Рейсер. На ступень выше (СИ)

— Где Гордей? — спросил Костя; его глаза за стёклами прямоугольных очков без оправы сверкали неприязнью и решимостью.
— Ваш друг в машине — на случай, чтобы, если мы придём к компромиссу, я смог немедленно выполнить обещание. Подождите секунду, мой сотрудник должен всё проверить.
Семёнов махнул своему спутнику, и тот «обшарил» детектором стол (причём полностью: столешницу с обеих сторон и ножки от самого пола), все четыре стула, а ещё стену, радом с которой стол находился, и пол — под столом и примерно квадратный метр сбоку. Затем шагнул ближе к людям из «Косогор Студио».
— Извините, вас тоже, — сказал «охранник». — Руки в стороны.
— Да пожалуйста, — буркнул Костя и нехотя подчинился.
Его и Соню также методично просканировали — и, ничего не найдя, человек в костюме отошёл к своему начальнику.
— Всё чисто, — произнёс он, обводя глазами полупустое кафе. — Можно беседовать.
— Благодарю, вы свободны, — ответил Семёнов и сел. Костя и Соня последовали его примеру. — Ждите меня в машине. Если я позвоню, отпускаем «клиента».
— Хорошо, — сказал «секьюрити» и направился к выходу из зала, едва не столкнувшись в дверях с подростком в кепке, клетчатой рубашке и солнцезащитных очках.
А сидевшие за столом приготовились к разговору.
— Итак, какие у нас варианты? — спросил Костя, провожая настороженным взглядом подростка, который, делая вид, будто никого не замечает вокруг, прошёл мимо них, сел за соседний столик и заказал себе кофе.
— Их два, — развёл большие пальцы на сложенных в замок руках Семёнов. — Первый — базовый, его я вам предлагал с самого начала. Передать мне коммерческие права и продолжить работу над проектом, но уже под моим контролем. При этом все отчисления начнут приходить мне, а вы будете получать хорошую по столичным меркам зарплату.
И второй вариант, который, мне так кажется, стал уместен теперь. Вы можете полностью продать мне «LiveSmart». Права вместе с исходным кодом и документацией. И я готов предложить вам, так сказать, за все неудобства вот такую сумму…
Семёнов достал из портфеля ручку, написал на салфетке несколько цифр и пододвинул её к Косте и Соне.
Девушка подняла брови, увидев число, которое было указано. Парень же принахмурился, поправил очки и взял салфетку в руки.
— Придётся контракты с фирмами бытовой техники перезаключать, — сказал он. — Просто так ни то, ни другое сделать не получится.
— Перезаключим, — пожал плечами Семёнов. — Мои юристы займутся этим. У вас же там прописаны пункты о возможных допсоглашениях? — Костя, помедлив, кивнул. — Вот и отлично. Не будет затягивать… Так, сейчас выходные, на следующей неделе начнём процесс. Итак, время для раздумий, пока мы тут говорили, у вас было — каков ваш ответ?
Костя и Соня переглянулись. Айтишник выставил на правой руке один палец, на левой — два, по всей видимости обозначая варианты: первый или второй. Увидев, куда показала взглядом девушка, он кивнул и повернулся к Семёнову.
— Для нас выбор очевиден. Мы хотели бы продолжить работу над проектом.
— Значит, так тому и быть, — ответил владелец «BSX Group», порылся в портфеле и вынул две стопки скреплённых степлером листов. — Я подстраховался и подготовил оба варианта договора. Здесь два экземпляра первого. Подписывайте, — и он подвинул ручку к молодым людям.
— Погодите… Тут уже есть подписи Гордея? — Костя, полистав договор, удивлённо посмотрел на Семёнова.
— Ради того, чтобы выйти на свободу, человек что угодно подпишет, — сказал тот. — Читайте, в том числе и мелкий шрифт, чтобы потом между нами не было недопониманий. Я жду.
«Косогоровцы» углубились в чтение представленных экземпляров.
Пробежав глазами договор до конца, Костя с отсутствующим видом взял ручку, повертел её в пальцах — и вдруг махнул рукой и подписал каждую страницу в обеих стопках. Следом свои автографы оставила Соня.
