Оковы прошлого. Книга 2 (ЛП)

Но Куинн всегда внимателен, и он перекатывает меня на себя, обнимая за поясницу. Я кладу голову ему на грудь, слушая учащенное биение его сердца и сбившиеся дыхание.
Мы лежим так некоторое время, под его легкие поглаживания моей спины, убаюкивающие меня и заставляющие растечься безвольной лужицей прямо на нем.
- Я люблю тебя. Мне следовало сказать это раньше.
После его признания, сон как рукой сняло. Куинн не из тех, кто легко отдает себя другому. Я чувствую глубину его любви в том, как он обнимает меня. В том, как он защищает меня. Ему не обязательно /произносить это вслух, но мне нравится звук его голоса, когда он произносит эти слова. Я люблю тебя.
- Я люблю тебя.
Он обнимает меня крепче.
- Никто и никогда больше не причинит тебе боль.
Я приподнимаюсь и опускаю подбородок ему на грудь.
- С тобой я всегда в безопасности.
Мы обходим стороной все те вопросы, которые должны быть высказаны. Что произойдет, когда Альфа выйдет на свободу? Когда он выполнит свою угрозу и разоблачит меня, проверяя на прочность мою преданность Сэди и Куинну... когда все, чего я хочу, это защитить обоих в равной степени от любой боли.
Я думаю, что эти вещи и так очевидны. Рано или поздно, мы столкнемся с ними лицом к лицу. Но Куинн все же задает один вопрос, прежде чем позволить ночи снова стать нашим убежищем.
- Если дело дойдет до этого... - его глаза пристально смотрят в мои, - ты действительно возьмешь на себя вину за Вэллса?
Я не хочу думать о том, что я потеряю, когда придет время признаться во всем. Но я никогда не смогу смириться с тем, что Сэди была наказана за совершение поступка, который она совершила только для того, чтобы монстр больше никогда не причинил вреда мне или кому-либо еще.
- Да, - отвечаю я честно. - Сэди сделала это для меня. Я обязана ей, по крайней мере, этим.
Куинн принимает мой ответ. Его рука обхватывает мой затылок, когда он прижимается губами к моему лбу. И между нами больше нет места разговорам, звучат только тихо произносимые признания в темноте, когда мы посвящаем остальную часть нашей энергии прикосновениям и сплетениям, ласкам и исследованию друг друга.
Теперь, когда Куинн чувствует уверенность в том, что он фактически завладел каждым дюймом меня, он проводит оставшиеся часы ночи, закрепляя это утверждение.
Глава 18
Достойный
Куинн
За час до утренней смены я уже нахожусь в полицейском участке. Иду по коридорам. Пью теплый и горький кофе. Обращаю внимание на каждого человека.
К тому времени, как я добираюсь до технического отдела, в моем организме уже прилично кофеина, а голова достаточно ясная. Этим утром я проснулся со смутным ощущением цели. И чем усерднее я пытался игнорировать это, тем сильнее укоренялась идея, настойчиво овладевая моим разумом.
Возможно, это были просто последствия страстного занятия любовью, и, если бы когда-нибудь столкнулся с этим, я мог бы даже согласиться. Более чем достаточно хороших мужчин были сбиты с толку своими членами. Это не лучшее оправдание, но правдоподобное.
Только это не причина, по которой я похлопываю Томми по плечу и говорю:
 - Эмили из убойного отдела, сказала, что эта штука готова для тебя.
Сначала его лицо вытягивается в замешательстве, затем он уверенно кивает.
- Ох, точно. Та штука. Черт, - он обводит взглядом участок. - Еще десять минут до того, как придет Родни на смену. Я не могу оставить пост без присмотра.
В техническом отделе хорошо известно, что Томми по-особому относится к детективу Эмили. Не знаю, есть ли у нее какие-то доказательства того, что он сбежал, но попытаться стоило. Похоже, он с большой радостью примет любой кусочек, который она ему предложит. И одним правильным толчком я могу заставить его бежать прямо к ней.
- Понятно, - говорю я, натянуто улыбаясь. – Мое дежурство начинается в шесть.
Он еще раз оглядывается по сторонам, размышляя.
- Вы уверены, что не возражаете?
- Нет. Иди, пока она не ушла.
 
