Достучаться до Небес (СИ)

— Так, Свет, в общем — ясно. И предложение здравое, ты сегодня — умница…
— СЕГОДНЯ? — ОЧЕНЬ ласково поинтересовалась рыжая.
— Ой, — немножко понял я, что неправильно сформулировал. — Ты, товарищ Радужная, вообще умница. Почти всегда. А сегодня — особенно, — выкрутился я.
— Почти?!
— Свет, хорош, а то я вспоминать начну…
— Я тоже могу, Жорочка!
— А давай не будем? — конструктивно предложил я.
— А давай, — подумав, кивнула подруга.
— Тогда идём на палубу, будем детально осматривать острова и прикидывать.
Пошли, стали смотреть в бинокли, прикидывать мощности детекторов Вездетанка, ну и что там за наблюдатели могут быть и в каком виде. И, в принципе, выходило довольно сносно. Островков много, но небольшие. Есть чертовски длинные, но вдоль течения и узкие.
Мы, конечно, видели далеко не весь “ареал поиска”, но и когда Хариус вызывал залпы — картина была примерно такой же.
Спустились в Вездетанк, обсудили технические детали с Мопсом. И выходила у нас такая картина.
На маскировки всякие мы плюём: визуальную Вездетанку толком не обеспечить, тепловую — тоже. А главное — твари в реке. Те же раки сволочные на мелководье, например, все маскировочные усилия сведут на нет. Или заклешнят, что не намного лучше буржуйского снаряда. Не говоря о возможных крокодилах, шершнях, да и бобрах. Не такая толпа, но тоже могут быть. И вообще куча пакости, которую на Хариусе из-за пугалки видом не видели, может нам попасться.
Но тут фактор такой: если Вездетанк не сможет вдоль островов без прикрытия Хариуса прошвырнутся, то… Ну, как минимум, водный маршрут у нас отпадает вообще. Не справимся тут, значит, не справимся и выше по течению. Так что и тестовый заплыв-заезд у нас выходит.
Так вот, плюём мы на маскировки и рваным зигзагом, где по воде, где по островкам, двигаем от судоходного фарватера к противоположному берегу. Наблюдателей в километровом радиусе мы практически стопроцентно обнаружим. Не находим до берега — смещаемся на пару километров, и в обратный путь до фарватера. И так, пока не найдём. Мопс у нас большей частью будет занят обзором неба и работой со щитами. Тут он сам предложил замечательный вариант, до которого буржуи глупые не додумались. Итак, генераторов и щитов три штуки. Друг на друга и чёрта с два наложишь, но вот в паре десятков сантиметров друг от друга — милое дело. А, с учётом того, что ОТКУДА будут бить гаубицы — мы знаем, то этот фактор вообще можно выводить из списка опасностей.
Ну вот ничего они с нами не сделают, даже несколькими прямыми попаданиями подряд. Что само по себе — столь маловероятно, что можно не учитывать.
Ну и ПРО на Мопсе же, тут понятно.
Светка в это время рулит башенками и рельсами. С башенками довольно неплохо в том смысле, что их тупенькие ЭВМ мы не снимали, только деактивировали. И выходит, что стрелять-наводиться Светке остаётся только рельсами, а лазерам — целеуказание нарезать, не более.
Ну а я — рулю. Еду-плыву этим самым ломаным маршрутом, ну и отслеживаю показания датчиков в поиске наблюдателей.
Обсудили, прикинули, посчитали. Даже Мопс “в известных условиях” давал восемьдесят восемь процентов выживания и восемьдесят четыре — на обнаружение наводчика.
С этим мы на вечерние совещание и заявились, озвучив что “будем пробовать”. Народ погудел, стали вопросы каверзные задавать.
— Петрович, будь ласков, пошли их с этими вопросами, — по примеру капитана прибёг я к неисчерпаемым запасам мата техника.
— Е…ала завалили, мудозвоны пи…добольские! — не подвёл меня Петрович. — Х…ю сколопендровому ясно, что такие данные вам, пи…олам, никто не скажет. Хотят пи…дануться, — указал на нас техник. — И х…й с ними! А выживут и путь откроют — вообще зае….ись!
— А-а-а… у сколопендр, извиняюсь, орган-то озвученный бывает? — раздался придавленный тирадой голос.
— Них..я у них х…я нет! — радостно заявил Петрович. — Но даже ему — ясно, — проявил он склонность к диалектике.
— А-а-а, — протянул на это голос, уже понимающий.