— Благодарю, — сказал семёнов и расписался везде сам. Один экземпляр убрал назад в портфель, другой оставил на столе. — Это вам. Напишите, пожалуйста, ещё список компаний, с которыми вы сотрудничаете. Чтобы мне знать, с кем договариваться.
 
Костя черкнул на той же салфетке с другой стороны несколько названий.
— Отлично. Ну вот, и стоило из-за этого в бега подаваться…
— Мы всё сделали. Теперь выпустите Гордея! — сказала Соня.
— Можно потише? Нам ведь не нужно лишнее внимание к этой истории, верно?..
Семёнов достал смартфон и позвонил кому-то, произнеся лишь:
— Мы договорились. Он свободен. — И обратился к молодым людям: — Ваш друг сейчас выйдет из машины. Он будет ждать вас снаружи, чтобы не смущать посетителей бизнес-центра своим видом. Кстати, это, — он вынул белый конверт и положил перед «косогоровцами», — компенсация за моральный ущерб. Надеюсь, наши прежние разногласия не станут критичной помехой для сотрудничества.
Костя скосил глаза на Соню и заметил, как она ниже уровня стола — так, чтобы не мог видеть Семёнов, — скрестила два пальца. В точности повторяя жест Гордея на видео.
— Знаете, нам это не нужно, — сказал айтишник и толкнул конверт по гладкой полированной столешнице обратно к Кириллу Альбертовичу. — В отличие от вас, мы хотя бы пытаемся следовать своим принципам.
— Что ж, я вас услышал, — проронил Семёнов и поднялся. — Когда всё будет готово к подписанию допсоглашений, я вам позвоню. Всего доброго.
И ушёл, напоследок оглянувшись и задержав взгляд на подростке, сидевшем спиной к двери. Тот, судя по всему, снял тёмные очки, но остался в кепке, закрывавшей волосы, и попивал кофе; узнать его со спины не было никакой возможности.
Как только фигура владельца «BSX Group» исчезла за поворотом коридора со стеклянными стенами, Костя шумно выдохнул и обернулся через плечо:
— Ну что, Миша, всё записалось?
* * *
Ещё с июля мне не давала покоя мысль: что там у «Косогора», как они справляются? Костя не выходил на связь, а я сам не решался писать им, не зная, что происходит. Если учесть, что мне до этого пришлось по большому счёту сбежать с мамой из страны, чтобы уйти от оппонентов, то у моей нерешительности были причины.
Но после треволнений конца июля я счёл нужным прояснить для себя ситуацию. Тем более, что за несколько недель хоть какие-то подвижки должны были последовать.
Поначалу я обрадовался, когда Костя мне ответил на сообщение, посланное сразу по окончании тестов. Но по мере чтения изложенной версии событий у меня волосы вставали дыбом.
Это ж надо — всё проспать и радоваться жизни, когда такие дела творятся! Замкнуться в своём гоночном мирке и оказаться неспособным прийти на выручку!
И я твёрдо решил в перерыве между этапами это исправить.
Идея ответного хода у меня возникла сразу, как только я узнал все подробности. Ведь чтобы прижать «BSX Group», нужны конкретные доказательства. И нет ничего лучше, если Семёнов сам обо всём проговорится.
Согласно закону, нелегально сделанными являются записи, касающиеся личной или семейной жизни. Исключение — записи, сделанные для защиты своих прав ну и касающиеся только этой темы. Мы же не собираемся шантажировать Семёнова — за это он на нас такую охоту объявит, что похищение Гордея по сравнение с этим будет цветочками.
Конечно, есть шанс, что неуважаемый Кирилл Альбертович всех подкупит и запись не примут ко вниманию, но у нас другого-то выхода и нет, кроме как идти ва-банк, если мы хотим вернуть всё как было. В гонках мне такой подход не раз помогал — будем надеяться, что и теперь результат оправдает риски.
План сложился в моей голове по дороге в аэропорт — я успел забронировать билет на улетающий ночью рейс до Москвы. Родителям в Финке придётся ещё какое-то время обойтись без моего присутствия, но это временно. И они всё поймут, я уверен.
Биткоин, кстати, упал до сорока с лишним тысяч. Подожду августа, когда он будет весь месяц колебаться на уровне тридцати восьми, и закуплюсь по новой, чтобы и дальше помогать папе с бизнесом, а заодно и строить собственные планы.