После этого он быстро принимает мое предложение. Вот оно. Доказательство того, что даже лучшие из мужчин становятся жертвами своих членов.
Как только он уходит, я проверяю время на телефоне. Есть пятиминутная задержка в системе видеонаблюдения для перехода. Один небольшой пробел в техническом отделе, когда камеры не ведут запись. Я обнаружил этот изъян, расследуя похищение Эйвери из лаборатории. И я воспользуюсь этим слепым отрезком времени прямо сейчас.
Я устраиваюсь за его столом и придвигаюсь к клавиатуре. Техники все еще заняты поиском отпечатков пальцев, присланных криминалистами из лаборатории. Скорее всего, Прайс Вэллс не будет идентифицирован. Сомневаюсь, что существует досье на него, или он числится в базе данных по всей стране. Он был педантичен. Он прикрывал себя на каждом шагу вплоть до своих последних секунд жизни.
Я мог бы отпустить это. Пусть отпечаток будет зарегистрирован как бесполезное доказательство. Выполняя завещание Вэллса, на бирке с доказательствами было написано «НЕИЗВЕСТНЫЙ». Но Альфа оставил отпечаток на одной из жертв не только для того, чтобы мучить Эйвери. Он сделал это с явной целью держать ее на коротком поводке, манипулировать ею, угрожать разоблачить ее связь с Вэллсом, чтобы она всегда была готова к исполнению любых заданий.
Я не нажал на спусковой крючок.
Однако я могу разорвать цепочку доказательств, ведущую к ней.
Я нахожу строку поиска и, держа руку над кнопкой, нажимаю «Стоп». В груди нарастает тревога, когда я вставляю USB-накопитель и быстро стираю отпечаток, заменяя его на тот, который я отсканировал в своем отделе.
Принадлежащий Райланду Мэддоксу.
Оказывается, у Мэддокса было несколько неоплаченных штрафов за парковку еще в колледже. Также он является личным адвокатом Альфы. Он - тот, кто проник в «Ларк и Ганнет» по приказу Альфы. Он организовал аукцион. Мэддокс выпустил двух преступников, которые угнали фургон и похитили Эйвери, под залог, и при поддержке Альфы, стоящего за ним, он даже может полностью снять с них обвинение. Если кто и заслуживает того, чтобы быть связанным с преступной сетью Альфа-Омега, так это он. Я могу жить с этим.
Однажды я спросил себя, как далеко я готов зайти, чтобы защитить Эйвери.
Теперь у меня есть ответ на этот вопрос.
Даже если мне придется пройти весь путь до конца.
Двое партнеров в компании «Ларк и Ганнет» доказали свою коррумпированность. Вэллс и Мэддокс. Есть еще несколько личностей, которые нуждаются в том, чтобы на них завели расследование. Калеб Мэйсон, который, кажется, исчез, Майк Ганнет и Чейз Ларкин.
Ларкин получает небольшую передышку на данный момент. Я отдам ему должное за то, что он поступил правильно. Он помог остановить торговлю секс-рабынями. Я полагаю, что исключение Мэддокса из юридической компании Ларкина сравняет счет между нами.
Но я не могу упускать из вида тот факт, что вся грязь, похоже, исходит от его фирмы. Предстоит раскопать еще не одно дело.
Когда передача файлов завершена, я быстро запускаю поиск по отпечатку Мэддокса. Я проверяю время. Осталась одна свободная минута. Затем отодвигаюсь от стола как раз в тот момент, когда в комнату заходит Родни.
Он бросает на меня любопытный взгляд.
- Томми зачем-то нужно было встретиться с Эмили, - отвечаю я на его невысказанный вопрос.
Тот несколько раз кивает.
- Подкаблучник, - говорит он, а затем направляется к своему посту.
В центре его экрана вспыхивает изображение, выделенное жирным красным цветом. Подозреваемый найден.
 
- Срань господня, - он стучит по клавиатуре. - У нас есть совпадение.
Действительно. Плохая привычка неправильно парковаться сыграла с Мэддоксом злую шутку, оставив его личные данные в системе. Отличный способ для грязного адвоката пойти ко дну.
Я разворачиваюсь к выходу, а затем останавливаюсь. Подхожу к Родни, надеясь прозвучать непринужденно.