Темный Шквал (СИ)

— Ты предвидела, что они сюда придут? — зашипел Тартас.
— Конечно, — подтвердила она. — А чего ты думаешь я в таком вызывающем платье?
— Замечательно…
— Да что с тобой? — не поняла Аудроне. — Вы с этим луитанцем уже знакомы? — засомневалась она, глядя на странную реакцию Тартаса.
— Мы неделю на одном «Эксомборде» проторчали. Он в медблоке врачом служил, а я тогда в регенерационный бассейн на трое суток загремел. Он за мной приглядывал. А потом его группу перевели.
— И у вас ничего не было? — не поняла Аудроне.
— Это же «Эксомборде»! — возмутился Тартас.
— Ну так иди, познакомься заново. У тебя увольнительная на три дня. Развлекайся — не хочу!
— А потом я с ним в одной команде окажусь? Ага, как же!
Аудроне заметила, насколько Тартас расстроился неожиданной встрече, но решила не вмешиваться и промолчать.
— Тартас Онью?
Аудроне и Тартас медленно повернули головы к луитанцу.
— О, здравствуйте, доктор Стерн, — Тартас явно стушевался.
— Просто Вильям, — тот улыбнулся, показывая два ряда белоснежных зубов.
— Аудроне, — представилась она.
— Вы отдыхаете или… — Вильям не договорил.
— У нас увольнительная, — вставила Аудроне. — Еще три дня продлится, — она многозначительно подмигнула Тартасу.
— Тогда, может, украсите нашу компанию? — предложил Вильям и указал рукой за какой-то дальний столик. — С нами точно не соскучитесь.
Аудроне щелкнула пальцами, подзывая официанта.
— Бармен, бутылку атероля!
С этой бутылкой она и переместилась за чужой столик.
— Ребята, знакомьтесь! — Вильям буквально светился от счастья. — Мой давний друг Тартас и его подруга Аудроне.
Она поставила бутылку на стол, чем сразу же вызвала приятные ответные улыбки.
— Дон.
— Око.
— Жасмин.
— Шори.
— Выпьем за встречу? — предложил Вильям.
Уселись и начали пить.
— Привет, извините, я задержался…
Аудроне медленно повернула голову, и вся краска с ее лица сошла. Дженериец стоял рядом ней! Тот самый, кого предстояло у неверной жены отбить. Он тоже весьма внимательно смотрел на нее смотрел и даже не сразу присел.
— Я Аудроне, — она отсалютовала и выпила.
— Киаран, — ответил дженериец и разместился напротив. — Атероль? — он покосился на почти пустую бутылку. — Вы не из робкого десятка.
— Из бесстыжего, — сообщила она и еще выпила. — Особенно, когда напьюсь.
Дженериец опустил глаза и старался больше вообще на нее не смотреть. Аудроне в своем вызывающем наряде превратилась в пустое место на краю стола, за которым сидела шумная компания и говорила обо всем на свете, только не о войне, в которой они родились и жили.
Поначалу Аудроне еще старалась улыбаться, а потом и этим перестала себя утруждать. Неправильно все. Она мельком взглянула на браслет верности дженерийца, затем так же мельком на его брачную руну, и поняла, что бороться можно с чем угодно, но только не со своими принципами.
Заказали еще спиртного. Дженериец потянулся за бутылкой и хотел наполнить стакан Аудроне, но она накрыла его ладонью.
— Не стоит. Благодарю.
Она забрала сумочку и встала.
— Ты куда? — не понял Тартас.
Аудроне подарила другу воздушный поцелуй и с грустью улыбнулась.
— Искать выход, — ответила она и рванула из бара на всех парах.
Шла по улице, едва ли не спотыкаясь. Дженериец. Дженериец. Дженериец. Только женатый на другой…
На следующий день пришел приказ о ее переводе в команду капитана Рурка, и еще через два дня они с Тартасом попали на «Анвайзер». Аудроне решила, что если ничего не делать и держаться от дженерийца подальше, она сможет за несколько недель придумать какой-нибудь другой план спасения мира и убедить Сюзанну Мэль в том, что он уж точно сработает!
