Темный Шквал (СИ)
— Он пытается наладить с тобой отношения.
— Он едва не запер тебя в «Теневом Дворе», когда узнал, что мы встречаемся, — напомнил Киаран. — Если бы не вступился Эйзор, я не знаю, чем бы все закончилось.
— Но Эйзор же вступился. И Орландо меня не запер, — она улыбнулась, глядя на волны перед собой.
— Но уволил с работы!
— Да я только и мечтала, чтобы удрать оттуда. Не люблю я Эвлеру. Она планета-пленница, которая неустанно борется за свободу с помощью землетрясений. И всегда проигрывает человеку и его стремлению добывать салопсис. На Дженерии куда спокойней.
— Это еще сезон бурь не настал. Кто знает, может после первой бури ты соберешь вещи и попросишь переехать на Луиту? — он начал водить носом вдоль ее шеи, и Аудроне тут же сомлела.
— Не захочу, — уверенно ответила она. — А твой отец пусть приезжает. Я приготовлю для него равнерийский острый суп и добавлю в кофе мочегонное. Чтобы не расслаблялся.
Киаран в ответ на это только рассмеялся.
* * *Одна из параллельных реальностей. Три месяца после исчезновения Аудроне номер шестнадцать.
— Ты сегодня один? — удивился Тартас.
— Где мох? — Вильям терял терпение.
Он добирался до его пещеры больше двух часов, а еще предстояло засветло домой вернуться.
— Здесь, — Тартас шмыгнул за поворот и принес увесистый холщовый мешок. — В этот раз меньше обычного собрали.
— Спасибо и на том, — Вильям передал Тартасу мешок с сушеной рыбой и сетку со свежей. — Твой друг зачастил к Око бегать. Кое-кому из наших не нравится, что она водит дружбу с эфонцем.
— Хорошо, я предупрежу его, — Тартас сел и подпер спиной стену. — Но вряд ли из-за этого он перестанет бегать к твоей подружке.
— Его убить могут, — настаивал Вильям.
— За то, что он эфонец? — хмыкнул Тартас. — Или за то, что в горах живет?
— Мы поделили территорию. Вы не суетесь к нам, а мы не лезем к вам.
— Ну, это ты сейчас в моем доме стоишь, а не я в твоем, — пожал плечами Тартас.
Вильям медлил. Уже в который раз, когда он приходил к нему, один вопрос не давал Вильяму покоя. С кем же спал этот разукрашенный?
— Ты один здесь живешь? — внезапно спросил он, продолжая топтаться на месте.
— Да.
— А девушка твоя… — Вильям осекся.
— Я гей, — равнодушным тоном сообщил Тартас.
— Ясно, — протянул Вильям.
— Око сказала Дону, что ты тоже гей, — Тартас повернул к нему голову, глядя снизу-вверх.
— Ну и что с того? — пробурчал Вильям, стараясь не смотреть в абсолютно черные глаза, светящиеся медными дисками радужек.
— Ничего, — Тартас отвернулся.
Разговор явно не клеился. С Вильямом такое случалось впервые. Обычно он не напрягался с поиском подходящих слов. Даже не смотря на потерю глаза, его лицо по-прежнему осталось смазливо-привлекательным, что притягивало жаждущих развлечься. Вот только Вильяму они претили. Воротило от заигрываний и попыток понравится ему. По этой причине секс у Вильяма в прямом смысле «остался в прошлой жизни». Но сейчас… В эти месяцы после странного знакомства с равнерийцем, мысли о возможной близости с этим эфонцем донимали его не только по ночам, но уже и днем.
В паху стало неуютно. Пора сваливать…
— Спасибо за мох, — повторил Вильям и пошел на выход.
— Ты знаешь, что здесь рядом есть водопад? — бросил ему в спину Тартас. — Он небольшой, но можно помыться, как в душе.
Вильям остановился. Да, несло от него, наверное, за три метра, если равнериец помыться предложил. Ему-то хорошо, у него водопад. От того, наверное, он всегда такой чистый. А у Вильяма два часа пешей в гору, да еще и с рыбой…
— Спасибо, но я дома помоюсь, — буркнул он.
— Сам решай. Но водопад в скале. О нем мало кто знает, а те, кто знают, языками не треплют. Безлюдное место.
Вильям замер. Может, он дурак и этот красавчик-равнериец попросту желал посмеяться над безглазым луитанцем? Но помыться-то хотелось. И на водопад посмотреть.
Вильям сбросил с плеч рюкзак и обернулся.
— Если тебе не жалко показать это место… чужаку, то я был бы не против помыться.
— Не жалко, — Тартас встал. — Пойдем, — он махнул рукой вглубь пещеры.
Вильям с опаской осмотрелся и поспешил за ним.
Они долго петляли по каким-то кривым туннелям, пока не вышли к огромному озеру, расположенному прямо в скале. Там действительно был водопад.
— И это ты называешь «небольшим» водопадом? — Вильям заморгал, прикидывая высоту, с которой падала вода.
— Поверь, он на самом деле небольшой. Всего шесть метров, — Тартас неожиданно взял его за руку и повел по узкой тропе вниз.
Когда спустились, он отпустил Вильяма и отошел в сторону, отворачиваясь.
— Можешь мыться, — произнес как-то сдавленно.
Вильям только снял с себя ботинки с носками. Потом и их постирает. Спрыгнул в воду. Было мелко, по колено. Вильям дошагал до водопада и подставил лицо под струи воды.
Блаженство.
Рядом кто-то оказался. Вильям повернул голову и увидел Тартаса. Он тоже вошел в водопад. И тоже одетым. Равнериец очень близко подошел к нему. Ничего не говоря, он наклонился и поцеловал его.
Вильям пропал. Он ясно и отчетливо это понял в тот же миг.
Они сидели голыми у костра. Вильям опирался спиной о горячую грудь Тартаса и в прямом смысле нежился в объятиях равнерийца. Тартас то и дело зарывался носом в его волосы и осыпал поцелуями то шею, то подбородок, то губы. И тогда Вильям с жадностью ему отвечал, чтобы секунды спустя стыдливо спрятать лицо с навечно закрытым веком.
Их роман длился уже два месяца, и в деревне стали ходить слухи, что не только Око связалась с жителем гор, но и Вильям.
— Я слышал, что примерно в тридцати километрах от Вентерона в лесах есть поселение, — произнес Тартас, в очередной раз прижав подбородок к темени Вильяма. — Там живут и эфонцы, и люди. Вместе. По ночам я вижу огни к Западу отсюда. Возможно, это и есть то поселение?
— Хочешь уйти туда? — тихо спросил Вильям.
— Только если ты пойдешь со мной, — ответил он.
— Я пойду, — прошептал Вильям.
— Око беременна. Она тебе говорила?
— Нет, — покачал головой Вильям.
— Они с Доном собираются уходить. Думаю, и мы можем двинуться с ними.
— Когда? — Вильям тяжело вздохнул.
— Через неделю.
— Значит, через неделю, — кивнул он.
Тартас прижался щекой к щеке Вильяма и долго смотрел на огонь костра.
— Ты веришь, что люди могут родиться изначально связанными друг с другом незримыми нитями? — наконец, озвучил он свои мысли. — И как бы не складывалась их жизнь, они все равно находят друг друга?
— Ты у нас шаман, — улыбнулся Вильям. — Тебе виднее, какими нитями мы связаны.
Тартас провел носом по короткой щетине Вильяма и прошептал:
— Очень прочными.
Конец дилогии «Десница».
07.07.2022