Иллюзии (СИ)

***
Я с напряжением вглядывалась лицо преподавательницы. Тени стали меньше, губы Евгени уже не выглядели синими, лицо хоть и было бледным, но это была уже не та, пугающая белизна, которая поразила меня в самое сердце. Несмотря на ввалившиеся щеки, вид у Евгении Викторовны был явно лучше. Она слабо улыбнулась мне, в комнату заглянула Оля:
— Катя, как Евгени?
— Оля? — едва слышно проронила женщина, Ольга бросилась в комнату и схватила Евгени за руку.
— Боже, как мы рады, что вы очнулись, вы и выглядите сегодня на много лучше!
Я согласно закивала:
— Нужно принять лекарство, его Савр оставил, он скоро вернется, и попробовать поесть.
Ольга быстро сунула мне в руки подвеску:
— Держи, это дед для тебя передал. Надень и не снимай. Позже объясню.
Узнав, что Ольга не имеет понятия, где сейчас стражи, и, решив отложить все наши разговоры, я оставила её в спальне, а сама побежала на кухню. Там по-прежнему никого не было, кроме котяры.
— Ну что, защитник, — кивнула ему, заглянув в холодильник и созерцая богатство, расположившееся на его полках. Настроение улучшалось с каждой минутой, осознание того что Евгени очнулась окрашивало мир в розовый цвет надежды.
— Тебе сосиску, курицу или кусок пирога?
Кот мявкнул, ловко запрыгнул на подоконник и тоже заглянул в холодильник.
— Ну? — поинтересовалась ещё раз. Он в раздумье сверлил взглядом курицу, — Курицу хочешь? Сейчас тебя покормлю.
Нашла кастрюльку с бульоном и поставила её на печь, подогревать. Пока возилась с печкой, отвернувшись, рыжий залез в холодильник. Чудом разместившись передними лапами на полке и упершись задними в подоконник, уже успел полосонуть когтями по мешочку с сосисками. Те весёлой гирляндой сползали на пол.
— Стой! — только и успела крикнуть я вору.
Разбойник с лениво-спокойной грацией хищника спрыгнул на пол и потащил добычу куда-то вглубь квартиры. Вот как так можно двигаться? С одной стороны всё это выглядит так, как будто котик никуда не спешит, но пара секунд и сосиски уже скрылись за дверью, не дав мне времени опомниться и сообразить, что происходит.
А сосиски нужно было вернуть по нескольким причинам: во-первых Рыжего жалко — он же лопнет! Но даже если и нет, то брошенные где-то в глубине квартиры, стыренные и не найденные сосиски, непременно через пару дней испортятся и начнут вонять. Ну и конечно же не исключено, что вернувшийся Савр, не найдя продукты на месте, может решить, что я виновна в пропаже продукта, и мои попытки оправдаться будут восприняты весьма скептически. В чем-чем, а в этом я была уверенна.
Опять же: выглядеть обжорой дорвавшейся до чужого холодильника? Нет уж, увольте! Это выше моих сил! Подобного удара по своей гордости я не перенесу. Все эти мысли вихрем пронеслись в моей голове, и я рванула следом за наглым разбойником, пытаясь ухватить конец связки. Но сосиски, извиваясь лентой, весело прыгали по полу, и в руки не давались. Кот прибавил хода и скрылся за углом. Я за ним, и хорошо, что поспешила: едва успела заметить хвостик сосисочной верёвочки, скрывшийся в лаборатории. И как он везде пролазит? Там же было заперто!
Резко распахнув дверь, кинулась ласточкой на пол и успела уцепиться за крайнюю сосиску до того как та скрылась под стеллажами.
— Ну нет, Ворюга! Отдай сейчас же! У нас же ещё мужики приедут, а вдруг они голодные будут, что они про нас с Олькой подумают? Что мы два кило сосисок успели сожрать? У тебя совесть есть? Тебе и одной хватит! — отчитывала разбойника, подтягивая кота к себе, как заправский рыбак крупную щуку. Кот не желал отдавать добычу: скреб когтями по каменному полу, так что мне мерещились вылетающие искры из-под его когтей и царапины на каменной плитке, а также начал подвывать сиреной. Но я не сдавалась и тянула к себе. К счастью сосиски не выдержали, и бой был закончен со счетом два к пятнадцати в мою пользу. В том смысле, что две сосиски все-таки достались наглому котяре, а остальные пятнадцать — мне. Кот снова рванул под стеллаж, где и затих. Сверху раздался голос:
 
— Ну-с, извини, конечно, что вмешиваюсь, но неужели ты настолько жесткосердечна, что пожалела бедному животному какую-то сосиску? А ведь это была его награда за самоотверженный труд!