К сожалению, дела у Аудроне пошли из рук вон плохо с самого начала. Когда на корабль попытались напасть ловцы смерти, вся команда выяснила, что Аудроне трансгрессир. Ошейник и кандалы повесили всего на пару дней, но «осадочек» остался. Затем был прокол со спасением профессора Робертсона, благодаря слишком длинному языку которого все узнали, что Аудроне — тоже профессор и автор теории пространственно-временной инверсии. Хорошо еще, что перед смертью тот не успел разболтать много чего другого…
 
Была одна миссия по передаче неких данных связному, на которой Аудроне едва голову не прострелили. Спас дженериец, вытащив ее в разрыв реальности по ментальному каналу. Когда он успел этот канал создать и с какой стати раскрыл ей свою тайну о том, что он модельер, Аудроне не поняла, но после миссии и открытия правды, осознала, что другого плана по спасению мира у нее нет, а с тем, который есть, она не в состоянии справиться. И тут Аудроне обрела цель. Ведь если ее не будет, то и реальность потечет своим чередом, и кто-нибудь другой обязательно найдет способ остановить кровопролитие!
Четыре года плена в другой реальности и полгода допросов в тюрьме этой не довели ее до мыслей о самоубийстве. А два месяца службы под командованием капитана Рурка справились с задачей на отлично!
Чтобы никого не обвинили в том, что «не досмотрели», «не предугадали», Аудроне настроилась на самоубийство во время какого-нибудь задания. И тут капитан Рурк начал доводить ее до белого каления. Не мог этот упертый, вечно собранный и молчаливый дженериец оставить ее в покое и дать спокойно погибнуть! То вытащил из эпицентра взрыва, то из ловушки Асгендо достал, то вытянул с линии перекрестного огня. Аудроне злилась из-за своих неудач, а капитан Рурк… Она догадывалась, что причиной вспышек гнева была ее мнимая безалаберность и неудачные попытки свести счеты с жизнью.
После очередного задания Киаран вызвал ее в свою каюту и спросил напрямую:
— Ты же трансгрессир. Почему ты так вляпываешься? На пустом месте, а?
— Простите, капитан, — только и ответила она. — Постараюсь подвигов не повторять. Я могу идти?
— Пришел приказ. Нам дают увольнительные на три дня. У команды есть традиция отмечать в баре.
— Извините, капитан, но я никуда не пойду. Посторожу корабль, — она пожала плечами. — А вы отдыхайте.
— Это неправильно! — он повысил тон. — Ты — член нашей команды!
— Если с нотациями закончили, разрешите идти? — она вытянулась в струну и отдала честь.
— Да, идите.
Увольнительные получили, и Аудроне никуда не пошла. Поздно ночью, мучаясь от очередной бессонницы и дум о том, во что превратилась ее жизнь, она решила выпить кофе, что б уж точно не спать.
Вошла в столовую и замерла. Киаран сидел за столом в пустом помещении и… пил кофе.
— Вы же в баре должны быть, — произнесла она.
— Должен, — он кивнул.
Она налила себе кофе и присела за стол напротив него. И только тогда обратила внимание на его запястья. На них не было ни браслета, ни брачной руны. Аудроне поморщилась и щелкнула пальцами. Прогнозы были один краше другого… Столько заниматься сексом просто нельзя: тело сотрется…
Аудроне заморгала и отпила кофе.
— Я с женой развелся, — произнес Киаран.
— Мне очень жаль, капитан, — ответила она.
— Из-за другой женщины, — сдавленно добавил он.
Аудроне поежилась.
— Она изменила вам с другой женщиной? — брякнула, не думая.
Киаран вскинул брови, не без удивления глядя на нее.
— И ты еще себя гением мысли называешь?
— Это не я, а другие меня так называют, — она приподняла подбородок.
— Может, в науках ты и умна, а в жизни — дура дурой! — вспылил он и резко встал.
— Ну знаете, — негодовала Аудроне и тоже встала, — я вас никогда не оскорбляла!
— А что мне еще сказать! — он развел руками. — Ты уже месяц спишь со мной в своем сознании, но в живую все никак не можешь правду признать!
Аудроне вздрогнула и испуганно прижала ладонь к губам. Щеки покраснели, а шею побили розовые пятна.
— Я не пускала вас в свою голову! — только и нашлась, что сказать.
— Тогда каким образом мы не слезаем друг с друга по ночам?