Бандит (СИ)

После этой ночи Аурика бывала у Келлана в постели практически еженощно — за исключением тех дней, когда ЭТИМ заниматься было нельзя по некоторым не зависящим от партнеров причинам. 
Тянулись дни, мелькали быстрые, бурные ночи, а вокруг обиталища трех беглецов так ничего и не менялось. Мир похоже что забыл о двух битых жизнью ветеранках, и об одном нищем безродном ворке. Да и сказать по правде — кому они нужны, эти безродные выкидыши Судьбы? Поискали, поискали — да и наплевали на них с высокой колокольни магистрата. У сильных мира сего всегда есть множество дел, требующих неотложного внимания и участия. Так считала Селена, так считала Аурика, и так не считал Келлан, который упорно доказывал, что подобное благодушие может привести к непоправимым последствиям. Но его никто не слушал, ибо кто знает ситуацию в мире лучше тех, кто прожил в нем многие десятки лет?
Шли дни, складываясь в недели, и дней через десять Селена начала выходить на рынок. По понятным причинам ни Аурике, ни Келлану там появляться было нельзя. Вместе со свежими фруктами, овощами и куриными яйцами старуха принесла новости о происходящем вокруг рынка и вообще в столице. Рынок знал все. И о том, как Шараш подмял центральный рынок, отобрав у него как минимум 60 процентов торговли, о том, как он договаривается с вожаками группировок с других рынков, и что у него с этими вожаками большие разногласия — вплоть до угроз начала боевых действий. Про трех беглецов никто ничего не говорил, и это было очень хорошим признаком, который обрадовал даже недоверчивого Келлана. И в самом деле — неужели какой-то там бандитский вожак будет так долго откладывать свою месть? Похоже, что все-таки утерся от плевка, и пошел делать свои грязные делишки. Ведь они приносят прибыль, а месть ее не приносит вовсе.
В общем, решили: выждать еще пару недель, а потом потихоньку пробираться на выход из города, прежде всего посетив дом Аурики на предмет изъятия ценностей и оружия. Все габаритное решено было сконцентрировать в тайном убежище, находившимся на самом окраине города в квартале кожевенников. Небольшой домик, невзрачный, но огражденный крепким забором, а еще — потоками ядовитой жижи, вытекающей из мастерских-кожевен. В случае чего так можно было пересидеть. В этом районе жители очень нелюбопытны, и редко смотрят за тем, кто проходит по их переулку. Им просто некогда праздно созерцать этот мир — нужно работать, нужно выживать.
Аурика на всякий случай рассказала Келлану, как добраться до этого дома, и даже дала ему амулет, открывающий магический запор и в калитке, и в самый этот домик. Так, на всякий случай — вдруг придется разделиться и собираться уже на месте. Одному легче уйти от преследования, чем группе из троих человек.
Все шло хорошо, все шло по плану. А то, что придется покинуть эту страну — не вызывало ни у кого никаких сожалений. Келлан империю вообще можно сказать и не видел, а ветеранки не испытывали к своей родине ни малейшего почтения, насмотревшись за время службы такого, что настроило их резко отрицательно к официальной власти. Впрочем — как и к любой другой власти тоже.
  
Глава 14
 
Нет, не отсиделись. Но что я мог поделать? Ну, вот что можно поделать с двумя упертыми старыми вояками, да еще и бабами впридачу?! Сейчас мне вспоминать об этом горько и больно. А дни, когда мы скакали под двору под ироничные замечания старой наемницы кажутся настоящим раем. Сейчас я лежу на кровати в небольшом домике, состоящем из трех комнат и кухни, смотрю в потолок и думаю, как я дошел до такой жизни.
Началось все среди белого дня — никаких тебе ночных ниндзя, никаких сложных выкрутасов с проникновениями через дымоход и десантирующихся с летающих ковров спецназовцев. Они просто-напросто одним ударом высадили ворота и ворвались во двор толпой человек в пятьдесят. Даже не бандиты — обычные наемники, которых наняли для штурма некого объекта.
Мы в это время были дома — обедали, сидели за кухонным столом, и только потому сумели уцелеть в первые же минуты начавшейся вакханалии. Аурика метнулась к двери, закрыла ее на засов, но мы уже поняли, что дело наше совершеннейшая дрянь. Будь мы хоть косая сажень в плечах и силы богатырской, но против полусотни опытных бойцов выстоять нет никакой возможности. Пулемет бы сюда, тогда — да. И гранат десятка два. А без этого — шансы наши точно ниже плинтуса.
 
