Оковы прошлого. Книга 2 (ЛП)

Застежка ослабевает, и ремешок соскальзывает вниз. Мое платье распахивается, обнажая грудь.
- Упс, - выдыхает она, и на ее губах играет хитрая улыбка.
Неистовый смех Ганнета пронзает меня молнией, и шок от визга девушки, когда он шлепает ее по заднице, перекрывает мою тревогу. Я хватаю ремешок и поспешно застегиваю молнию.
- Никак не получается обучить их в полной мере, - замечает Ганнет Карсону. - Они любят, когда их наказывают. - Но на самом деле его это совсем не огорчает. Скорее, он выглядит довольным тем, что женщина решила проверить авторитет Карсона.
Таня наиграно надувает губы и быстро продолжает двигаться дальше, ее пальцы нежно скользят вверх по внутренней стороне моего бедра, в то время как Лила отводит мои плечи назад, прижимая меня к своей груди. Я чувствую давление ее сосков сквозь прозрачную атласную ткань, а затем меня охватывает шок, когда пальцы Тани отодвигают мои стринги в сторону.
Она не останавливается на этом и вскоре уже толкает свои пальцы внутрь меня, пока другая женщина ласкает мою грудь. Все мое тело дрожит от напряжения, и расслабиться невозможно. Я все испорчу. Они же мгновенно раскусят меня...
- Не отворачивайся, черт возьми, - раздается в моем ухе голос Куинна.
Я вздрагиваю, мой взгляд устремляется на Карсона, чей взгляд в этот момент опущен в пол. Он наклоняется, чтобы взять шампанское и шепчет в микрофон:
 - Я не могу на это смотреть. Я не могу смотреть, как Эйвери ...
- Ты навредишь ей, - вмешивается Куинн, его голос звучит хрипло и резко. - Смотри не нее, или я выбью все дерьмо...
- Десять минут до начала аукциона, джентльмены, - голос Ларкина разносится по пентхаусу. Облегчение обрушивается на меня волной.
- Ну, что ж, - говорит Ганнет. - Извините, что прерываю шоу, но моя саба должна сейчас позаботиться о своем Хозяине.
К моему облегчению, блондинка внезапно исчезла. Ганнет ведет ее за запястье к дивану, и мое затаенное дыхание вырывается наружу.
Таня снова надувает губы.
- Мое время вышло, - она поворачивается к Карсону и кланяется. - Вы уверены, что я больше не могу быть Вам полезна, Мастер?
Но за Карсона отвечает Ганнет:
- Ты можешь быть полезна мне, - он хватает ее за талию и подтаскивает через весь диван, подталкивая ее задницу к себе. Он подмигивает Карсону, расстегивая ремень. - Нехорошо просматривать меню на пустой желудок, верно? - он цитирует речь Ларкина с хитрой улыбкой на губах. - Мы все знаем, что товар не приносит такого удовлетворения, когда мы его доставляем домой, - он кивает в мою сторону. - Ешь. Пей. Удовлетвори свои желания, чтобы сделать разумное приобретение, мой друг.
Мои глаза метнулись к Карсону, когда Ганнет берет Таню прямо у нас на глазах. Мне становится все сложнее скрывать шок. Я опускаю ногу со стола и медленно приближаюсь к Карсону, двигаясь со скоростью ледника. И жду, когда Сэди или Колтон, или Куинн, или Господь Бог, или даже Джефферсон дадут знать о себе с инструкциями, как из этого выбраться.
Наконец, я слышу голос Сэди:
- Просто притворяйся.
Я почти открываю рот, чтобы возразить ей, и иронический смех застревает у меня в горле. Притворяйся.
Блять, серьезно?
Окидывая комнату быстрым взглядом, я отмечаю, что вокруг нас происходит совсем не притворство.
- Они все заняты этим моментом, - продолжает Сэди. - Здесь темно. Просто продолжайте отыгрывать роль.
Карсон уверенно кивает мне.
- Иди ко мне, - приказывает он, звуча авторитетно и гораздо увереннее, чем я себя чувствую.
Я наблюдаю за тем, как он приподнимает бедра и расстегивает ремень. Он стягивает штаны ровно настолько, чтобы обнажить синие боксеры. Он не снимает их. Собрав остатки мужества, я задираю платье и, не раздумывая, сажусь на него сверху.
Его рука обхватывает меня за шею, и он тянет меня к себе, прижимая мою щеку к своей.
- Скажи слово, и мы уйдем, - шепчет он.
Я не могу лгать, поскольку Ганнет толкается и хрюкает практически в дюймах от меня, жестоко врезаясь в Таню, пока блондинка сосет ее грудь... Стоп-слово вертится на кончике языка, готовое вырваться в любую секунду, чтобы положить конец этому унижению.
 
