Рейсер. На ступень выше (СИ)

  
Рейсер. На ступень выше
   
Тесты. Барселона, декабрь
 
Все совпадения случайны. Описанное может в чём-то не соответствовать действительности, поэтому прошу воспринимать всю книгу как фантастику… которой она по большому счёту и является. Приятного чтения!
Это музыка для быстрых тачек,
Это для пацанов, что обожают лихачить.
Это прокачивает круче «Pimp My Ride» Xzibit[1],
Это для всех крутых колёс на дизеле и бензине…
St1m
Жизнь — это гонка. Кто-то впереди, а кто-то отстаёт.
«Детский КВН»
Возраст важнее в паспорте, чем на трассе.
Михаэль Шумахер
* * *
Четверг, 3 декабря 2015, 8:00
Монтмело (Испания)
Машина остановилась. Я толкнул дверь и вылез, а ступив на асфальт подъездной дорожки, выпрямился во весь рост и с наслаждением вдохнул полной грудью прохладный воздух.
Сегодня было не очень тепло: всё-таки даже здесь, в Испании, существует такая штука, как зима, — но солнце приветливо светило с неба, и кожу щекотал ветерок. Идеальная погода для предсезонных тестов.
Я смотрел на раскинувшийся передо мной автоспортивный комплекс «Барселона-Каталунья» и чувствовал то, что было трудно передать словами. Прикосновение к мечте, наверное. Примерно то же, но послабее, я ощущал, когда полгода назад впервые приехал на «Сочи Автодром». Обе трассы были схожи тем, что на них вершилась гоночная история. И вот теперь у меня появился шанс однажды тоже стать её частью.
— Эй! — услышал я и обернулся.
Патрик — гоночный инженер, к которому меня приставили (мужчина лет тридцати с короткой стрижкой), — передал мне сумку с вещами и направился ко входу на автодром. Я выпростал из-под куртки висевшую на груди карту-пропуск и пошёл следом, снедаемый предвкушением.
Рядом топали другой «тест-пилот» — превосходивший меня по возрасту на год Джордж Расселл — и его инженер, чьего имени я не знал. С ними мы приехали сюда на машине Патрика. Посчитали, что так будет удобнее.
Джорджа я знал по «формульным» гонкам трёх или четырёх лет перед тем, ка меня забросило в тело Миши Жумакина. Пробившийся в моей прежней реальности в «большие призы» почти полностью за счёт таланта, Расселл вполне мог стать для меня хорошим соперником и — я надеялся — другом, у которого можно будем чему-нибудь поучиться в плане вождения.
Думаю, податься на первые тесты в «Hitech GP» было неплохой идеей. Команда готовилась уверенно пойти вверх, и мне, если честно, хотелось бы выступать именно за них в предстоящем сезоне.
Мы по очереди вставили карточки в турникеты на входе и зашагали дальше — к паддоку, частично заставленному исполинскими грузовиками.
Зимой трассы использовались слабо, поэтому народу тут мелькало немного. В основном это были люди в чёрно-серебристом, оранжевом или чёрно-красном — цветах «Хайтека», «Мюкке Моторспорт» и «Мотопарка»[2] соответственно.
Но, присмотревшись, я с удивлением обнаружил и красные куртки с белыми и зелёными полосками по краям. Что здесь делает «Према»[3]? Вроде бы предварительный состав у них уже должен быть сформирован, а ротировать кандидатов на право сесть в кокпит болида номер два они начнут чуть позже…
Ладно, неважно пока. Для меня сейчас главное себя хорошо показать на тестах. А с «Премой», если всё получится, доведётся сразиться уже в апреле.
Мы добрались по дорожке до уходящей вниз лестницы, спустились и, пройдя по туннелю, оказались внутри «кольца» трека.
Тут уж у меня конкретно захватило дух. Хотя автодром и был поменьше, чем в Сочи, здесь он возвышался отдельно от города и производил впечатление сам по себе, а не в комбинации с Олимпийским парком, в который была вписана Германом Тильке наша трасса.
А может, это во мне любопытство говорит. Чужое ведь часто кажется более привлекательным, чем своё…
 