— Георгий, естественно, нас ваше предложение устраивает, — озвучил Дмитрич. — Но орудийная поддержка Хариуса, возможно — катер, в сопровождение. Наёмники к вам…
 
— Нет, нет и нет, Степан Дмитриевич, — отрезал я. — Орудийная поддержка — требует наводки и целеуказания. Если мы найдём какой-нибудь неприступный наблюдательный бункер, во что я не очень верю — то просто вернёмся, ну и бомбардами по нему отстреляетесь. Катер — только подставится, если вообще сможет пройти там, где мы двигаться будем. Мы собираемся частично по земле ехать, по мелководью, ломаным маршрутом. А катер, с наводчиками, вполне может под выстрел въехать. Лишнее, — отрезал я, на что капитан с пониманием кивнул. — И десант в Вездетанк… Вы, Степан Дмитриевич, не обижайтесь…
— Х…ли тут обиженок строить? — подал голос Петрович. — Я твою поганую рожу, Жора, тоже них…я в реакторную не пускаю. Нех…й тебе там делать! И при разборе силовых агрегатов! Ну и нашим нех…й у тебя в таратайке еб…чей торчать!
— В общем — Петрович правильно озвучил нашу позицию, Георгий, — подытожил капитан. — Хорошо. Сколько вам понадобится на эту операцию?
— От суток до десяти дней, — озвучил я. — На большем удалении наблюдателя…
— Или наблюдателей, — уточнил Василий. — Учитывай это, Георгий.
— Да, стоит учесть, — поблагодарил я главу наёмников кивком. — Но один он или несколько — за десять дней мы охватим полосу вдоль русла, протяжённостью в два десятка километров. Дальше — просто нереально.
— Тогда десять дней. Возвращаться на Хариус будете?
— Нет, — покачал я головой. — Ну разве что на бункер, о котором говорилось, наткнёмся, — уточнил я. — В идеале — прочесать вообще все два десятка километров, но если обстрел Вездетанка прекратится — я считаю это достаточным фактором, чтобы после контрольного пересечения островной полосы считать её безопасной для Хариуса. Условно.
— Хорошо. От нас вам что-то требуется? — уточнил Дмитриевич.
— Нет, — переглянулся я со Светкой.
На этом совещание и закончилось. А мы отправились отдыхать: на рассвете в путь.
Отдохнули, да и покинули без особых прощаний (хотя Василий почётный караул наёмников нагнал, но как по мне — зря) борт Хариуса на Вездетанке. Просто съехали в Обь, транспорт погрузился в воду, вынырнул, и закачался на волнах. А я врубил водомёты и направил курс к границе фарватера и островов.
Плывём, как вдруг от Мопса “Атака!”, а все датчики слепит, и внутри — ощущение падения. Я на секунду думал — всё, но тут Вездетанк… выплыл.
Это по нам редкостно точно отстрелялись сволочные роботы, фактически, прямое попадание из гаубицы. И — ничего, щиты удержали, всё нормально. Но вот масса… В общем, Вездетанк просто нырнул до дна. А Светка ещё и турелью погудела, явно стреляя.
— Рак прицепился, больше не будет, — пояснила она.
— Весело наша охота начинается, — хмыкнул я, начав движение ломаным зигзагом.
— И не говори, — хмыкнула подруга.
И начали мы движение. Попаданий по нам больше не было. Но то вода фонтаном взовьётся, то облако взрыва на острове в округе. Стреляли, в общем. А вот с живностью на нашем маршруте выходило на удивление спокойно. Мелководье и раки — это да. Но эти сволочи клешнястые прекрасно и быстро варились лазерами, да и не так, чтобы особо их много было.
Правда, нарвались мы на шершней, чуть ли не гнездо. Но тут Мопс и лазерное ПРО не подвели — минуту мы двигались в росчерках пламенных искр: это сгорали в лазерных лучах эти паразиты. До брони ни один из них даже не добрался.
И так, ломаным маршрутом, за день преодолели три десятка километров до берега. Ни черта мы наблюдателя не нашли, зато точно узнали, что их не один. Снаряды падали даже у самого противоположного берега, что учитывая расстояние — фактически гарантия нескольких наблюдателей-целеуказателей.
— Может, в лес заедем, передохнём ночью? — поинтересовалась Светка.
— Чёрта с два в лесу ночью отдохнёшь, — резонно отметил я, на что подруга фыркнула, но кивнула. — А ночью нам искать даже удобнее. Радиоактивности мы не выявили, так что может визуально нас ведут. И недалеко ведь, паразиты! В общем, несколько дней я спокойно не сплю, как и ты, — сообщил я. — А ты спи, Бейго, — указал я псу на неуместность героической позы, которую он принял. — Если что-то будет — разбужу, — кивнул ему я.