не разговаривает, а эта… Форман своему русскому другу подыгрывает…
— Всё сказал? — негромко произнёс старший из канадцев. — А теперь перестань ныть и послушай, что тебе специалист скажет.
— Да, Лэнс, всё не так плохо, как кажется, — сказал инженер и пододвинул к пилоту «Премы» пару графиков. — Это данные прохождения шпильки и «Южной петли» — сравнение между тобой и Расселлом. В среднем ты выигрывал здесь на летних тестах примерно по две десятые из-за более резкого входа и агрессивной работы газом на выходе. К тому же наша машина более стабильна в поворотах, и это даёт дополнительное преимущество на разгоне после выхода…
— Да знаю я всё! — Лэнс, изучавший распечатки, пока инженер говорил, бросил листки обратно на стол. — Но это медленные повороты! На прямых отрезках и в «Параболике» они вряд ли будут так много нам уступать, а судя по Имоле и Спа, в скоростных они даже быстрее! Нам придётся очень постараться, чтобы опередить их на этой трассе.
— Вот и постарайся, — ответил олигарх. — Действительно, зря, что ли, была вся эта наша эпопея? Хоть в «Уильямс» ты и так попадёшь, но выиграть сейчас очень бы не помешало.
Всё в твоих руках, Лэнс, — в прямом смысле слова.
* * *
В это же время
— …Если на первую гонку у меня будут шины с первой квалы, то я опять не выше шестого места приеду, — сказал я. — Утро, трасса прохладная… сложно будет разогреть шины сильнее, чем у других.
— Увы, за термочехлами — это в «Формулу-1», — сыронизировал Патрик и сделал очередную пометку в своём блокноте. — Могу предложить тебе снова сделать в квалификации поменьше кругов, а в заезде резче атаковать повороты, чтобы трение лучше нагревало резину.
— Да, но тогда я на апексе буду терять по нескольку сотых, а с круга это уже солидное время получается…
Гоночный инженер вздохнул и повертел в пальцах ручку. Задумчиво оглянулся на остальных пилотов, которые со своими «наставниками» прорабатывали тактику на этап, и координировавшего всё это дело нашего главного стратега Джордана. Затем вновь повернулся ко мне:
— Выходит, наша с тобой цель в субботу с утра — минимизировать потери. Потому что если один комплект растянуть на Q1 и Q2, а потом стартовать на свежих, то потом придётся использовать покрышки, прикатанные уже в гонке, а это значительно больший риск, чем…
— Всё, всё, я понял. Зато потом будет проще.
— Майкл, а почему ты считаешь, что проблемы с прогревом возникнут только в субботу утром, а не в воскресенье? По прогнозу, в последний день уик-энда даже холоднее будет…
— Но я уже буду знать, чего ожидать от резины в условиях гонки, и найду, как использовать ресурс по максимуму.
— Отлично… значит, стратегия по шинам согласована…
Записав ещё что-то в блокноте, Патрик встал, подошёл к Джордану и о чём-то негромко с ним переговорил. Потом вернулся на место рядом со мной, а Джордан привлёк общее внимание и запустил новую тему для обсуждения:
— Нам может понадобиться командная тактика, чтобы максимизировать шансы отнять у «Премы» победу хотя бы в одном зачёте. Думаю, очевидно, что побеждать должен Джордж, а по мере возможностей его будет прикрывать Майкл. Вопрос в том, как именно это будет сделано.
— По-моему, тут всё понятно, — подал голос Джордж. — Мы все постараемся квалифицироваться как можно выше. На старте я и Майкл уезжаем вперёд и боремся за два первых места со Строллом. При этом если вмешается кто-то ещё, это будет нам на руку, так как Лэнс может потерять важные очки…
— Не стоит забывать про Форман, — напомнил я. — Она хоть в целом и не поддерживает лидера, но за подиум для себя точно попробует побороться.
— Вот ты ею и займись, — кивнул мне Джордан. — И да, давай договоримся без самодеятельности. Мы оценили опыт Имолы, когда ты обогнал Стролла и, задержав его за собой, позволил Джорджу вырваться вперёд, но, пожалуйста, делай это сам только после сигнала с пит-уолла. Пусть это будет наш план «икс».
— Но нам понадобится ещё и изрядная доля везения, — заметил инженер Расселла. — Сейчас мы отстаём в личном зачёте на тридцать семь очков, и если даже все три гонки сложатся полностью по нашему сценарию, то есть на пьедестале будут Джордж, Майкл и Лиза, то всё равно Стролл будет сильнейшим среди остальных и в обычном случае приедет не ниже четвёртого места. И нам не хватит одного очка, чтобы сравняться, и двух, чтобы победить. Поэтому стоит придумать что-нибудь в довесок.
— Мы должны вывести Стролла из себя, — сказал я, и все повернулись ко мне. — Заставить занервничать, совершить ошибку. Нет, я не говорю о том, чтобы его выбить или развернуть: в ФИА эту затею просекут на раз-два… Но как-нибудь надавить на канадца нам бы точно было полезно.