Я стала злодейкой любовного романа (СИ)

«Так! Стой! Верни кубик, где был! — приказываю я себе, и тяну его обратно. Слава богу, он возвращается без усилий. — Боже, да я с ума сошла! Как бы я объяснила! Нет! Влезать нельзя! Хуже будет!» — лихорадочно думаю я, оборачиваясь. И тут же застываю как вкопанная.
У дверей, облокотившись на косяк, стоит принц и внимательно смотрит на меня стальными глазами.
  
Глава 19
 
— Что вы забыли у карты, леди Виктория? — обманчиво спокойно спрашивает принц, медленно приближаясь.
Я же замерла, точно заяц, которого ослепило светом фар. Или, словно пойманный за руку вор. Уверена, принц прекрасно слышит, как заполошно у меня бьётся сердце, как сбилось дыхание. Если внешне я и могу сохранять спокойствие, то с реакцией организма ничего поделать не в силах.
— Мне просто было любопытно, — говорю я, пытаясь звучать твёрдо.
— Так любопытно, что вы отослали телохранителя?
От тона принца у меня крутит живот. Так страшно мне не было никогда в этой жизни. Даже женщина в зеркале отступает на второй план. Я стараюсь стоять прямо, но так и чувствую как страх давит на плечи, сжимает лёгкие, сковывает язык. Я лихорадочно перебираю в уме варианты.
Сказать, будто вижу вещие сны? Или рассказать, что я из другого мира? Звучит же как безумный бред! Да и притащить меня из другого мира могли разве что культисты… а значит велик шанс, что прежде, чем мне поверить, сначала запрут в темнице… Вероятно, переоденут в робу. Хорошо, если обойдётся без пыток, но метку обнаружат при любых раскладах. Слишком рискованно!
Принц уже совсем близко, остро улыбается уголками губ, глаза словно стальные рапиры. А у меня вдруг в голове точно тумблер щёлкает. Ведь принц не просто так оставил эту карту! Ведь не просто так и дворецкий и охранники ушли вслед за ним! Это была ловушка! Ловушка, в которую я попалась, как распоследняя дура. А метки на костяной башне могло не быть специально, чтобы шпиону не досталось ценной информации.
Взяв себя в руки, я говорю:
— Мне было интересно, как далеко вы зайдёте, ваша светлость.
— Зайду? — переспрашивает принц. Он уже подошёл совсем близко, но я специально не стала отступать, чтобы не выдать, что всерьёз его опасаюсь.
— В попытке изобличить меня, конечно, — отвечаю я, отчаянно блефуя. — Мне сразу было ясно, для кого вы расставили силки. Выпроводили стражу, оставили нас с Элизой одних. Да ещё эта карта как напоказ. Всё было слишком очевидно. И неприятно... Разве мы не договорились начать с чистого листа, ваша светлость?
— Вот значит как, — ухмыляется Алан, лицо у него хищное, взгляд точно под кожу проникает. Он ставит одну руку позади меня. Смотрит пристально.
— Мне оскорбительно ваше недоверие, — шепчу, а у самой сердце в пятках.
— Значит раскусили ловушку и решили поиграть?
— Можно и так сказать. Хотела посмотреть в ваши глаза.
— Ну, вон он я, смотрите.
Его серые глаза засасывают меня точно ледяной водоворот. В них столько колючего недоверия, что мне становится жутко. Мужчина передо мной не верит никому и ничему. Кажется, если его предаст отец — он и этому не удивится.
Принц так близко, что я могу ощутить его запах — горечь полыни вперемешку с древесными нотками. Этот запах задевает внутри какие-то струны, кожа на лице начинает гореть, а губы покалывать.
— Вы слишком близко, — шепчу.
— А это уже моя игра, Виктория. Тоже хочу вас изучить… поближе. Узнать, наконец, что вы за человек.
— Изучайте сколько угодно. Пока это не переходит рамки приличий.
— Знаете, а я ведь навёл о вас справки.
— И?
— У вас интересное прозвище. А ещё, говорят, вы и «приличия» — вещи несовместимые. Так почему со мной ведёте себя так холодно? Думаете, я не вижу?
— Чего? — выдыхаю я.
— Вашего интереса ко мне, — свободной рукой Алан слегка касается моей щеки, потом плавно ведёт вниз, к шее. Меня точно парализует, кожа, где касается принц, горит огнём. — От вас пахнет желанием. И страхом. Вы меня здесь ждали за этим? За этим попались в ловушку?
— Не понимаю о чём вы, — слабо протестую я, а сама вдруг ловлю себя на мысли, что не знаю, как поступлю, если Алан меня...
 
