Бездушные. Моя топь (СИ)

- А если нет? Если не найдут?! Где мне её тогда искать?!
- Найдём... - Нико слегка хлопнул Марка по щеке, приводя того в чувство. Склонился, касаясь лбом лба друга. Чувствуя, как тот дрожит, - я обещаю тебе, что мы её найдём.
Нико завёл двигатель. Его самого слегка потряхивало. Перед глазами плясала рябь. Но он был уверен, что девчонка найдётся. Но вселить эту уверенность в Марка будет сложно. Главное – не терять из виду копов и Йохана. А Йохану осталось недолго. Он будет в ярости, когда поймёт, что в его руках не то, что он искал. Не совсем то. Да и у них самих всё пошло не по плану. Они не рассчитывали, что Альбинос так легко сбросит Иванку со счетов. Откровенно говоря, они рассчитывали на настоящую бойню. Но, кажется, Йохан хотел как можно скорее избавиться от этой головной боли.
Марк молча пялился в лобовое окно. Он всё ещё был там. В подвале, в лесу, в тёмном тоннеле, но только не здесь. И Нико как никто другой понимал его. Он знал какого это: потерять. И не знать, где искать. Он знал, как это больно. Знал не понаслышке, как это опустошает. Это... адски больно.
- Мы нашли Владу, – тихо произнёс и прикусил полную губу. Сосредоточено уставился на дорогу.
- Как она? Где? – Марк очнулся и перевёл на Нико слегка оживший взгляд.
- Не очень, - мотнул головой и выкрутил руль, выезжая на трассу, – пока без сознания. Её нашли собаки недалеко от дома. Кажется, эти твари просто выкинули её из машины на полном ходу.
- Жить будет? Где она сейчас?
- Уже в больнице. Будет. Ничего смертельного, но она изрядно побита. И, кажется, перелом руки.
- А Рус?
- Очнулся, пёс. Хрипит, как псина, - тихий смех мулата разрядил напряженную обстановку. Марк улыбнулся, но уже через секунду его лицо вновь осунулось.
- За Йоханом хвост есть?
- А ты думаешь, мы тут бамбук курили, пока ты в шахте отсиживался?
  
Глава 43
 
Ориентир был потерян. Он был словно заблудившийся и никому не нужный пёс, которого выкинули на обочину недобросовестные хозяева. Он потерял вкус к жизни и ко всему, что окружало его. Он всё ещё надеялся, что она жива. Хотя, всё указывало на обратное. Шли недели, месяцы, а ничего не менялось. Марк и сам чувствовал это. Огромное ничто, которое поселилось в его груди.
- Есть планы на сегодня? – яркая блондинка, что лежала по левую руку, провела острым ногтем по его груди. Медленно повторяя рисунок на смуглой коже. Её приторно сладкий запах раздражал. От него начинала болеть голова.
Мужчина откинул одеяло и поднялся, усаживаясь на краю кровати. Провёл пальцами по волосам, расчёсывая жёсткие тёмные пряди, и стянул их в пучок на затылке.
- Есть, - его голова опустилась. Плечи напряжённо застыли. Словно в предчувствии того, что в очередной раз выбьет его из колеи. Он устал. Правда. Вся эта суета изрядно ему надоела. Марк впервые за всю свою жизнь, понял, что хочет покоя. Хочет, мать его, отойти от дел. Полностью.
- Важные?
Катерина подкралась сзади, обвивая крепкую мужскую шею своими изящными ручками, и прижалась полной грудью к его горячей спине. Марк покачал головой и тяжело вздохнул. Он плохо спал. Если быть точнее: почти не спал. От силы – пара часов. И... эти телячьи нежности сейчас только утомляли.
- Да, - стряхнул с себя её руки и поднялся на ноги, - будь добра, чтобы когда я вышел из душа – тебя здесь уже не было. Деньги возьмёшь на комоде в прихожей.
Нашёл на полу своё нижнее бельё и поднял его. Неожиданная боль пронзила спину в области лопатки, и Марк зашипел. Фантомная боль. Так это называет врач. Говорит, что это на психологическом уровне: он не может отпустить Иви, не может отпустить ситуацию, а потому и боль, напоминающая о девушке, не отпускает его тело. Это кажется бредом. Но ведь прошёл уже почти год. Но порой ощущения такие, будто ему только вчера прострелили спину. Чудом не задели ни позвоночник, ни органы. Пуля прошла насквозь и сквозное ранение зажило достаточно быстро, но боль остаётся прежней.
Марк услышал шелест простыней за спиной и тихий шёпот. Катерина вновь поливала его грязью. Так случается каждый раз, когда они проводят ночь вместе.
 