Но те женщины. Все те жертвы.
Те, что ждут за кулисами, когда их продадут.
Я никогда не смогу смотреть на себя в зеркало без ненависти к тому, что вижу, если не пройду через это. Мои действия по исправлению препарата предопределили их судьбу стать безмозглыми, одурманенными рабынями… но теперь я могу спасти их.
- Мы зашли слишком далеко, - шепчу я ему на ухо, покачивая бедрами, загоняя все сомнения в самый дальний уголок своего разума.
- Хорошо, - соглашается Карсон, изо всех сил стараясь следовать моему примеру. - Только не говори «кончай еще раз».
В моем наушнике раздается грохот, прежде чем связь замолкает, и я просто знаю, что это Куинн, я ощущаю его присутствие где-то там. Дерьмо.
Когда поднимаю голову, я вижу весьма красноречивое лицо Карсона: страх перед Куином душит его. Мне становится жаль парня. Он рискует своей жизнью и карьерой вместе со всеми нами, и все же он не может выйти победителем в этом сценарии.
Либо мы потерпим неудачу, и он потеряет все, либо мы добьемся успеха... и Куинн разорвет его на части. Я постараюсь перехватить Куинна до того, как это произойдет.
Я ловлю взгляд Карсона и киваю, призывая его сосредоточиться на мне. На данный момент мы – словно застывшие статуи. Чертова неловко замершая парочка посреди моря порочного, скандального секса и греха. И мы очень выделяемся.
Взяв инициативу в свои руки, я начинаю скакать на Карсоне активнее и быстрее, покачивая бедрами. Я упираюсь руками в диван и откидываю голову назад, и, черт возьми, на моем платье разъезжается застежка. Прохладное ощущение воздуха приветствует мою кожу, и я благодарна за тусклое освещение.
Когда я смотрю на Карсона, его взгляд устремлен в область моего живота. Я хватаю руки Карсона и кладу их на свою грудь. Мы взрослые люди. Это просто грудь. Мы должны что-то сделать… все, что угодно, чтобы это выглядело правдоподобным.
И я думаю, что это срабатывает, потому что я чувствую, как Карсон начинает возбуждаться и становиться твердым подо мной. В его глазах читается извинение, и я прикладываю палец к его губам, чтобы он не произнес этого вслух. Черт возьми, здесь на каждом углу занимались сексом – весьма интенсивным и жестким, прямо как в порно. Я не виню его за то, что он возбудился.
Впервые мне не стыдно, что у меня проблемы в этом плане. Давить на Карсона - это не для меня. Куинн был единственным мужчиной, который волновал меня с тех пор, как я сбежала из своей темницы. Карсон, однако, не страдает моим недостатком, и это становится ясно, когда он, осмелев, начинает рассматривать мою грудь.
Он сжимает мои соски и толкает бедра вверх, прижимаясь ко мне.
- Господи, - шипит он, а затем пытается подавить резкий стон. - Поцелуй меня, - просит он, и мои глаза расширяются. - Поцелуй меня, и все это закончится.
Одна из его рук скользит по моей шее, и пальцы зарываются в мои волосы, когда он притягивает меня к себе. Его губы соприкасаются с моими, удар почти такой же ошеломляющий, как ощущение его второй руки, скользящей под мое платье в поисках моих ягодиц. Его пальцы скользят по моей плоти и прижимаются к ткани моего нижнего белья... а потом я чувствую, как пульсирует его эрекция.
Стон Карсона почти заглушает оглушительный рев, который доносится через канал связи.
Крик Куинна отрывает нас друг от друга, и в комнате загорается свет. Я поправляю платье и затягиваю лямку на плече. Затем я прижимаюсь губами к его уху.
 
- Куинн убьет тебя.
Прежде чем я успеваю отодвинуться, он удерживает меня еще мгновение.
 - Я знаю. И мне жаль, но это был самый сексуальный танец на коленях в моей жизни, и я ничего не мог с собой поделать.
Я скосила на него глаза, соскальзывая с его колен и поправляя платье. Бог знает, что это ничего не значит по большому счету. Мне приходилось мириться с обстоятельствами, которых я никогда раньше не хотела. Одно из них заключается в том, что наши тела реагируют на стимуляции, даже когда разум протестует. Я знаю это, потому что Вэллс заставил мое тело обмануть меня против моей воли.