Тринадцать (СИ)

Остатки ее фразы звучат приглушенно, потому что я уже захожу в ванную и закрываю за собой дверь.
***
С самого утра маленькие капли дождя стучат по стеклам главного корпуса университета, темно-серое небо полностью затянуто тучами, и если до сегодняшнего дня все вокруг казалось мне мрачным, то сегодня — просто унылым. Когда я смотрю на эту отвратительную погоду, то задаюсь вопросом, почему в фильме «Гордость и Предубеждение» с Кирой Найтли в главной роли было так много солнечных кадров? Как они это сделали? Где достали солнце?!
Вместо того, чтобы пообедать на ступеньках главного корпуса, как я это сделала вчера, мне приходится идти в столовую, где меня уже ждет Кейти и ее подруги. Когда я захожу туда, то в многочисленных студентах пытаюсь отыскать глазами свою соседку, что сделать не так просто. В Манчестерском университете учится около трех тысяч человек. И я практически уверена, что сейчас здесь находится примерно половина. Обвожу взглядом большое помещение с круглыми темными столами из дерева и темно-зелеными бархатными стульями вокруг них и, наконец, нахожу машущую мне руками Кейт.
Кэтрин Стоун учится на первом курсе по направлению международный бизнес. Она умна, красива и до ужаса болтлива. В университете Кейти — местная «Сплетница». Нет ни одной новости, которую бы она не знала. Правда, благодаря своему уму, Кейт определенно знает, кому и что можно и нужно говорить. И этим она мне нравится.
— Девчонки, познакомьтесь, это Лив, моя новая соседка, — представляет меня подругам Кейти, когда я сажусь напротив нее за столом. — А это Маргарет, Джози и Эмма.
— Привет, — произношу я, натягивая милую улыбку, рассматривая девчонок, сидящих рядом со мной. Кто из них кто, я, конечно же, не запомнила, но мы же не в последний раз видимся.
— Ты и есть та самая загадочная американка? — спрашивает меня милая брюнетка с большими карими глазами.
— Загадочная? — переспрашиваю я.
— Да, ты что не читала утреннюю статью в газете?
— Какой газете?
О чем они говорят?
— Все еще хуже, чем ты рассказывала, Кейти, — усмехается девчонка справа от меня.
— В сегодняшней газете вышла статья про новенькую американку, загадочным образом укравшую ледяное сердце капитана «Красных дьяволов».
— Кристофер Миллз — редактор нашей университетской газеты — ручается за достоверность информации, так что..
Что?!
Мои глаза округляются от ужаса, и мне вдруг становится нечем дышать. Моей главной целью в Манчестере было не привлекать к себе внимания. Боже мой!
Меня охватывает паника, сердце бьется, как сумасшедшее, а руки, держащие в руках кофе, трясутся. Стоит кому-нибудь ввести мое имя в гугле и пролистать пару страниц, как они сразу узнают, по какой причине я уехала из Америки. Моя жизнь кончена.
— Остин? — Вскидывает бровь Кейти и удивленно произносит: — Что ты здесь делаешь?
— Сажусь обедать к своей девушке.
Я резко поворачиваюсь на его голос и ошарашенно смотрю в его красивые глаза цвета арктического льда. Затем мой взгляд исследует его пухлые губы, красивые острые скулы, квадратный подбородок и прямой нос. Светлые волосы на голове взъерошены и торчат во все стороны. Этот парень очень хорош собой. Я бы даже сказала, что слишком хорош.
Остин устраивается на стуле рядом со мной и улыбается мне. Я уверена, что многие девушки сошли с ума после одной такой милой улыбочки с этими ямочками на щеках. Но на меня это не действует. Он меня раздражает.
— Мы можем поговорить? — тихо произношу я, наклоняясь к нему чуть вперед. — Наедине.
— Уже не терпится остаться со мной вдвоем, Мышонок? — усмехается блондинчик.
— Пожалуйста, — скрипя зубами добавляю я, поднявшись со стула.
Остин поднимается вслед за мной и кладет руку мне на плечо. Я вздрагиваю, но он тут же наклоняется и шепчет то же, что говорил вчера:
— Дыши. Все смотрят на нас.
Окидываю взглядом столовую: все вокруг едва не свернули шеи и провожают нас взглядом до самых дверей. Покинув столовую, я поворачиваю в один из пустых коридоров, ведущих к лестнице, и сразу перехожу к делу:
 