Принц ухмыляется и неожиданно отстраняется. Говорит спокойно, словно ничего странного только что не произошло:
— Считайте, я почти поверил в вашу историю.
— Что… Почти? — выдыхаю я. Голос меня не слушается.
«Что это, чёрт подери, только что было! — вопят мысли. — Чего он ждал? За кого меня принимает? Это была ещё одна проверка? Провокация? Издевательство? Боже, почему так колотит, и метку жжёт. И перед глазами круги… Всё это из-за истинности, будь она неладна!»
— Одна деталь не сходится, — между тем говорит Алан. — Вы передвинули маяк. И передвинули не к случайной точке, а к вполне определённой. Почему вы это сделали?
— Ох, это… Интуиция, — говорю я и тут же понимаю, что глупость сморозила. Поправляюсь. — Пока ждала вас, задумалась… Что башня эта, согласитесь, как нельзя лучше подошла бы на роль базы культа. Она удобно расположена и...
— Интересные мысли, для леди, которая впервые столкнулась с культистами несколько дней назад.
Я складываю руки на груди:
— Ваша светлость, уж наверное, если бы я была каким-нибудь шпионом, то просто глянула бы на карту и сразу ушла. Зачем мне было бы двигать кубики?
— Чтобы запутать следы? Или… чтобы заманить в ловушку.
— Тогда любое моё действие можно так расценивать. Вы снова подозреваете меня?
— Никогда и не прекращал, Виктория. Если бы я был доверчивым ребёнком, то не дожил бы до своих лет. Поэтому не принимайте на свой счёт, — Алан задумчиво оглядывает меня.
— Извините, что сломала вашу хитроумную ловушку. Это была ошибка, — добавляю я. — Ну, я никогда не отличалась благоразумием. Сами знаете моё прозвище.
— Вы с ним, значит, согласны? — поднимает брови Алан.
— Временами. А теперь, не могли бы вы позволить мне уйти. Я опаздываю на урок магии.
— Знаете, у меня есть другая идея, — внезапно говорит Алан, и от его тона мне становится не по себе. В нём прорезается злость.
— Другая?
— Да. Хочу проверить вашу интуицию. А то мне кажется, вы принимаете меня за идиота.
— Нет, что вы...
— Мы прямо сейчас съездим к костяной башне. Если там никого нет, то будем считать это прогулкой на свежем воздухе. Если же найдём культистов — то значит вы военный уникум, Виктория, а ваша интуиция пророческая, — он говорит, не скрывая сарказма.
«А если там культисты, и они нас ждут — значит вы обманщица, Виктория», — читаю я по глазам. Алан явно решил поймать меня на горячем. Сердце пропускает удар.
 — Н-но… Это же пол дня пути... — бормочу я, но Алан уже громко зовёт стражу. Из-за дверей выглядывает охранник.
— Скажи Диору готовить отряд захвата. Через тридцать минут выдвигаемся! … Куда же вы, леди? — скалится Алан, глядя как я в страхе отступаю. — Разве не вы хотели вырвать из замка?
— Хотела, но...
— Ваше желание исполнено. Вы едете с нами.
  
Глава 20
 
Дорога вьётся вдоль кромки леса. Зелёные кроны нависают широкими лапами, спасая отряд от солнца. В воздухе пахнет разнотравьем.
Гордо вскинув голову, еду в окружении всадников. Хотя стараюсь сохранять независимый вид, но в душе скребут кошки, а мысли бродят самые безрадостные.
Лошадь у меня серая с белыми яблоками и такой же белой гривой, зовут по-простому — Серка. И она мне нынче лучший друг, ведь единственная ни в чём меня не подозревает.
Принцу я заявила, что в седле держаться умею. Блефовала. На самом деле опыт верховой езды у меня был на уровне «покатушек на пони». Однако выдать себя я не могла, ведь настоящая Виктория лошадей обожала.
 
Я старательно подаю вперёд бёдра, пытаясь попасть в один с лошадью ритм. Это не так-то и сложно. Подозреваю, что вместе с телом Виктории мне достались и некоторые её физические навыки, которые надо только правильно приложить. Может, и с танцами выйдет куда проще, чем думается. Мышечная память должна была сохраниться.