Ошалевшая после погони подняла голову:
— О! Даквуст, привет! — растерянно поздоровалась с книжкой, рассматривая добычу в своих руках, — Извини, что побеспокоили, я ни за что бы не стала тебе мешать, если бы не эта рыжая морда… — погрозила пальцем коту.
— Да ладно, ты мне не мешаешь… — вдохнул Даквуст. — Как себя чувствуешь? Всё хорошо?
— Спасибо за беспокойство, как сам можешь убедиться — мы уже нормально, бегаем, воюем. Ольга проснулась, и чувствует себя тоже нормально, — воспоминания о происшествии заставили на секунду сжаться и оглянуться. — Только вспоминать ни о чем не хочется, жутко. Но у меня радость — Евгени очнулась!
Губы сами растянулись в счастливой улыбке.
— Это замечательно! — оживился фамильяр, — Значит Савр сможет забрать ее завтра с собой в Атилар к целителям, и там ее точно поставят на ноги. Замечательная новость!
Я кивнула, поднялась и направилась к выходу, вспомнив предостережение Савра, но фамильяр окликнул:.
— Катерина! Я тут подумал, пока сидел в одиночестве… твоя реакция на подсыпанный в коктейль дурманящий порошок была несколько странной. Может еще у вас кровь взять на анализ? — он щелкнул хлястиком. — Проверим, разложился ли он полностью… Давай, пока никого нет, и я не занят? Я и возьму-то чуть-чуть… — из центра камня-глаза словно выплеснулась чернота, изменив его цвет с нежно фиолетового на почти черный, по изукрашенной обложке прокатилась золотистая волна. Переплет книги разгорелся, наливаясь солнечным светом, и медленно погас. Я удивленно посмотрела на гримуар:
— Что с тобой? Ты какой-то нервный…
Вдруг за спиной раздался строгий голос Савра: "Катерина? Что ты здесь делаешь? Я же…"
Не став дожидаться окончания фразы стража, с горящими от стыда щеками, больше ничего не слыша, выскочила из лаборатории:
— Ой! Бульон для Евгеши! — бросилась на кухню, смущенно прикрывая сосиски.
Покормив Евгении и согласившись на просьбу Савра подойти завтра помочь, я засобиралась домой. Леатар вызвался проводить меня, а я не возражала: мне хотелось не спеша и без приключений добраться до дома. Нервно покосившись на спокойного и уверенного в себе стража, словно ныряя в омут, шагнула в сумрак двора.
— Вы не торопитесь? — спросила у своего провожатого. Несмотря на пережитое, а может быть из-за всего, что произошло за последние сутки, я чувствовала себя неловко. Вчерашние события так и норовили утащить вслед за собой, в попытке затянуть меня в водоворот воспоминаний и переживаний, от которых мне до сих пор счастливо удавалось абстрагироваться. Поэтому, я решила воспользоваться случаем и в процессе неспешной прогулки привести мысли в порядок. А страж что? Он, пусть потерпит, раз уж так вышло. Я же терпела его странное поведение, когда он провоцировал Андрея, а в том, что его поведение было театром для одного зрителя, я была уверенна. На самом деле, каким-то шестым чувством я понимала, что если кто-то из стражей и будет прислушиваться к моему мнению, так, скорее всего это будет Леа. Именно поэтому, несмотря на кучу странностей в поведении оборотня, относилась к барсу с большим доверием, чем к остальным членам команды.
— Нет, не тороплюсь. Но полагал, что мы перешли "на ты"? — хмыкнул парень. — Я не настолько тебя старше.
Кокетничать совсем не хотелось, я почувствовала страшную усталость. В голове стоял кавардак, хотелось успокоиться, продумать о чем можно рассказать матери. Я просто кивнула и подошла к луже, застыла, глядя на отражения огоньков на черной поверхности. Внутреннее напряжение, начало постепенно отпускать:
— Давай немного просто постоим? Или пройдем до сквера?
Парень взглянул на лужу и ухмыльнулся
— Лучше в сквер. Это не самый замечательный вид.