С тех пор, как Марк потерял след Иванки, он и не искал себе постоянной спутницы, но Катерина стала той, с кем он проводил своё время во время поездок к своей матери. Он стал навещать маму чаще и, кажется, готовил себе почву для того, чтобы начать всё сначала. Он знал, что легко не будет, но попытаться всё же стоило.
Мужчина, не обращая внимания на недовольную девушку, расправил плечи и скрылся в ванной комнате. Прохладный душ помог проснуться окончательно. Перед тем, как наведаться к матери, времени было предостаточно. Эта поездка в Болгарию оказалась совершенно спонтанной. Он и не планировала лететь сюда в ближайшие несколько недель, но птичка напела ему, что у мамы появился друг. Седовласый ухажёр, который таскался к ней с цветочками и свежей выпечкой. И Марку не терпелось познакомиться с тем, кто подбивает клинья к его любимой сеньорите. Кажется, день будет интересным.
Маркус прикрыл глаза и взглянул на своё отражение. Слегка запотевшее зеркало не позволяло посмотреть себе в глаза, и он провёл по стеклу ладонью. За год его борода стала длиннее. Лицо осунулось, и он выглядел старше своего возраста. Мама в последнюю встречу назвала его стариком.
А ему казалось, что он постарел за неделю. Когда понял, что Ива просто испарилась. Растворилась в воздухе, словно дым. Оставляя едва уловимое послевкусие. Горечь. Он не прекращал поиски на протяжении полугода, но с каждым днём надежды оставалось всё меньше. Смирился ли он? Марк и сам этого не знает. Думал ли? Постоянно. Не проходило ни дня, чтобы он не видел её перед собой. Её карих тёплых глаз с ноткой ярости, её упрямо поджатого подбородка, и приоткрытых губ. Её голос звучал в голове. И запах. Гранат.
Он не хотел верить Йохану. Он до последнего отказывался слушать его. Этот ублюдок утверждал, что девчонка мертва. Уверял Марка, что его люди успели перехватить Иванку. И избавиться от неё. Но... как говорится: нет тела – нет и дела. Сам же Йохан не прожил и суток после того, как подпалил гараж, в подвале которого запер Иви. Марк устроил ему собственное барбекю. Альбинос не побоялся сказать, что тронул его девочку. В подробностях расписав всё то, что сделал с ней перед тем, как она привела их в нужное место. И... даже если бы Марк сильно захотел, он бы не смог описать словами то, что чувствовал в этот момент. Это была не просто ярость. Это было нечто, что буквально сжирало его изнутри, доводя до безумия. Он не мог остановиться. Он ломал пальцы этой мрази. Он нашёл предателя и распотрошил его, словно зайца. А той твари, что вытащила Иванку из дома, своими руками вырезал язык и лишил пальцев перед тем, как напоить бензином.
Нико ему не мешал и не останавливал. Он понимал, что другу это необходимо. Он сам был таким же. Это сидело внутри. Это было частью их самих.
Они мстили за Иванку, за Руслана, за Владу, которая, как выяснилось позже, на момент происшествия, была беременна. Она и сама ещё об этом не знала. А узнала только тогда, когда ей сообщили о том, что ребёнка она потеряла. Это был тяжёлый период для каждого из них. И шлейф тех дней тянулся за ним до сих пор.
Йохана он отправил на тот свет сразу, как только понял, что тот блефует. Искалеченного, но в полном сознании, вывез его в лес и, закрыв в багажнике, поджёг автомобиль. Он хотел, чтобы тот почувствовал то же, что чувствовала Иви, когда эта мразь замуровала её в подвале и подожгла гараж. Марк упивался криками Йохана, который орал в багажнике, сгорая заживо. Это было песней, что убаюкивала его. Это было отдушиной. Жаль, что эффект облегчения длился недолго...
Тоска по Иванке медленно убивала его. Тоска и неизвестность. И одолеть эти чувства казалось невозможным.
- Ты ещё здесь? – наткнулся на Катерину, которая, к слову, никуда не торопилась. Девушка крутилась перед зеркалом, в попытке застегнуть платье на спине.