След чужака (СИ)

Маг ничего не сказал, но промолчал столь выразительно, что у Ильнара снова заныли виски. Еще бы, учитывая прошлый опыт общения Таро с Тайной канцелярией, ничего хорошего эта новость не сулила.
— То есть, в Ксантар мы не едем?
Можно, наверное, было и не спрашивать. Вряд ли Тайная канцелярия выпустит из виду такого интересного свидетеля.
— Едем, — возразил Кир. Ильнар удивленно поднял взгляд, и майор пояснил подробнее.
Вопросы у начальства действительно нашлись, и много. Но часть из них вполне совпадала с теми вопросами, ответы на которые друзья собирались получить в монастыре, а возможность прикончить Магистра и тем самым ослабить Орден вызвала живейший интерес. Официально этого никто не подтвердил бы, но вот если майор Муэрро готов поручиться за своего друга…
— Мне пообещали помощь, информацией и снаряжением, но дали понять, что если Орден доберется до нас раньше, заступаться никто не будет. Это изрядная авантюра, но выбора у нас с тобой нет, и в Дикие земли идти, похоже, все-таки придется. У меня приказ, хоть и не официальный. У тебя — сам понимаешь.
Ильнар медленно кивнул. Выбора действительно не было, и, наверное, стоило радоваться, что Тайная канцелярия вместо того, чтоб запереть его в лаборатории для опытов, готова помочь в осуществлении их плана. Но, змеевы потроха, как же оно все…
— Злишься?
— Нет.
— Врешь.
— Вру.
Интуит вздохнул и зажмурился. Злиться на Кира не было ни малейшего смысла. К тому же, друг наверняка сделал все, чтобы Тайная канцелярия действовала в их интересах — и вряд ли это было просто. В конце концов, не в Орден же его сдали!
Но все-таки сдали.
Ужасно хотелось что-нибудь сделать. Например, выскочить из сферокара, хлопнув дверью… на высоте тридцати метров, ага. Или вот взять и дать в морду… Киру. Ха.
— Когда вернемся, — тяжело произнес Ильнар, не открывая глаз, — пойдем в этот твой спортзал, и я тебя…
Кир негромко хмыкнул.
— Я даже могу поддаться. Немного.
— Не вздумай.
Ильнар свирепо воззрился на командира. Злость на всех сразу колотилась внутри, и вот прямо сейчас он действительно чувствовал в себе силы совершить невозможное — одолеть Кира в спарринге. А в Дикие земли сходить — вообще ерунда, плюнуть и растереть.
Майор усмехнулся и завел двигатель.
— И только попробуй привезти меня не домой, — пробормотал интуит, снова закрывая глаза.
Командир не ответил, и Ильнар решил считать это согласием.
Домой. Спать. И пусть весь мир идет к Змею на рога, если хочет добиться от него чего-то еще до утра.
* * *
В доме было тихо — Тарина наверняка спала, а родители и близняшки с бала еще не вернулись. И к лучшему, выслушивать нотации по поводу помолвки и скандала с Тео интуит был не в настроении. Теперь надо быстренько завалиться спать, и тогда все разборки можно будет оставить на утро…
На ходу расстегивая рубашку, Ильнар направился в свою комнату, но не успел сделать и десятка шагов, как его окликнули.
— Дан Ильнар!
— Да? — не оборачиваясь, буркнул он. Пуговица на воротнике все не желала поддаваться, левая рука продолжала жаловаться на жизнь, и пальцы слушались плохо. Настроения это, конечно, не поднимало.
— Вас ждут в малой гостиной.
Ильнар кинул взгляд на ближайшее зеркало, а потом прикрыл глаза и досчитал про себя до десяти — распугивать маминых горничных одним выражением лица в его планы не входило. Впрочем, когда он обернулся, девушка уже скрылась — наверное, тоже успела глянуть в зеркало.
Интересно, того, кто засел в гостиной, можно спровадить так же?
Увы, едва он вошел в комнату, как стало понятно — быстрого разговора не выйдет.
В кресле у окна сидела Кариса.
Знакомый перстень с красным камнем вызывающе поблескивал на ее руке.
«Соберись», — велел Таро.
Ни пугаться приворота, ни чувствовать какую-либо вину за свои поступки Ильнар уже был не в состоянии. Единственная мысль, которая пришла в голову при виде девушки, была о том, что надо как-то вежливо и быстро со всем согласиться и сбежать.
 