Я ничего не сказал моим соратницам — все и так ясно, зачем лишний раз сотрясать воздух. Они и сами все прекрасно понимали. И сдается мне — чувствовали свою вину. Не послушались! Не сделали по-моему! Вот и меня подвели под монастырь.
А теперь осталось только одно: «Наверх все, товарищи, все по местам…» Когда я слышал эту песню — в горле першило. Думалось — а я бы смог вот так, зная, что другого пути, кроме как на тот свет у меня больше не имеется? Смог бы биться до последнего патрона, последнего снаряда, не имея никакой надежды на спасение? И не мог дать никакого ответа. Себя ведь обмануть невозможно…
А потом случилось так, что я все-таки прошел этой дорогой. Один раз уже прошел. И похоже, что придется пройти ей и еще разок. Не хочется, черт возьми, ой, как не хочется! Не нравится мне эта дорожка, но только куда денешься, если так легли карты? Женщин я не оставлю, это без всякого сомнения. Ну а тогда…что тогда? Понятно — что тогда.
— За мной! — скомандовала Селена, и почти бегом рванула туда, где у нее находился арсенал. Облачились мы за считанные минуты, подгоняемые тяжелыми ударами в дверь и воплями разгоряченных агрессоров. Сдается, что большинство из них были или под градусом, или хорошенько накурились шмали. Вопили, будто как стадо разъяренных бандерлогов.
Все сборы у нас заняли минуты две, не больше. Кольчуги, оружие, в пояса — все деньги, что могли унести без ущерба для скорости движения. На шею — амулеты физической и магической защиты. Мне — тоже, все-таки я боевая единица, а не просто погулять вышел.
Договорились о боевом строе. Впереди идут Селена и Аурика, я прикрываю им спину и стараюсь не попасть под удар копья — само собой, основным их оружием будет копье с мечевидным, или листовидным наконечником. Как хочешь назови, но это похожее на вытянутый лист обоюдоострое лезвие не что иное, как меч, насаженный на длинную рукоятку. Хочешь — издалека пыряй, хочешь — коли в упор. И так и эдак хорошо — тебе, но не врагу.
Ну, вот и все. Кончилась моя славная житуха. Вперед, и с песней! Но прежде…прежде как следует постреляем.
Пока эти придурки опомнились, мы успели положить трех человек — двух из них свалил я. Остальные или разбежались, или были прикрыты амулетами физзащиты. Кстати, впервые видел как этот самый амулет работает: хлопнула тетива арбалета, болт летит в глаз противнику, и…огибает цель, отлетая далеко в сторону! Никаких спецэффектов, никаких искр и лазеров пиу-пиу, просто болт проходит мимо так, будто вместо рук у меня корявые грабли. Забавная штучка, этот амулетик…нравится он мне!
Некоторое время штурмующие отсиживались вне зоны досягаемости, но потом видимо решили, что надо ситуацию как-то выпрямлять. И первое, что сделали — выслали парламентеров. Ну это и понятно — пока тут идет бла-бла, можно зайти с другой стороны дома и попробовать вломиться через окна второго этажа. Дом двухэтажный, первый этаж почти без окон — окно имеется только в кухне, и то маленькое. Видимо тут главным критерием при проектировании этого здания была его безопасность. Ничем другим такое странное его построение я объяснить не могу.
 
Селена вела переговоры, которые я не слушал, а мы с Аурикой полезли даже не на второй этаж, а на чердак — тут на все четыре стороны выходили небольшие оконца, открывающиеся на бронзовых петлях. Отсюда прекрасно видно — кто куда полез и какие зловещие козни нам строит этот поганец. Так что за свою самонадеянность поплатились еще двое крутых парней. Вернее, двое — это наповал, третий вроде как уполз. Рука Аурики дрогнула и болт воткнулся ему не в макушку, а в плечо возле ключицы. Но то, что он теперь не будет участвовать в штурме — это без всякого сомнения. Минус шесть.