— Чего ты хочешь, Остин?
— В каком смысле?
— Ты спас меня вчера. Чего ты ждешь взамен?
Парень вскидывает бровями и удивленно смотрит на меня.
— Думаешь, я теперь захочу тебе использовать?
— Ты уже это делаешь.
— Каким образом?
— Называешь меня своей девушкой. Господи, об этом уже весь университет знает, благодаря статье Кристофера.
Вижу, как при упоминании его имени, у Остина начинают играть желваки на лице.
— Вчера я сымпровизировал, назвав тебя своей девушкой. И теперь уже нет пути назад. Подыграй мне?
— Это что, шутка?
Отрицательно кивает.
— И зачем тебе это?
— Я не могу просто взять и сказать всем, что пошутил. На тебя сразу же набросится стая коршунов во главе с братьями Миллз.
— Делаешь вид, что все это ради меня?
— Да. Послушай, Кристофер на многое способен. И я постараюсь сделать все, чтобы защитить тебя. Пока ты будешь со мной, ты неприкосновенна.
— Ты даже не знаешь меня.
— Узнаю.
— Я не хочу привлекать к себе внимания, понимаешь?
— Почему?
— Не важно. Просто… не думаю, что подхожу на роль твоей девушки.
— Мышонок, я выпущусь через три месяца. Потом скажешь всем, что бросила меня.
— Зачем ты это делаешь?
— Этот недоумок… — Молчание. — Не важно. Просто держись от него подальше, ладно?
Он тянется ладонью к моему лицу и проводит пальцем по моим губам. Его прикосновение снова запускает сидящие внутри моей головы воспоминания, и я отскакиваю от него, как ошпаренная. Остин пристально смотрит на меня своими голубыми глазами и хмурится.
— Для начала тебе нужно перестать бояться моих прикосновений. Как твой парень я должен буду постоянно касаться тебя.
— Почему это?
— Потому что так делают парочки.
— Я не буду спать с тобой.
— Я не предлагал тебе спать со мной.
— И целоваться не буду.
— Придется.
— Нет.
— Да.
— Ты вообще не имеешь права ставить условия, ведь я могу отказаться.
— Можешь.
— Но?
— Что «но»?
— Я жду подвоха.
— Никакого подвоха нет, мышонок. Или ты хочешь, чтобы я тебя уговаривал?
Закатываю глаза.
— Что мне нужно будет делать?
— Ничего сверхъестественного: обедать со мной, ходить на мои игры, на вечеринки.
— Точно нет. Никаких вечеринок.
— Я же буду с тобой.
— В туалет там тоже за ручку будем ходить?
— Если тебе нравится справлять нужду таким образом, то я готов и за ручку.
Снова закатываю глаза.
— Что еще?
— Ходить на свидания.
— Свидания?
— Свидания.
— Зачем?
— Зачем парочки ходят на свидания?
— Чтобы понравиться друг другу, а нам это не нужно, ведь у нас фальшивые отношения.
— Это был риторический вопрос.
Молчание.
— Ладно.
— Всего лишь «ладно»?
— А что ты ожидал? Что я склонюсь перед тобой в реверансе?
Губы мерзавца раскрываются в настолько милой улыбке, что я внезапно узнаю о том, что мое тело, оказывается, — террариум для бабочек. Все внутри меня трясется от их активности. И я не понимаю, почему. Он ведь бесит меня!
— Иди ко мне, — внезапно произносит Остин, и бабочки исчезают. На их место приходит лютый ужас. Смотрю на него широко распахнутыми глазами и делаю шаг назад.
  
Глава 7
 
Остин.
Я обо всем знаю.
Знаю, по какой причине Лив уехала из Америки.
Знаю, почему боится моих прикосновений.
Мой отец — начальник охраны футбольного клуба «Манчестер Юнайтед», а также университетской команды «Рэд дэвилс» и всего университета в целом. Досье каждого ученика проходит через его руки или руки его подчиненных. Вчера перед тренировкой я наведался к нему в квартиру и нашел информацию об Оливии Джонсон на его компьютере. Мне известно, что это конфиденциальная информация, которая явно не предназначалась для моих глаз. Но мне нужно было выяснить, с кем теперь будет жить моя сестра.