Разве что ментальный блок обновить стоит — вышло это легко, почти автоматически.
— Добрый вечер.
Девушка, не ответив на приветствие, порывисто поднялась. По лицу ее не было похоже, чтобы она действительно рыдала. Впрочем, кто там поймет, под макияжем…
— Зачем ты это сделал?
— Что именно?
Вряд ли она пришла заступаться за обиженного брата. Ильнар машинально взглянул на правую руку с кольцом, и Кариса холодно кивнула.
— Это.
Интуит пожал плечами. Глупый вопрос, на который он не мог ответить при всем желании.
— Ты ведь ее не любишь.
Может быть. Ильнар отогнал всплывший в памяти образ невесты с ее улыбкой и снова пожал плечами.
— Еще больше я не люблю, когда за меня решают, что мне делать.
Он сам не знал, что ожидал услышать в ответ на свои слова — оправдания, возражения. Но Кариса неожиданно перевела взгляд на руку с перстнем, а потом понимающе кивнула.
— Тео разболтал?
Она не раскаивалась. Не собиралась оправдываться. Вообще не придавала значения — мол, подумаешь, приворот, ерунда какая.
«Не психуй. Лучше попытайся выяснить, откуда у нее эта игрушка».
Хороша игрушка, как же.
— Где ты его взяла?
Маг чуть слышно вздохнул, но настроения на обходные пути и наводящие вопросы у Ильнара не было.
— Подарили.
— Кто?
— Друг. — Кариса сощурилась, разговор явно шел не так, как ей бы хотелось. — Какая разница?
— Думаю, кого сдавать полиции в качестве поставщика запрещенных ментальных артефактов.
Девушка изумленно распахнула глаза, потом негромко рассмеялась.
— А ты всерьез обиделся. — Она сняла перстень и покрутила в пальцах. — Не думаю, что полиции будет интересно. Слабый импульс, срабатывает только при прикосновении, да и воздействие, прямо скажем, почти незаметно.
— И зачем тогда?
— Захотела привлечь твое внимание. — Она смотрела в глаза и улыбалась, словно приглашая вместе посмеяться над неудавшейся шуткой.
— И других способов, конечно, не нашлось.
— Как тебе сказать…
Кариса с легким смущением взглянула на него из-под ресниц. Наверное, где-нибудь в Вилее ее поклонники от таких взглядов падали в обморок от восхищения, а вот Ильнар внезапно ощутил нехватку боевой формы.
Она была хороша — и опасна.
Он почти не прислушивался к ее словам, ловя лишь отдельные фразы: «давно мне нравишься», «старалась заинтересовать», «не обращал внимания». История о том, как дочь наместника давно и тайно была в него влюблена, и лишь равнодушие объекта нежных чувств заставило ее воспользоваться приворотом, выглядела слишком уж похожей на романчики в ярких обложках, которыми зачитывались близняшки. С одной стороны, любовь, страсть, романтика, с другой — интриги, предательство и ложь, и все это перемешано в такой коктейль, что у приличного интуита от одной мысли о подобном буйстве эмоций начинает болеть голова.
И эта дурацкая идея Великого Чувства, ради которого можно пойти на все и все простить…
А вот не все.
— …Я даже выпросила у Литии твою бабочку, — девушка вытащила из-за выреза платья тонкую серебряную цепочку и продемонстрировала свой трофей. Серебряная проволока блеснула в пальцах, Ильнар припомнил, что именно такую бабочку, со стеклянными синими кристаллами, дарил сестре. Кариса глядела из-под ресниц, снизу вверх, и снова улыбалась — мол, смотри, какая я глупая, наивная, влюбленная, — и снова говорила: об отпечатке личности мастера, который остается в его работах, о руках, которые касались этой проволоки, и ведь он обещал подарить и ей бабочку, в тот вечер, после ее приезда в город…
 
— Зачем ты пришла? — устало перебил Ильнар. Кариса изумленно замолчала. Она уже отлично владела собой, и выражение досады, промелькнувшее на ее лице, интуит успел заметить только потому, что ждал его.