— Никита ещё не приехал? — спросил Джордж у своего инженера, и я невольно навострил уши.
— Не знаю. Нет, наверное. Я скажу Оливеру, но, по-моему, вы сможете начать вдвоём. А Ника с Каллумом попробуем в дневной сессии.
Оливер — это руководитель команды. Оливер Оукс, если полностью. А Ник — это сокращение от Никиты…
— О'кей, спасибо.
Понятно. Значит, Мазепин решил повыделываться. Блин, лучше бы все с утра подтянулись, а пока кто-то, другие поизучали бы телеметрию. Ничего, трасса расставит всех по местам. Кто какого заслуживает.
Я трезво оценивал свои шансы. Главным спонсором «Хайтека» стал «Уралхим», компания отца Никиты, вкачавшая в этом году в команду, очевидно, не один миллион долларов. Так что эта кандидатура была одной из главных. Джордж, как я знал, не подкачает, поэтому и ему будет суждено провести сезон в серебристом болиде. А вот насчёт третьей машины, до которой «Хайтек» собирался расшириться, всё было не так однозначно.
В моём старом мире третьим боевым пилотом команды стал тогда Бен Барникот, двадцатилетний на тот момент британский гонщик, выигравший чуть ранее Осенний кубок «четвёрки» у себя на родине. Надо сказать, достойное приобретение: в ноябре его прочили в «Прему», но, видимо, Бен чем-то не угодит Лоуренсу Строллу[4] — и будет вынужден искать место где-нибудь ещё.
А пока что на место в «Хайтеке» претендовали я и другой британец — Каллум Айлотт. И выбор, кого подписать, будет определяться быстротой на круге и общей стабильностью. Надеюсь, за последние два месяца я не утратил ни того, ни другого…
Вот и паддок. Святая святых в гоночный или тестовый день, куда обычно можно попасть только по спецпропускам. Сейчас тут был исключительно персонал команд — ну и такие, как мы с Джорджем, кандидаты на участие в «трёшке».
Грузовики с логотипами коллективов стояли на широкой площадке компактными кластерами; серебристые хайтековские — дальше всех. Всё же третье с конца место в командном зачёте прошлого сезона — это вам не ёж чихнул, а реальный «эпик фейл». Весь следующий год за это расплачиваться неудобным расположением боксов и трейлеров с палатками.
Одна надежда, что ситуацию удастся переломить. Точнее, две. Джордж и тот, кто получит ещё одно место по результатам заездов. Мазепина в расчёт можно не брать: ничего выдающегося в будущем году он не покажет…
Проходя мимо разномастных грузовиков, я как можно незаметнее вертел головой, чтобы всё рассмотреть.
Кучка красных трейлеров в углу паддока сразу привлекла моё внимание. Похоже, «прематы» и правда решили сегодня здесь потеститься, а не где-нибудь в Хересе или в Монце. Хм, интересно. Это что-то новенькое. До сих пор, если я не пробовал вмешаться, всё шло по уже известному пути. Что это? Начали проявляться-таки различия между вариантами бытия — или просто я чего-то не знаю?..
Чей-то резкий выкрик выдернул меня из мыслей. Я повернул голову и увидел высокую и тонкую ярко-рыжую девушку лет шестнадцати в белом комбинезоне с красными рукавами и в «премовской» кепке. Она и какой-то лысый мужчина в красной куртке и с повешенными на шею наушниками — видимо, гоночный инженер — стремительно направлялись мимо нас к расположению итальянской команды.
Когда они проходили рядом, я услышал обрывок их разговора.
— …Ну почему я не могу взять себе номер тринадцать?! — громко возмущалась девушка на английском с каким-то смутно знакомым акцентом.
— Это невозможно, Лиза. Номера выдаются согласно местам в командном кубке прошлого года, а тринадцатый и вовсе исключён из выдачи… Это тебе не «Формула-4»…
Они прошли мимо, продолжая спорить.
А я лишь несколько секунд спустя понял, что за акцент был у незнакомки.
Русский. Не сказать чтобы сильно выделяющееся, но отчасти специфичное произношение. Опознать можно.
— Не знаете, кто это был? — спросил я у Патрика, головой указав в сторону удаляющейся парочки.